Катастрофа для байкера (СИ), стр. 20

— Ну и отлично. Тогда она считается приобретённой до брака, и твой отец, скорее всего, был указан единоличным собственником. В этом случае треть или четверть квартиры твоя, ты наследница. Другая треть или четверть принадлежит твоей матери, остальное родителям твоего отца — ну это если грубо говоря. Если твоя мать разменяла её на меньшую, возможно, теперь даже большая часть квартиры принадлежит тебе, опека могла выставить это условием сделки. Но это надо узнавать через реестр.

Её взгляд стал мне наградой. Я мысленно усмехнулся. Не думал, что юридическое образование пригодится, чтобы произвести впечатление на девушку. И хорошо, что Королева не знает, что мне пришлось залезть в гугл, чтобы освежить знания четырёхлетней давности.

— Потом рассортируем, — я остановил её, когда она принесла ворох собранных листочков и начала было разбирать их. — Сначала другое, более важное дело.

— Какое? — она удивлённо уставилась на меня.

— Восполнить баланс поцелуев в организме. Пациент страдает. Нужна срочная помощь.

Не дожидаясь реакции, я поймал Королеву в объятия. Вдохнул запах, и меня пронзило острое невыразимое ощущение счастья. Я чувствовал настоящий кайф от возможности вот так прижимать её к себе, заглядывать в её ведьмины глаза, от того, что она не вырывалась, а только смотрела на меня чуть испуганным, с расширившимися зрачками, невероятно притягивающим взглядом. От неё обалденно пахло. Домом. Уютом. Её собственным родным до изнеможения запахом.

Стол тут же пригодился в иной роли. Я усадил на него Королеву, как утром дома. Мне нравилось во время поцелуя чувствовать пахом жар её промежности. Это было очень… многообещающе. Голоса рабочих за стеной добавляли лёгкого адреналина, повышая кайф, хоть я и знал, что никто не зайдёт. Но нас разделяла всего лишь тонкая перегородка, а в двери прозрачное стекло. Представляю, что за зрелище увидит заглянувший в него: меня спиной к двери, и ноги Королевы по обе стороны от моих бёдер.

Меня сводила с ума её податливость, мягкость её сумасшедших губ, жаркое дыхание и манера ерошить мне волосы во время поцелуя. Просто дыбом всё вставало, включая то, что внизу, естественно. Я хотел её до безумия, до боли в уставших терпеть яйцах. Так бы и снял с неё эту юбчонку, стащил бы трусики, и…

Но пока было нельзя. Надо осторожно, чтобы не спугнуть эту робкую добычу. Королеву всех недотрог.

Раздавшиеся за стенкой тяжёлые шаги заставили меня напрячься. Послышался знакомый густой голос, от которого стало кисло во рту, как будто я снова был пятнадцатилетним школьником, стоявшим навытяжку и слушавшим бесконечные нотации, которые безэмоциональный мужской голос вбивал в меня словно долотом.

Я выругался одновременно со звуком распахнувшейся двери.

— Вижу, ты не взрослеешь, — раздалось с порога. — Как всегда, на уме одни бабы да мотоциклы.

Я отодвинулся от Королевы и повернулся, становясь так, чтобы загораживать её от чужого взгляда.

Папаня особо не изменился. Седины прибавилось, потолстел немного. Часы от Версаче выставлены напоказ. Костюм хороший, тоже, небось, от бренда. Всё как всегда, короче.

— Припёрся-таки. А я надеялся, ты ещё долго меня не разыщешь.

Он только фыркнул свысока. Королева закопошилась за моей спиной, поправляя одежду. Я обернулся к ней:

— Ты обедала?

Она кивнула. Я достал портмоне, вынул пару мелких купюр. Вручил ей:

— На, сбегай, купи себе кофе. Или чего захочешь. И мне возьми.

Она, кажется, поняла, что это попытка увести её из-под артобстрела. Не артачась, взяла деньги, спрыгнула со стола и шмыгнула в открытую дверь. Отец чуть посторонился и проводил её внимательным взглядом.

— Связался с какой-то прошмандовкой, — слава богу, подождал хотя бы, пока она уйдёт. — Надеюсь, не успел прижить с ней никого?

— Не твоё дело, — я присел на стол, складывая руки на груди.

Раз отец появился здесь, разговора не избежишь. Он слишком занят, чтобы приехать просто повидаться с сыном.

Подтверждая мои догадки, он аккуратно закрыл дверь. Встал так, чтобы видеть через окошко, не подошёл ли кто. И одарил меня коротким жалящим взглядом:

— Ты вовремя вернулся. Скоро срок переизбрания на должность генпрокурора. Эту должность обещали мне.

— Поздравляю.

Отец взмахом руки велел заткнуться. Продолжил:

— За моей спиной стоят серьёзные люди, но им нужно показать свою лояльность. Дочь там давно тобой интересуется. До сих пор я им пудрил мозги, дескать, ты работаешь за границей, но раз уж ты вернулся, это отличное время для того, чтобы тебя им представить.

— Отрезанный ломоть, который интересуется только бабами и мотоциклами? Ты уверен, что это сработает на благо твоему реноме? Что если барышня сильно разочаруется?

— Марк, — уронил он тяжело. — Пока что я прошу по-хорошему. Веди себя как подобает, и я пойду тебе навстречу.

— А если нет?

— А если нет, — он помедлил, обвёл взглядом подсобку. — Если нет, то я раздавлю тебя вместе с твоим салоном и твоими девками. Вот, — он вытащил из-за пазухи тонкую папку. — Досье тебе привёз, изучи на досуге. В среду вечером приедешь куда я скажу, одетый подобающе для ужина в приличном месте. И делаешь всё, чтобы ей понравиться. Иначе всё это, — он расплывчато покрутил указательным пальцем, — в один прекрасный день сгорит, а твою девку найдут в канализации.

Папка полетела в мою сторону. Я не пошевелился, чтобы поймать её, и она, ударившись об угол стола, отскочила на пол. Высыпался веер глянцевых фотографий.

Тяжело ступая, отец вышел.

Я дождался, пока он отойдёт достаточно далеко, и со всей дури жахнул кулаком о столешницу.

На ум приходил только мат.

Отец ничуть не изменился не только внешне. Гнилой характерец тоже остался совершенно прежним. Вот только ставки всё повышаются.

Обладающий властью, опасный, возможно, не очень умный, но зато очень опытный, привыкший ловить рыбу в мутной воде. Привыкший не выбирать метод воздействия. С таким противником нельзя не считаться.

Ради должности генпрокурора он и впрямь способен на многое. Женить меня на первой попавшейся губошлёпой кукле — вообще не вопрос. Спалить салон — не проблема, скажи спасибо, если никого при этом не повесят.

Но хуже всего, если он и впрямь попробует что-нибудь сделать Королеве.

В общем, на встречу придётся идти, усыпить подозрения. И выиграть немного времени.

Сдаваться так просто я не намеревался.

Глава 12

Санька

Когда я вернулась с кофе, неизвестного посетителя уже и след простыл. Марк только махнул рукой в ответ на вопрос, кто это был и чего хотел. Его лицо не покидало мрачное выражение.

Неужели какие-то проблемы в делах? Что-то с салоном?

Мне самой было не по себе. Я даже не разглядела лица посетителя, он стоял против света, но исходящая от него угроза была такой явной, что волоски на коже встали дыбом.

Чтобы побаловать себя и хоть немного поднять настроение Марку, вечером я испекла черничный пирог из каким-то чудом завалявшейся в холодильнике баночки черничного варенья. Муку, яйца, сахар и соду купила в магазинчике поблизости. Вышло очень даже неплохо, но Марк почему-то не на шутку удивился, узрев результат моих усилий.

— Не любишь чернику? — с подозрением спросила я.

— Люблю, почему нет, — он потянул в рот щедро отрезанный мной ломоть. Прожевал (я внимательно следила за его лицом), проглотил, поднял большой палец:

— Супер! Ты сама это сделала?

— Конечно, — я фыркнула. — Ты что, пирога домашнего никогда не ел?

— Ну ел… угощали.

— А дома?

— У нас не готовили, — он снова помрачнел.

Я подождала, но он больше ничего не сказал. Марк вообще особо не упоминал о своей семье, и мне казалось, эта тема для него немного болезненна. Поэтому я тоже не спрашивала, хотя и было интересно, что у него за семья. Есть ли братья, сёстры, родители в разводе или по-прежнему вместе, где живут, давно ли он навещал их.