Три "Н" (СИ), стр. 46

- Из горла лакаешь?

- Я не аристократ.

- Я тоже, но пить предпочитаю по-цивилизованному. Плесни, - протягиваю стакан, - нервы успокою.

Рикс наливает мне половину и, чокнувшись, прикладывается к бутылке. Прежде чем у Майкла развязывается язык, мы повторяем процедуру несколько раз и животрепещущей темы касаемся здорово осоловевшими.

- С меня хватит, - накрываю стакан рукой.

- Я чуть-чуть, тут на донышке осталось.

- Не-не, стоп. Я уже вне кондиции.

- Не отказывайся, расскажу, что в отеле было.

Допив остатки, выжидающе смотрю на Рикса:

- Ну.

- Н-не могу я такое на трезвую голову объяснять, - пригорюнился он, прислоняясь к моему плечу.

- У папы тайный бар есть, - осеняет меня. - Принести бутылку оттуда?

- К-нешно. Пошли.

Поддерживая один другого на поворотах, идем за добавкой.

- Скотч десятилетней выдержки, - Мик откупоривает бутылку и разливает горячительную жидкость. – Пить благородный напиток не из стакана - варварство.

- Ты мой Бог, - восторженно сообщаю я парню.

- С фига такое повышение?

- Ты прочел этикетку, тогда как передо мной буквы пляшут чечётку, - пьяно хохочу я.

- Возможно, я не такой хмельной, каким кажусь.

- Да? А мня Хезер бросила, - внезапно прорывает на меня. – Ни… Ик… кому я такой мелкий не нужен.

- О, с тебя действительно достаточно.

Поспешно допиваю скотч, пока не отобрали, и сдаюсь на милость Рикса, транспортирующего меня на кровать.

- У неё жених есть. Отшивая меня, она его с собой притащила в качестве м-мральной поддержки. Мне здесь, - сжимаю рубашку в области сердца, - так больно было.

Рикс садится на постель и хлопает себя по ноге:

- Иди сюда.

- Куда?

- Ложись, - манипулируя безвольным телом, парень устраивает мою голову у себя на коленях.

- Как-то… необычно.

- Не трепыхайся, - он запускает пальцы мне в волосы и массирует кожу холодными пальцами.

- Мне так Хезер делала, - расплываюсь в блаженной улыбке я, перестав сопротивляться.

- Не ровняй меня с шерстеплюйной бабой.

- Кем? Ай, - Рикс дергает меня за прядь, не давая приподняться.

- Она мне всегда не по душе была. Вслушайся: Хе… Хез… Хезер, - на первом слоге Мик издаёт кашляющий звук. – Так делает кошка, подавившись комочком шерсти. Прими к сведению, что нормальным людям плевательных имён не дают.

Критику в адрес девушки вызывает во мне не возмущение, а смех.

- Ой, не могу, юморист!

- Так держать. Лучше смейся, чем убивайся из-за драной кошатины. Не заслуживает она тебя… и я не заслуживаю.

- Рикс, не начинай.

- Я и не заканчивал, - его пальцы пробегают по шее.

Ёжусь, и рука Мика возвращается к перебиранию моих волос.

– Что произошло в «Короне»? – спрашиваю, борясь с усыпляющим эффектом поглаживаний.

- У меня не встал, и Дэш разозлился.

- Коротко и ёмко, - подхихикаваю я.

- Я собирался его бросить, а перед этим хотел сделать парню прощальный подарок. Я должен был отблагодарить Криса за потраченное на меня время и деньги. Словом, мы с ним целовались, разделись и… ничего. Не смог я лечь в постель с человеком, вызывающим у меня отторжение. Я оттолкнул Дэша, как берегущая девственность школьница, и отпросился в ванную. Он наорал на меня, сунул в карман пакетик «герыча» и под наставление: «поднять боевой дух», я умёлся в санузел. Дальше ты знаешь.

- Ты с ним не…

- Мы не трахались. Я кормил его завтраками и докормился.

- Не пойму: зачем было связываться с тем, кто тебе неприятен?

Майкл

- Крис нормальный.

- Да уж, - не скрывает сарказма Марк.

- Он не вызывает во мне антипатии, пока не пытается уложить на лопатки.

- Мне казалось – вас связывает секс.

- Он нас разъединял.

- Почему?

Так как у нас час откровений, то открываю перед Видмарком все карты, подробно расписывая, как познакомился с Кристианом, и свои рассуждения по этому поводу.

- История закончилась хорошо, так что не переживай. Молодчина, что мне позвонил и не сорвался, - Марк проводит по ноге, на которой лежит, и меня прошивает разрядом желания. - Ты чего? – реагирует парень на моё дёрганье.

- Спи, - прошу я безотчетного провокатора. - Ты перебрал, завтра башка будет трещать.

- Будто ты трезвее, - шебуршится он, натягивая на себя покрывало.

Усмехаюсь. Этикетка на бутылке скрывала количество выпитого, точнее – не выпитого мной, поэтому я и отказался в первый заход от стакана. Пара глотков спиртного и никотин привели мои мозги в относительную норму, накачивал Филлера и подыгрывал ему я сознательно. Пьяный Марк податливее, и коварный план сложился сам собой.

Выждав пятнадцать минут смещаю руку, и тихонько поглаживая парня за ухом, расстегиваю его рубашку. Тонкие ключицы и впадинка манят прикоснуться к ним губами, но склониться, не потревожив сна Марка, не удастся. Мне остаётся обводить их пальцами и шептать: «Кореец, что ты со мной сделал?» Набравшись храбрости, веду рукой ниже к тёмно-коричневому соску. Тру его и едва сдерживаю стон вожделения. Подтащив подушку, перекладываю вырубившегося Видмарка на неё и заменяю свои пальцы губами. Плотный комочек плоти пружинит под языком, а перегревшиеся в голове и штанах процессоры не позволяют прекратить творимое мной безумство. Марк возненавидит меня, однако, логические доводы бессильны перед притяжением. Лаская живот, вылизываю шею упитой жертвы и, рассыпав по скулам парня мелкие поцелуи, перехожу к его губам, по-скотски воруя вздохи. Филлер сонно мычит, и я, отшатнувшись от его лица, перемещаюсь вниз к радующей глаз выпуклости. Справиться с ширинкой и оттянуть резинку плавок плёвое дело. Привет, красивый, вот мы и снова встретились. Подышав на головку, бросаю взгляд на посапывающего хозяина недремлющего органа, и опускаюсь ртом на член. Видимо, я фетишист, ибо щекочущие губы паховые волоски добавляют происходящему пикантности.

- Хезер, да…

Давлюсь и отстраняюсь.

Веки Видмарка опущены, руки слепо шарят по кровати. Пусть так. Буду, кем захочет. Снимаю с парня мешающую деталь одежды и наклоняюсь к гордо стоящему стволу. Раздвинув ноги Марка, устраиваюсь между ними, дабы получить доступ к поросшим тёмным пушком яйцам. Перекатываю их, приподнимаю и оглаживаю языком, при этом притрагиваясь к влекущему входу: расслабленному снаружи, тугому внутри. Разминаю отверстие пальцами, добавляю слюны, и останавливаюсь. Не будет ли это актом насилия? Парень не в себе, его согласия я не получал. По всем параметрам мой поступок гнусен и не имеет культурного названия, но изнасилование – перегиб. Совесть сожрёт меня с костями, если Филлер не засадит за решетку раньше.

- Давай сама. Я не в форме, - нежданно получаю подсказку я от разомлевшего Видмарка.

- Как скажешь, - рокировка, тоже вариант.

Раздевшись, я раскатываю по члену Марка презерватив и насаживаюсь на него. Подготовленная перед встречей с Дэшем задница легко принимает в себя достоинство Филлера, и я без лишних изысков задаю быстрый темп, кайфуя от долгожданной заполненности живой плотью, а не искусственным заменителем. Сжимая зубы, чтобы не выдать себя стоном, дрочу в такт движений и готовлюсь кончить в любую секунду, как вдруг Видмарк садится с моим именем на устах, и чтобы не свалиться, я обхватываю парня руками.

- Мик? Ты что…

- Потерпи, - задыхаясь от скачки и орудуя кулаком на члене, я пачкаю живот бывшего натурала спермой. Марк вскрикивает и до боли стискивает мне ребра. Его плоть пульсирует во мне, а глаза со смесью шока, наслаждения и ужаса смотрят на перевернувшийся с ног на голову мир. Зачем он проснулся?

- Вы тут… как?

Чувствуя, как кровь отливает от щек, медленно поворачиваю голову к распахнутой настежь двери.

- Пап…

- Говард, - одновременно приветствуем мы с Видмарком нагрянувший пиздец.

- Мальчики, перекусить не желаете? Ох! – подошедшая к мужу Нгаи каменеет.

В запоздалом приступе скромности прикрываю свой зад и бедра Марка одеялом.