Одуванчик в тёмном саду (СИ), стр. 64

— Глупости! — рыкнул я, злясь больше на себя и на того «паразита», который устроил покушение.

И тут же закрылся, спрятав все эмоции. Страх, злость, сомнения — не зачем о них знать женщине, которая сейчас испытывает примерно те же чувства.

Если Диндэниэль — музыкальный маг, значит, ей придется учиться творить заклинания. И я должен быть рядом и контролировать процесс обучения. Спокойный и уверенный, в ней и в себе.

В ней даже больше, чем в себе, потому что творец заклинаний рядом, это… Так! К черту все сомнения, пусть враги боятся! А я буду верить… как последний идиот, буду ей верить. Потому что я так решил. И Ил поддержал, кривя свои красивые губы и поглядывая на меня с сочувствием.

А еще он обещал привезти в замок все книги, которые есть у эльфов, даже из личных библиотек. И согласился сам обучать Дину ментальной магии, из-за сходства их дара…

— Вы чудесно играли, леди! Никому не позволю лишить меня этого удовольствия, — улыбнулся я, глядя в глаза своей партнерше по танцам. И протянул ей обычную гитару…

А потом был чудесный вечер, настолько чудесный, что я почему-то каким-то чудом уснул, черт побери! Прямо в кровати с красивой женщиной!

Ночью мне снова снились пещеры. Лицо старика, его безучастно-изучающий взгляд, легкое любопытство, а потом… боль. Такая сильная, что я почти сразу перестал ее чувствовать, хотя сознание потерял не сразу. Сначала пришел спасительный болевой шок…

Охранявшие меня до прихода старика пушистые полуразумные создания старательно переламывали мне все кости, чтобы собрать их по новой, правильно. Позвоночник, ноги, руки, пальцы… Благодаря этим существам, я не стал горбатым криворуким хромым уродом.

Череп, к счастью, я не повредил, инстинктивно свернувшись при падении чуть ли не в клубок. Больше всего пострадали спина и руки. Как потом признался старый морра арргросс, он даже не надеялся, что я буду ходить.

Старик воспринимал меня как разнообразие, развлечение… и потом — подарок одной симпатичной арахнидке, ради ее благосклонности. К счастью, я тогда не подозревал о его планах и наивно верил, что раз со мной так возятся, значит, хотят, чтобы я выжил.

И я выжил, черт побери! А развлечение из меня получилось настолько интересное, что мне даже было позволено находиться в помещении во время занятий старого морра арргросса с его возможной сменой — тремя молодыми арахнидами, среди которых был и Рремшшург.

Сначала их веселили мои вопросы, потом удивляли… Как и рост моих ментальных способностей.

Да, есть расы, для которых ментальная магия — норма. Но от жалкого человека ничего подобного не ожидалось.

А еще мне было позволено любоваться, а потом даже трогать Аррахшшир. И я разговаривал с ним, иногда часами… потому что больше мне говорить было не с кем. А артефакт иногда даже отвечал мне, по крайней мере, показывал свою заинтересованность в моих историях. Так что я развлекал не только старого морра арргросса.

Когда старику стало совсем плохо, он призвал своих учеников, положил перед ними Аррахшшир и почти с мольбой в голосе попросил его выбрать нового хранителя. И артефакт выбрал…

Проснулся я как-то резко.

Жизнь в пещерах не была чередой кошмаров, и я довольно спокойно вспоминал о ней наяву или во сне. В этот раз тоже не стонал, не метался, просто спал… и вдруг, словно что-то резко толкнулось в груди. Аррахшшир?! Интересно, может ли он управлять моими снами? Возможно, он и моя интуиция вместе пытались понять, кто же виноват в покушении?

Дина, лежащая рядом и крепко обнимающая меня, тут же оторвала голову от подушки:

— Кофе будешь?

— Кофе? Завтрак в постель?

Последний раз я позволял себе такую роскошь с Тамишей, завтраки, ужины… А нет, черт побери! Ужин в постели у нас был совсем недавно. Почему бы теперь не устроить завтрак?!

— Тогда еще и бутербродов! — объявил я.

Почему-то я был уверен, что она просто сбегает на кухню, принесет оттуда поднос с едой, и все потихоньку плавно перейдет в секс.

— Бутерброды будем готовить вместе, — внезапно заявила эта странная женщина с эльфийской внешностью. — Пошли на кухню, а то мне без тебя скучно.

Давно уже не слышал таких слов от девушек. Скучно!.. Ей без меня — скучно.

Не знаю почему, но мне вдруг стало легко и весело. Я засмеялся, подхватил Дину на руки и закружил ее по комнате. Черт! Все-таки иногда так и тянет почувствовать себя обычным человеком. Но почему-то именно с этой эльфийкой, с которой даже потанцевать на балу нельзя, как и Илуватору с его Клариссой.

Бал — это торжество завоевателей. А эльфы — завоеванная раса.

Но я поступил с ними гораздо честнее и порядочнее, чем они с арахнидами. Не стал загонять их в подземелья, оставив четыре самых крупных лесных поселения. Просто запретил им расселяться по миру, заставив жить за ограждением и ненадолго выезжать, только с позволения наблюдающего за поселением арахнида.

Высокомерные первородные, вынужденные толкаться на ограниченной территории, уживаться друг с другом и жить с осознанием своего поражения.

Первородные…

Да, если верить легендам, первыми в этот мир пришли именно эльфы. А уже потом из деревьев произошли дриады, из цветов — феи, в воде зародились русалки, а в пещерах из камней возникли гролы.

Говорят, что потом гролы напали и утащили с собой фей и эльфиек, чтобы породить драконов и иллитари. И по-быстрому отымели целую рощу дриад, чтобы зародились орки. Но в последнее я не верю — от дриад рождаются только дриады.

Вообще, со смешением рас все сложно, но точно известно, что если один из пары — эльф, то и ребенку быть эльфом. А если один из пары — человек, то ребенок унаследует расу второго из родителей. Причем в первом случае полукровка будет слабее своих родичей, а во втором, скорее всего, сильнее. Но потом он сам и его потомки должны сторониться людей поколений пять, точно, иначе все улучшения закончатся, и начнутся ухудшения. Такие вот, черт побери, сложности!

Так что если я появлюсь на балу с Диной под руку, сначала меня ждут возмущенные перешептывания среди представителей темных рас, которых насторожат откровенные знаки внимания эльфийской леди.

Потом серьезная беседа с сестрой, по поводу возможных племянников, которых никогда не примут люди, потому что они будут эльфы, и никогда не примут эльфы, потому что их кровь осквернили люди.

Насчет племянников нам пока думать рано, я совершенно точно пока не горю желанием обзаводиться потомством. Дина, как это ни удивительно, тоже… Так что сестру я быстро успокою.

К перешептываниям за спиной мне тоже не привыкать, но не время заниматься провокациями.

Среди соратников сейчас нет недовольных — я придерживаюсь обещанной внешней политики, поощряя победителей и унижая побежденных. Мир-то я завоевывал не в одиночку, на моей стороне воевали и орки, и тролли, и вампиры… Какие-то расы воздержались и не вмешивались. По-своему, это тоже было помощью.

Мой интерес к человеческим женщинам прекрасно поймут. Уверен, спокойно воспримут даже жену из королевства, воевавшего на стороне эльфов.

Выбор женщины любой другой расы хмуро осудят, восприняв как принижение остальных. В целом, проблема решаема. Хотя я не собираюсь связывать свою жизнь с нагиней, орчанкой или троллихой, танцуя на каждом балу по очереди со всеми. Правда, от сплетен это все равно не спасает…

Но, черт побери, даже представить страшно, что будет твориться после танца с эльфийкой! Все мои сторонники почувствуют себя оскорбленными. Все разом объединятся, чтобы высказать свое недовольство, опасения, возмущение… И подвластные мне арахниды тоже будут возмущены. Напридумывают себе всякого, чуть ли не поженят, заранее.

Из-за пары танцев — большой политический скандал. Это последнее, что мне сейчас нужно!

Или, наоборот, показать, что мне плевать на все? Отвлечь от пересудов по поводу неудачного покушения?

Как-то внезапно я обнаружил, что продолжаю кружить девушку по комнате, целовать и еще напевать себе под нос простенькую смешную песенку из своего детства. Черт побери, интересно, с чего вдруг я такой счастливый?!