Опасные иллюзии, стр. 71

Наемники рассредоточились: некоторые устремились наверх, другие закрепляли тросы и спускались, оставшиеся заняли оборону у входа. Риган увидел Мориса и Милу — она указывала на него и что-то кричала. А потом сознание выпало. Должно быть, так себя чувствует человек, упавший на острые колья решетки, когда холодный металл пронзает тебя, проходит сквозь тело и вырывается наружу. Его окатило холодом, а после обдало жаром: будто из ледника швырнули в пламя. Он рухнул на колени, каменная крошка обожгла пальцы. Риган пришел в себя, судорожно хватая ртом пыльный воздух, и закашлялся. Донеслись первые выстрелы, загрохотали автоматные очереди — спецназ Новой Полиции подошел к Городу, и наемники Милы открыли огонь.

Силясь отдышаться, он приподнялся, но тут же получил ощутимый удар ногой в солнечное сплетение. Перед глазами полыхнули искры, а грудь сдавило. Риган повалился на бок, пытаясь вдохнуть. Когда он наконец хрипло втянул в себя воздух, легкие обожгло.

— Далеко убежал, Эванс?! — Ненавистный голос Милы ворвался в сознание сквозь оглушительный грохот сливающихся в смертельную трескотню выстрелов. Она уперлась ногой ему в плечо и перевернула на спину. — Прадед называл тебя «трусливый ублюдок», но как по мне, ты просто ничтожная мразь. Все! Вы! Такие! Недолюди! Возомнившие! Себя! Богами!

Каждое слово сопровождалось ударом. Боль и резкие, рваные толчки — под ребра, в бок, в живот, в лицо. Сквозь пелену Риган видел, как ее оттащил Морис. Он что-то кричал про время. Лицо Милы, выхваченное из расплывающейся перед глазами картины, казалось белым пятном.

Бросив на Ригана еще один исполненный ненависти взгляд, она сплюнула и бросилась по коридору к платформам. Он перекатился на бок, чтобы видеть вход: стальные нити тросов протянулись ко дну, внизу наемники закрепляли взрывчатку. Полицейским удалось прорваться, и сейчас они растекались по этажам и переходам. Вспышки и выстрелы, грохот и эхо перестрелки отражались от стен. Один из наемников во время рукопашной сорвался с верхнего уровня и тряпичной куклой рухнул вниз, на лестнице этажом ниже распластался прошитый автоматной очередью полицейский. Громыхнул взрыв, раскатом пронесся над головой, отразился от стен. Из-под монолита полетела каменная крошка.

Риган поднялся. Тело плавилось, словно в огне. Он видел, как вздуваются вены и сосуды, расчерчивая черным узором стремительно светлеющую кожу. Полубезумный восторг отозвался ощущением силы, неподвластной человеку. Боль отступала, легкие больше не сжимались при попытке сделать вдох. Внутренний зверь оскалился и рычал — ему нравилось соседство с иномирной заразой.

Риган взглянул на обзорную площадку — с нее можно было попасть в глубь Города, где собрана большая часть библиотеки Древности, — и бросился туда. В теле словно не осталось ни единой целой кости, он двигался, как ртуть, плавно и быстро. Коридоры, переходы и лестницы — выше и выше, чтобы добраться до нужного уровня, фонари и вспышки выстрелов, разлитый между зеркалами свет. Давно он не чувствовал себя настолько сильным и неуязвимым: зрение, слух, обоняние обострились до предела, как у измененного, только резче. Он видел, как Мила и Морис метнулись под сводчатые арки, а следом за ними устремились полицейские. Поблизости ухнул второй взрыв, а следом — третий, рядом с ногами автоматная очередь взметнула столбики пыли, но Риган резво ушел в сторону и кинулся вперед. Выскочивший на него наемник больше ничего не успел — его шея хрустнула, как сухая ветка, бесчувственное тело Эванс швырнул вниз.

Звуки и запахи сводили с ума. Восприятие мира перестраивалось под того, кто понемногу осваивался в его теле, поэтому Милу он не увидел, а скорее почувствовал — в глубине первого ряда анфилад на площадке. Риган перепрыгнул через тела полицейских, Морис вскинул пистолет, но опоздал: прямой удар в грудь ему нанес не человек, а зверь. Легран отлетел в сторону, с силой врезался в стену и затих. Громкий звук выстрела, еще один. Риган дернулся, рубашка пропитывалась кровью, но он не чувствовал боли, словно внутри сорвало предохранитель.

Искаженное яростью лицо Милы мелькнуло перед глазами, когда он выбил оружие из ее рук и с небывалой легкостью швырнул женщину на площадку. Она тут же вскочила, доставая пульт дистанционного управления, и тогда Риган прыгнул. Основной удар пришелся на него: взрывная волна ударила в спину и бросила его на Милу, их потащило по полу, из арки вырвался огненный смерч. Падение было недолгим — под площадкой располагались платформы, а правнучке Дюпона снова повезло: она рухнула прямо на Ригана. Под звенящую в ушах тишину он наблюдал, как обвалилась анфилада, которая погребла Мориса, как медленно поднималась оглушенная Мила. И неожиданно увидел ее.

Этажом выше Агнесса бежала к площадке, на которой плясали крохотные язычки пламени. Она что-то кричала, но воцарившееся безмолвие поглощало слова без остатка.

Риган перекатился на бок и вскочил, а Мила выхватила нож и бросилась на него. Спасла скорость: лезвие располосовало грудь и вскользь прошлось по ребрам. Риган с силой вывернул ее запястье, ногой отшвырнул оружие, а спустя мгновение держал правнучку Дюпона за горло и смотрел ей в глаза.

Тишина рассеялась, звуки вернулись. Сквозь почти прозрачную кожу на запястье ярче проступили почерневшие вены. Человек устал сопротивляться, и теперь Истинный Зверь видел перед собой хищную женщину. Если бы у нее была возможность, она бы вцепилась зубами ему в горло. Он чувствовал ее злобу и бессильную ярость, а еще запах крови — своей и чужой.

— Ненавижу… — Хриплое шипение прорвалось сквозь шум в ушах, она не отводила горящих глаз. — Ирландский ублю…

Он надавил сильнее, и хрупкая шея поддалась напору. Ее голова запрокинулась под неестественным углом, тело выгнулось и обмякло. Тогда он разжал руку и повернулся. Светловолосая девушка смотрела на него с нескрываемым ужасом. Почему-то ему казалось, что он должен ее защищать.

— Риган!

Громыхнуло с нижних этажей, одна из колонн треснула и надломилась. Платформа пошатнулась, стоявшая на ней девушка вскрикнула, потеряла равновесие и начала падать. Он разбежался, оттолкнулся от массивного обломка и прыгнул наверх на заваливающуюся плиту. Подхватил девушку на руки, легко швырнул в коридор, стремительно бросился вперед — следом за ней. Излом выступа под пальцами разошелся трещинами, посыпался вниз, и он сорвался. Отчаянный женский крик и грохот рушащегося камня — недолгое падение и боль оборвались темнотой.

Глава 21

о печальных последствиях своеволия Ригана,

о том, что подопытным крысам не везет,

и о выборе, который никогда не бывает легким

Проклятое место! Безумные люди!

Ее подхватили и вздернули наверх, а она желала упасть. На самое дно проклятого Города, куда мгновение назад скользнул Риган. Она билась в сильном захвате, брыкалась, колотила руками куда попало, укусила затянутое в перчатку запястье, но оперативник не разжал рук. Он тащил ее назад, прикрывая собой, как щитом, а она охрипла от криков, и теперь с губ срывались только шепот и рыдания.

— Пожалуйста, пожалуйста… — бессознательно повторяла она.

— Вам нельзя здесь оставаться!

Можно подумать, она не знала. На инструктаже Сэм ясно сказал: держаться рядом с ним и помогать раненым. Тем не менее ей выдали специальную форму и бронежилет — на случай, если кто-то из преступников прорвется к выходу через портал. Она впервые видела, как расступается пространство, соединяя две точки на расстоянии: сначала по воздуху прошла легкая рябь, а потом контуры энергий стали расплываться в мерцании. И вот уже она видела перед собой не ночную пустошь, а ведущий к Городу каменный тоннель, через который небольшая армия Новой Полиции устремилась в коридор.

Выстрелы загрохотали сразу: сначала ближе, затем удаляясь. Агнесса мысленно сжалась и обхватила себя руками. Она не знала, сколько времени прошло, когда услышала взрыв. Боевики подобрались, напряженно вглядываясь в портал. Бешено забилось сердце, и она одним прыжком бросилась вперед — раньше, чем Сэм успел закрыть проход. Сзади раздался окрик Шеппарда, но она не остановилась и словно в ледяную реку нырнула: виски сдавило, пульс застучал в ушах, тепло исцеляющего дара погасло. Все это было неважно, она пролетела последние метры коридора и оказалась у входа, залитого кровью, метнулась в сторону — и в этот миг прогремел второй взрыв, сразу за ним третий. Агнесса наткнулась на остекленевший взгляд оперативника, сорванная каска валялась в стороне, второй лежал лицом вниз, рядом с наемником, у которого из груди торчал нож.