Ветер в кронах (СИ), стр. 35
А особенно после того, как он привёз Стефанию.
Катя глянула на девочку, что-то самозабвенно рисующую в книге-раскраске, высунув язык. Она слишком сильно давила на хрупкие грифели. Катя с тоской оценила растущую кучку разноцветных карандашей, которые ей придётся точить.
И без девочки постоянно приходилось куда-то ездить, готовить, стирать, убираться, а со Стефанией началась нескончаемая угнетающе бессмысленная суета. Катя словно опять устроилась на работу, снова живёт в многолюдной коммуналке, только за окнами не Москва.
Из-за дождя они всё время сидели дома. И постоянно что-то случалось, стоило только Кате сесть за отцовские тетради. То Стефания плохо поставила в холодильник открытый пакет молока, и Кате пришлось перемыть все залитые им ящики, полки и продукты. То уронила на пол краски, баночки с которыми закрывать плотно девочка всё время забывала, сколько бы Катя её ни просила.
Про то, что нельзя приучать Гастона играть на кровати, Катя измучилась даже говорить. Нагулявшись на улице, он теперь с разбегу запрыгивал на кровать и не понимал, почему Катя кричала и скидывала его, ведь Стефания вечно возилась с ним именно там, упорно не реагируя на замечания хозяйки. На Катино раздражение она отвечала стойкой неприязнью и упрямством.
«Нет, на это я не подписывалась. Я не готова быть мачехой чужого, игнорирующего меня ребёнка», — злилась Катя от бессилия. А ещё от того, что месячных так и не было.
Она успокаивала себя тем, что задержка в десять дней при перемене климата, её стрессе и пережитых волнениях нормальна. Но мысль, что купить тест на беременность не помешает, уже свербела. Каждый день Катя трогала болезненную грудь, каждый день прислушивалась к слегка ноющему животу. При такой беспощадной эксплуатации боль как раз была объяснима.
Завтра у Андрея намечался выходной. А прогноз погоды обещал наконец солнце. И Катя втайне надеялась, что Андрей со Стеф уедут куда-нибудь вдвоём, а она просто побудет одна.
Дверь машины хлопнула. В своё окно Катя видела, как Андрей пробежал до крыльца.
— Привет! — первой он подхватил Стефанию.
Катю подошёл потискать во вторую очередь.
— Есть предложение завтра поехать на море! — сказал Андрей громко, оборачиваясь к сестре. — С Кариной.
— Ура! С Кариной! Мы поедем с Кариной! — кинулась кружить щенка по комнате девочка.
— Хочу познакомить тебя со своей лучшей подругой, — выдохнул Андрей Кате в шею. — Надеюсь, она тебе понравится.
А Катя услышала одно — её тайные планы снова не оправдались.
Глава 19
С Кариной или без Карины, а день действительно с утра был восхитительно солнечным. Покидав привычный для моря скарб в машину, они ехали на тот пляж, что назывался «Каменный».
Из всех мест, что показал Кате Андрей, этот залив был самым маленьким и самым живописным. Особенно поражали камни. Все, как на подбор, идеально круглые и плоские, как таблетки, разных цветов и размеров, они покрывали побережье от края до края. Их вид наводил на мысли о чём-то одновременно рукотворном и божественном. А палитра оттенков — от угольно-чёрного до розового и зеленоватого — ещё с прошлого раза заставляла Катю перебирать камни с трепетом коллекционера. Сегодня же, ещё влажные после дождя, они просились в грузовик, чтобы создать из них на газоне если не японский садик, то какой-нибудь сухой прудик, ручеёк или даже настоящий фонтанчик.
— Андрей, а их можно отсюда вывозить? — с надеждой спросила Катя.
— Конечно, — пожал он плечами, доставая из кузова вещи. — Тебе можно всё. Откладывай, какие понравятся, я потом перекидаю в машину.
Именно за этим сложным занятием — отбором самых красивых из идеально красивых камней — и застала Катю Карина.
— Привет! — обняла девушка Андрея.
— Привет! — поднялась ей навстречу Катя. И её настроение, только начавшее улучшаться на этом пляже, моментально испортилось.
Карина, высокая стройная брюнетка, оказалась не просто красива. Угрожающе красива. Она посмотрела на Катю ярко-голубым взглядом из-под густых тёмных ресниц и, обнажив идеальные зубы в довольно приветливой улыбке, пошла к Стефании. Ловко переступали по камням её загорелые и длинные, как у манекенщицы, ноги. И хвост из прямых густых волос, торчащих из выреза бейсболки, вызвал бы зависть у создателей лошадиных шампуней своим здоровым блеском.
Стефания кинулась к ней в объятия, оглашая округу радостными воплями. И Катя в очередной раз обиделась на несмышлёного ребёнка, теперь за то, что ни разу она даже не обмолвилась, что у брата есть подруга, которую сама Стеф так хорошо знала.
Девочка взахлёб стала хвастаться успехами Гастона. И Карина тискала щенка с такой любовью, что по одним этим жестам Катя поняла, что ветеринар для неё не профессия. Это — её призвание, её образ жизни. Да что там, просто вся её жизнь. Именно так и отрекомендовал её Андрей.
У Карины была своя ветеринарная клиника, бесплатный приют и платная гостиница для животных. И белый джип, на котором она приехала, был весь облеплен рекламой её собственности и грязью из луж, по которым пришлось добираться до Каменного.
Даже за грузовик Андрея Катя переживала, когда он поехал вброд, образуя волны, размером с морские. Карина, как водитель, явно оказалась не из робкого десятка.
— Векслер, я же говорила, проеду, — небрежно махнула Карина на свою машину, открывая Андрею багажник.
«Векслер, — повторила Катя мысленно. — Андрей Векслер».
Да, именно так он и представлялся по телефону. Но только услышав, как его фамилию произнесла приехавшая девушка, в Катиной памяти мелькнуло что-то ещё. Что-то связанное с Острогорском. Но что? Нет, сейчас не время было об этом думать.
— Я боялся, что после таких дождей ты утонешь на этой дороге, — достал Андрей мангал и мешок с дровами. — Поэтому и предлагал другой залив.
— Вот, я надеюсь, и все так подумали, что утонут, — выбросила Карина на камни ещё пакет и захлопнула багажник. — Поэтому сегодня мы будем здесь одни.
— Вам помочь? — подошла Катя.
— Мы справимся, — подмигнул ей Андрей.
И всё же хоть и с пустыми руками, а Катя побрела за ними. Там у подножия скалы, уже стоял каменный очаг, сложенный из идеально ровных камней. И с той поры, как они пользовались им последний раз, он, кажется, стал даже красивее, обретя отмостку, выложенную по периметру.
— Ты посмотри, — восхитилась и Карина. — Чувствую, в следующий раз тут уже будет и каменная лавочка по кругу.
— Так что тебе мешает сделать её сейчас, — хмыкнул Андрей. — Правда, у меня другое предложение.
И пока Катя каменным истуканом любовалась на море, скалы и цветущие на них фиолетовые колокольчики, Андрей притащил два старых автомобильных кресла, оставленные здесь другими заботливыми отдыхающими.
— Более-менее просохли, — потрогал он обтянутый дермантином поролон. — Но пока всё же подождите садиться.
— Как скажешь, — пожала плечами Катя, чтобы уж хоть что-то сказать.
— Ну, что, бульгоги или как обычно? — спросила Карина, вытаскивая мясо.
— Бульгоги? — переспросила Катя.
— Векслер, ты до сих пор не накормил девушку своим фирменным мясом? — удивлённо обернулась Карина.
— Накормил, накормил, — обнял Андрей обескураженную Катю, целуя в макушку. — Просто не сказал, как оно называется. Помнишь, ты даже жарила мне кунжут?
Он приподнял её лицо за подбородок и чмокнул в уголок губ. И то, как непринуждённо он это сделал при Карине, как вообще естественно себя вёл, ничуть не изменившись с приездом подруги, позволило Кате вздохнуть с облегчением.
Карина была для него чем-то вроде руки или ноги. Столь же безусловна, сколь и неотделима. Он легко шлёпнул её по попе, отгоняя от костра, когда пламя взвилось слишком сильно. Ни капли не смутившись прижал зубами разогнувшееся колечко на лямке купальника, когда Карина разделась. Он вынес её мокрую и дрожащую из ледяной воды, прижимая к бедру.
Но по всем этим признакам, чутьём, интуицией и разряжением в воздухе, которое между ними непроизвольно возникало, Катя сделала неутешительный вывод: они спали.