Три "Н" (СИ), стр. 39
Из закоулков сознания вылезает отощавшая без подпитки наркозависимость. Она царапает паучьими лапками мне мозг и обновляет истончившуюся, повреждённую лечением паутину. «Возьми. Согласись. Нам было хорошо вместе так почему бы не… »
- Нет, - обрываю я шепот коварного демона. – Мне без разницы, Крис, я на «Нолтрексоне», - вру я, даром, что в ушах стоит визг темной твари: «Дай! Дай! Дай!»
- Сочувствую, а я вот нашел общий язык с приставленным ко мне медбратом. Взамен укола я вручаю мужику сотку, и он продаёт лекарство на стороне. Ему доход – мне свобода для получения удовольствия.
- Мой куратор неподкупный, - фальшиво сожалею я. – Пошли в зал, я давно не танцевал, хочу наверстать. – И присмотреть за Филлером.
В полвторого мне надоедает бороться с пристающим ко мне Дэшем и, выловив в море отрывающейся молодёжи не отлипающего от Хезер Видмарка, я сообщаю парню, что еду домой.
- Я сам доберусь на такси, - решаю дилемму рвущегося к девушке и не желающего отпускать меня одного Марка.
- Всё же тебе здесь не нравится.
- Я устал. Давно не посещал таких заведений, вот организм и бунтует. Оставайся, я не хочу портить тебе вечер. Хезер вон машет, иди к ней.
- Никуда не заворачивай, - напутствует меня парень, сдаваясь под напором аргументов. – Я с утра проверю твои показатели.
- Как скажешь, ты у нас босс, - отвечаю я, думая, что утро Филлера начнется после полудня. Хотя с него станется подорваться с восходом.
*
Встаю ни свет, ни заря и берусь за свои обычные упражнения. Зарядка прогоняет остатки сна, а однотипные действия наводят на неутешительные размышления. Марку понравилась Хезер, и не мне с нею тягаться. Однако, зная свою сущность, могу точно сказать, что не смогу не пихать палки в колёса соперницы.
- Мик, подъём! Ух, ты! Сделай так ещё раз.
- С добрым утром, - оглядываюсь я через плечо на Филлера, и выполняю его просьбу. Не сгибая коленей, наклоняюсь вперёд, и укладываю ладони на пол. Представляю, какой вид открывается Марку. Я в оголённой красе сложенный пополам с напряженными ногами и задницей обтянутой тонкими плавками. Подойди, сдёрни их с меня и бери тёпленьким. Дэша не пришлось бы просить, а мой куратор, к сожалению, бездействует.
Постояв, и дав рассмотреть себя с разных ракурсов, принимаю вертикальное положение.
- Повторишь?
- Попробую. Едва пальцами достал и колени подгибаются.
- С непривычки и у меня такое было. Чтобы получилось надо несколько дней потренироваться.
- Это йога?
- Нет, я следую разработанному в центре комплексу упражнений, могу показать, - загораюсь внезапной идеей я.
- Мне некогда будет заниматься.
- Потратив всего пятнадцать минут в день, ты обеспечишь себе подтянутый зад и крепкие ноги.
- О, я заметил, что твои прелести вчера оценил Крис, так что меня обманным путём можешь не пытаться раздеть. Тренируйся в умении обольщать на своем почитателе.
- То бишь, ты благословляешь меня на отношения с Дэшем? – пора бы привыкнуть к индифферентности Марка, но когда он подтверждает своё равнодушие словесно, у меня под рёбрами болезненно ёкает и холодеет. Впрочем, обвинения в полном безразличии парень не заслуживает. Он заботится обо мне в своём понимании и количество моментов, когда меня тянет Марка расцеловать, переваживает желание подчас врезать ему по физиономии. Принято считать, что нет иллюзий, нет и разочарований. Однако, как только мне кажется, что я растоптал остатки надежды и избавился от своей паразитической черты характера, она вновь пробивается ломким ростком и тянется к просвету, где виднеется солнце, дабы в результате упереться в блик на ледяной глыбе преградившей путь. Эта жестокая ловушка срабатывает всегда, и я раз за разом бьюсь лбом о тупиковую стену самообмана.
- Рикс, я пришел не ссориться с тобой, а разбудить, - произносит Марк, уловив моё недовольство.
- Я не спал, - разбирает меня злость.
- Ты не отозвался на мой стук.
- Я задумался и не услышал!
- Прекрати! Мы ведём разговор ни о чём.
- Я в душ, - снимаю единственно-прикрывающий меня предмет одежды. – Надо привести себя в порядок перед свиданием с Крисом. Спасибо, что дал мне разрешение потрахаться.
- Как же с тобой сложно.
- Сам виноват. Нечего было тащить меня к себе домой! – вызверяюсь я.
- Встречаться тебе с Дэшем или нет, решай сам, а на работу не опаздывай и, будь добр, не свети причиндалами за пределами своей комнаты. Мама в кафе собирается, и видеть твоё богатство, болтающееся между ног, ей ни к чему.
Филлер уворачивается от летящих в него трусов, и грохнув дверью, выходит.
За фортель с плавками становится стыдно. Лавина эмоций погребла под собой здравый смысл, и я упустил, что делю жилплощадь не с одним Филлером, а ванная находится в десятке шагов прямо по коридору. Так что хлопнуть себя по ягодице, подразумевая, «гля, от чего отказываешься», и подиумной походкой свалить в направлении душа было заведомо проигрышной идеей.
Что ж, за неимением лучших вариантов перехожу к плану «Б» - стать Видмарку незаменимым другом и помощником в быту, чтобы в идеале задержаться в кафе после завершения моей реабилитации. Мистер и миссис Филлер относятся ко мне почти как к родственнику, а с Лин и вовсе проблем не наблюдается, так что шансы у меня высоки.
Марк
Не знаю, к добру ли, но Рикс перенаправил свою энергию в другое русло. Даже в выходные он вертелся на кухне около моих родителей, задавал смешные вопросы, типа: «зачем гасить соду уксусом?» И записывал (!) какие приправы с каким блюдом сочетаются. Вечера же он посвящал Дэшу, к которому периодически бегал, и Каталине. Что происходит между Миком и Крисом мне было непонятно, блондин изредка наведывался в кафе и сверкал, как начищенный пятицентовик, забирая «своего парня на свиданку». Рикс же разыгрывал бесшабашность и довольство, пряча от окружающих потухший взгляд, а на мои вопросы отделывался дежурным: «всё норм». Маму и папу устраивало, что «у мальчика появился друг», и я не развенчивал миф. Приятель или бойфренд, какая им разница? Основным было то, что Майкл не кололся, не целовался со своим блондином прилюдно и больше не подбивал ко мне клинья. В дружбу Рикса с Лин я также не вмешивался. Было заметно, что Мик здорово привязался к моей сестре, и проводимое с нею время было ему в радость. Когда в школе среди младших классов объявили конкурс, на лучшее сочинение о защите природы, а призом прочили семейную поездку в Йеллоустонский парк, то Каталина и Майкл восприняли это как личный вызов и решили, что лавры будут за ними. Одержимая своей победоносностью парочка совершила налёт на пункт проката DVD-дисков и под завязку затарившись документальными фильмами «Discovery» по полночи смотрела, обсуждала и строчила неизвестно что за закрытыми дверями. Мы тайком посмеивались над их рвением и размахом подхода к работе, а в глаза хвалили, называя молодцами. Занятость младшеньких, как я называл Лин и Майкла про себя, развязала мне руки, и я с чистой совестью окунулся в роман с Хезер. Девушка была чудо как хороша: умная, красивая, не требовательная и в меру скромная. Ещё нас роднило то, что она являлась куратором с трехлетним стажем и понимала мои переживания о подопечном. Мы часами могли обсуждать поведение Рикса или её взбалмошной Летси Барнс, а после шли в кофейню или кино. Благо, что и в мелочах наши вкусы совпали, и Хезер не являлась фанаткой и завсегдатайкой ночных клубов. В тот же «Фараон» она выбралась лишь бы удовлетворить просьбу насевшей на неё Летси. Всё шло замечательно ровно до того дня, как сестра ворвалась на кухню с радостным воплем и грамотой победительницы.
- Мик, мам, па, я выиграла! Марк, смотри! – мне под нос ткнулась цветная гербовая бумажка, и я не успеваю ничего сообразить, как маленький ураганчик уносит свой трофей дальше. – Мы едем в Йеллоустоу-у-ун!!!
- Молодец! Я не сомневался в тебе, - Рикс подхватывает Лин на руки и прижимает к себе.