Имя твоего дракона, стр. 37

Окно вентиляционного канала выходило в библиотеку Мары, где Арго уже бывал. У стены ютился письменный стол. Над ним висели полки, уставленные полуистлевшими книгами, рукописями, засохшими цветами и ещё неизвестно чем.

Рах предложил сдвинуть барахло в сторону, для лучшего обзора, но Арго побоялся, что кто-нибудь заметит перестановку, и предпочёл лечь на живот, наблюдая за комнатой из-под полки. Рах прикрыл его одним из облаков, оставив небольшие просветы для глаз.

— Уверен, что меня не найдут? — уточнил напоследок Арго.

— Не найдут! Ты в безопасности. Главное, помни, как бы тебя ни окликали по имени, не отзывайся! Те, кто увидит моё облако Неопознанного Страха, которым я тебя закрыл, не смогут причинить тебе вред.

— Почему?

— Побоятся прикоснуться, — дракон засмеялся, распался на частицы и унёсся по переходам, чтобы проведать Чимиту и Артура.

Ветер, снег и дождь не унимались, потоки воды окатывали окна, точно кто-то лил на них из ведра, и они мгновенно покрывались ледяными узорами. Шум ветра был такой силы, что Арго постоянно приходилось напрягать слух, опасаясь не расслышать шаги у входа и пропустить появление Мары.

Арго прижался к тёплой стене, разомлел, озноб отступил. Пригревшись, неожиданно для себя мальчик уснул.

Глава 19. Имя «Мара»

Разбудил Арго стук хлопнувшей двери.

— Значит, решено? Отдашь Зверю всех? — голос был писклявым. Арго признал хранителя Амок.

Послышалось шлёпанье мокрых ног по полу. Вошла сестра — без украшений, без грима, в простой спортивной одежде, босиком. Такая же бледная и желчная, как в первый день их знакомства. На голове закручено узлом мокрое полотенце, а на лице заметны капли воды. Похоже, она промокла, пока гуляла! Интересно, куда девчонку носило в такую непогоду и темень?

Амок спрыгнула с плеча хозяйки на запылённый подоконник. Следом в поле зрения ввалился Рок. Арго бросило в жар — птица оказалась просто гигантских размеров! То ли она выросла за последние часы, питаясь чужими несчастьями, то ли казалась больше за счёт взъерошенных мокрых перьев. Он пересчитал стрелы в хвосте. Помнится, их было семь, а теперь шесть. Значит, правильно сказал Рах, одна из стрел отправилась искать наследников. А что, если они охотились на Зоринго? С брата станется уйти его искать, раз он не вернулся. Всё плохое сейчас забылось, и заботливый Зоринго в глазах Арго стал самым ярким светлым пятном в прошлом.

Арго вздохнул: воспоминания о доме представлялись сказочным сном, детство в Лабиринте — беззаботным. Ссоры и обиды на Зоринго и жрецов казались пустячными, нелепыми и надуманными.

Как можно осторожнее он придвинулся к решётке, боясь что-либо упустить из разговора. Рок устроился на подстилке, а Амок разлеглась на трубе под окном.

Мара мимолётом коснулась зверюшки. Та замурлыкала в ответ, довольная её лаской, и прищурила зелёные глаза.

— Спасибо тебе, малышка! — сказала Мара. — Извини, что сорвала на тебе злость. У меня ум за разум заходит от всего, что свалилось на нас с вами за последние дни! Эти наследники так некстати нарушили наши планы. Ну почему не могли они тихо и мирно отдаться во власть смерчей, посланных моей матерью и сдохнуть? Хорошо, что ты отыскала их в таверне у Одэль. Надо будет послать туда стражников! Кстати, как тебе это удалось, Амок?

— Проще простого. Помните, когда мы возвращались от Аши и нас остановили уличные артисты, они предлагали покатать вас, ваше величество, на пилороге.

— Да, помню, — кивнула Мара.

— Я услышала, что они шептались об Изначальных, какой-то Одэль и таверне, где они остановились. Времени на объяснения с вами не было, и я попросила Рока передать вам, чтобы вы вместе пришли в полночь к ратуше. Я не была уверена, что смогу привести наследников, потому Рок и не рассказал о причинах моего исчезновения.

Рок чуть заметно хмыкнул. Амок прищурилась, сердясь, посмотрела на него.

— Хочешь сказать, громила, что проболтался?

— Не надо ссориться, милые мои, — вмешалась Мара. — И очень хорошо, что Рок рассказал, зато я была готова к встрече. А ты, Амок, всё равно молодчина! Ловко обвела ребят вокруг пальца!

— Да что уж там… — пошла на попятный Амок. — Я старалась, моя госпожа… Но почему ты не велела их сразу уничтожить там же, у фонтана, тех наследников?

— Зачем поднимать бучу на площади? Помните, что на празднике творилось? Мы с вами были одни, а в той толпе… кто знает, сколько сторонников Имаджи скрывалось? Забыли?! Представляете, если бы вас покалечили? Нет, вам надо беречь силы для пробуждения Зверя.

Арго заволновался и воспрянул духом. В городе появились его братья и сёстры! Эх! А он сидит тут один-одинёшенек и ничего не знает! А Мара, проныра, успела встретиться с ними!

Он опять прислушался к разговору.

— Но какие они тупицы, эти наследники! — Амок продолжала хвалиться перед Марой. — Даже не поняли, кто я! Умора! Кстати, Ливия, которая Непогодница, её бояться нечего. Гром, снег, дождь да грозу вызвать может… только и всего! Сама видела! Фи! Слабачка, тебе не ровня! Ну а второй-то, который Инрогом себя называл, тот самый старший сын Имаджи, которого ты когда-то превратила в чудовище!

— Инрог? Ах, вот как? — взвизгнула Мара. — Значит, мои крылатые охотники-ящеры освободились от тьмы?

Лицо Мары потемнело от злости и она притопнула ногой, давая выход ярости. Рок распушил перья и закудахтал:

— Успокойся, моя повелительница, скоро им всем придёт крышка!

— Это точно! — поддакнула Амок.

— Ну, ничего… — тяжело дыша, проговорила Мара. — Я им всё припомню! Всех уничтожу! Не пожалею никого! Камня на камне не оставлю от этого гнилого городишки! И тебе спасибо, Рок, — она обернулась, прижалась к птице. — Думаю, что твоя стрела уже нашла моего главного врага — зазнайку Ирью. А теперь займёмся делами! Пора начать пробуждение Зверя, ждать я не собираюсь! Мало ли, папулечка передумает и снова отправит меня куда-нибудь прогуляться? — Мара зашлась смехом. Хранители охотно вторили хозяйке, но она вдруг оборвала себя и приказала им: — Подайте мне напиток силы, который Аша дала в обмен на кровь Арго!

— Ах, как удачно всё сложилось! Тебе удалось и с ведьмой увидеться, не вызывая подозрений у родителей! — бормотала Амок, кидаясь исполнять приказание повелительницы. Притащила сумку, стоявшую у двери, расстегнула замок, вытащила фляжку.

— Это ты о том, что мамулечка с папулечкой сами выпинали меня из дворца? — фыркнула Мара. — А Аша, хоть и отнекивалась сначала, быстро согласилась, когда я ей предложила кровь одного из наследников Имаджи в обмен на напиток силы! А уж когда кинула ей на стол несколько джалов, рассыпалась в благодарностях. Готова была мои следы целовать!

Молчавший Рок вступил в разговор:

— Передохни немного, моя повелительница! Не хочешь ли встретиться с мамулечкой и папулечкой, попрощаться с ними?

Мара расхохоталась над его предложением:

— Да ты, видимо, окончательно спятил? Да папулечка и мамулечка, если у них хоть малейшее подозрение появится о моих тайных планах, лишат меня не только вас, но и Зверя, а потом отдадут его Арго! Папулечка просто боготворит этого засранца!

— Ух ты, значит, и прощаться не будешь? — с восхищением в голосе уточнил Рок. — Угробишь мир, взрастивший тебя, вместе с папой и мамой и слезы не обронишь?

Мара отмахнулась:

— К чему эти глупости? С какой стати прощаться с ними? Папулечка сам подписал приговор себе, когда отдал Арго шкуру дракона… У-у-у, предатель подлый, я его не прощу до самой смерти! А мамулечка ни слова не сказала против… Я ей тоже припомню, будет знать, кого предала! Родную дочь!

Взгляд Мары вспыхнул негодованием. В уголках рта появились скорбные морщинки. Лицо девочки, побледнев, похудело — высокие скулы выступили отчётливо.

Арго сжался в комок, неужели Мара превратится в чудовище?

Рок, потрясённый, заквохтал:

— Сильна ты, моя повелительница, ох, как сильна! Так им всем и надо, прихлопнуть — и дело с концом!