Знак зодиака, стр. 33
"Мог бы помочь донести", – с укором напомнил ему внутренний голос, который зачем-то знал, что Лэунда, к сожалению, воспитывали приличным человеком.
"Ерунда, – думал Лэунд. – Это ее сад, ее колодец и ее ведра. Я просто так сюда пришел и не имею к этому никакого отношения".
Дни неслись вперед, один за другим, по-летнему солнечные и умиротворяющие, в них не было ничего от гибельной осенней тоски. Лэунд потихоньку читал те книги, которые взял с собой. Призывать огонь у него все еще не получалось.
Четыре дня спустя Лэунд устроился на старой, порядком прогнившей скамейке у стены храма, уже не стремясь остаться незамеченным.
– Лэунд, там неподалеку от тебя стоят грабли, можешь передать?
– Да шим с тобой! – выдохнул юноша и крепко схватил инструмент. – Только это первый и последний раз, когда я для тебя что-то делаю!
– Хорошо! – живо отозвалась Келео.
Келео: часть вторая
Лэунд всегда знал, что быть приличным человеком – опасно и трудно, а помощь людям не доводит до добра.
Он и сам не заметил, как стал помогать Келео в саду. Сначала все ограничивалось простыми просьбами, а после его каким-то совершенно немыслимым образом умудрились привлечь к прополке и выкорчевыванию пеньков. Это был труд совершенно не подобающий магу, занятие для простолюдинов! Да и растениеводством он никогда не интересовался. Главное, не пропустить момента, когда вернется Сэвезмунт: если маг узнает про его садоводческие подвиги, будет смеяться над Лэундом до скончания времен.
"Мне просто-напросто больше нечего делать, – убеждал себя не желающий терять чувства собственного достоинства Лэунд. – Нужно же чем-то заняться, правда?"
И с подобными мыслями Лэунд раз за разом брел в сад, чтобы от нечего делать опять выполнять какую-нибудь, в общем-то, бесполезную для него работу. Недочитанное руководство по практической магии пылилось в его комнате, в таверне, где день и ночь пили, ели и горланили застольные песни.
– Принеси, пожалуйста, немного воды, тут надо полить.
Лэунд отряхнул от земли руки и проворчал:
– Сейчас-сейчас, ну что ты заладила? Я тебе не наемный работник. Я вообще ничего тебе не должен!
Келео пожала плечами, не переставая копаться в клумбе. Парень горестно вздохнул, взял ведро и направился за водой.
Старый рычаг противно скрипел под руками, ощущалась тяжесть ведра, наполненного водой. Скоро его заржавелый край вынырнул из темноты колодца. Лэунд снял его с крюка и поволок к клумбам.
– Ну, где поливать?
– Поставь пока, – отвечала Келео. – Да, там где-то у стены должна быть коса… Возьми ее и скоси траву с другой стороны храма.
– Что, всю? – опешил Лэунд. – Зачем?
– Я хочу успеть прополоть и засадить здесь все до того, как исчезну, – пожала плечами девочка. – Я хочу, чтобы люди увидели мои труды и то, какая красота есть в их деревне. Хочу оставить что-то после себя. Хоть какой-то след.
– Но это невозможно! – воскликнул Лэунд. – За такое короткое… Это займет кучу времени!
– Я постараюсь, – невозмутимо ответила Келео. – Ты ведь мне помогаешь. Значит, не все еще потеряно… Иди, коси.
Лэунд вздохнул, взял косу и взглянул на просторные желтеющие заросли травы и сорняков. Ему казалось, на то, чтобы это скосить потребуется самое меньшее – неделя, тем более, что он никогда прежде этого не делал. Юноша задумчиво потер плечо; почему-то возле храма кожа его всегда покрывалась мурашками.
"Погоди-ка, мурашки?"
Похожий эффект обычно давала перебродившая магия. Она пропитывала воздух в старых лавочках ведьм, жилищах шаманов или магов и… возле храмов. Перебродившая магия! Болотце из живой реки! Ну конечно! Вот почему сирень и жасмин здесь цветут даже летом, вот почему черенки роз дают листья и корни на третий день, а на пятый превращаются в небольшие колючие кусты. В месте, где есть перебродившая магия, хорошо получается всякое колдовство, правда, оно иногда ведет себя непредсказуемо, но это уже другой вопрос.
"Маг я в конце концов, или не маг?"
Лэунд положил косу на землю и прикрыл глаза. Желтые и светло-зеленые краски исчезли, остался только терпкий запах полыни и земли, да шорох ветра, качавшего траву.
– Что ты там делаешь? – осведомилась Келео.
– Помолчи, – Лэунд поднял руку перед собой, согнув в локте, направив ребром ладони вперед.
"Вот растут травы. Ветер качает стебли полыни, шевелит сухие травинки… Вот они падают, срезанные".
Лэунд резко открыл глаза, рубанул воздух рукой, раздался негромкий свист. Ветер качнул стебли сорняков, поиграл с листьями… и травы упали, скошенные под самый корень, улеглись ровным зеленым слоем. Юноша улыбнулся и довольно потер руки. Это было первое заклинание, которое получилось у него как следует.
– Эй, Келео, я все скосил!
– Я видела, – обращенная стояла у каменной стены, взгляд у нее был затуманенный, задумчивый, а губы чуть приоткрыты.
Лэунд внутренне дрогнул. Ему вдруг пришла в голову мысль, что Келео могло испугать колдовство. В конце концов, именно по его вине девочка оказалась обращенной в Тень.
Вдруг взгляд Келео прояснился, мутная пелена исчезла с глаз, обращенная приложила руку к подбородку и тихо, грустно пробормотала:
– А ты… ты можешь так же и корни выкорчевать?
Некоторое время Лэунд смотрел перед собой, осмысливая услышанное и пытаясь сопоставить значение высказывания Келео с ее тихим грустным голосом и преисполненными вселенской печали невероятными глазами. И решил не сопоставлять. Где-то не слишком глубоко внутри всколыхнулось раздражение; мысль о том, что он только что волновался почем зря была ему неприятна.
Он фыркнул:
– Магия тебе не бирюльки, чтобы с ее помощью траву полоть.
– Почему?.. – искренне удивилась Келео.
Юноша махнул рукой.
– Пойду траву в кучу соберу… Где тут грабли?
– Все там же, – растерянно отозвалась обращенная.
Лэунд сделал несколько шагов в указанную сторону.
– И я даже не надеюсь на благодарность, – сообщил он, выглядывая из-за угла.
– Ясно, – пожала плечами Келео.
Лэунд заскрипел зубами. Он не знал, на что именно пенять, не то на слабоумие Келео, не то на физическое, либо душевное состояние. И потому просто пошел собирать траву.
Тем не менее, этот день напомнил ему об одной детали, о том, что Лэунд успел за последнее время забыть, растворившись в уходящем лете, в его солнце, в травах, воде, земле, питающей новые ростки. Деталь была вот какой: Келео скоро исчезнет. С этого дня по вечерам он стал перебирать многочисленные учебники в попытках найти хоть какую-то информацию об обращенных. Но о них ничего не писали. Все, что Лэунду удалось отыскать, поместилось бы на паре страниц:
"Это заклятие было придумано давно, в далекие мрачные времена, когда маги разных народов, в то время еще существовавших, сражались за возможность править Большим Материком. Маргна, так тогда этот материк называли, но теперь и этого не помнит никто. В те времена это заклинание, только что придуманное, называли заклятием Забвения, а заколдованных – забывшими.
Эту особую магию придумали ведьмы, когда Тени – порождения человеческого страха – заполонили весь материк. В те времена заклинание было немного другим, хотя суть его осталась неизменна. Когда ты не можешь жить, как прежде, когда ты забыл, кто ты, когда не хочешь больше назваться тем именем, которое дано тебе от рождения – приходи к ведьме, и она отберет самый болезненный кусочек твоего прошлого – тонкую искристую временную нить – и даст тебе новое имя и шанс на новую жизнь. Ты будешь помнить свой знак зодиака, а больше ничего; никто не сможет тебя узнать, поскольку твоего прошлого больше не будет во всемирном временном полотне. Тогда забывшие не становились похожими на Теней, хотя жили все равно совсем недолго; но никто не связывал последний эффект с заклинанием.