Игрушка для волка (СИ), стр. 43

Но есть и плохая. Откуда-то их враг узнал, что на него объявлена охота, а потому охотников ждали. Очень плохая, потому что знали об этом немногие.

- И все-таки, почему ты уехала? Почему не стала ничего объяснять? Почему оборвала все связи?

Трудно было придумать более неудачный момент для таких расспросов.

Стоп. Он что, подозревает ее?

Вряд ли.

Впрочем, она может ответить. Сейчас все ее личные переживания казались неважными и никчемными. Подумаешь, мужчина, в которого ты влюблена, без пяти минут женат на другой. Не она первая, не она последняя. Переживет. Уедет в свою стаю, закрутится в делах, заботах, обучении и охоте…

- Потому что не хотела мешать.

- Кому?

- Вам. Тебе и Катерине.

Она посмотрела ему прямо в глаза, давая понять: да, я в курсе, и не надо тут ничего придумывать. Но взгляд Стаса был удивленным.

- Чему мешать?

- Она ведь твоя невеста?

- Моя - кто?

Вряд ли он притворяется. Похоже, о наличии у себя невесты он узнал только что.

- Она сама сказала, - растерянно проговорила Инга.

Теперь уже она выглядела виноватой. И чувствовала себя соответственно. Черт, неужели она устроила весь этот цирк с побегами и трудностями из-за злой шутки глупой девчонки?

- Когда сказала? - Стас был очень серьезен.

- Как раз тогда, когда я уехала. Когда приезжал Семен. Когда…

Черт побери! Это плохо. Это очень плохо.

Кажется, Стас сейчас думал вовсе не о своей предполагаемой женитьбе, не об их нелепой разлуке, не о безусловной глупости Инги, а о чем-то другом, куда более важном и страшном. Он схватил телефон и начал набирать номер раз за разом и слушать гудки. Никто не отвечал.

- Значит так, мне нужно отъехать кое-куда, а ты подождешь здесь. Хотя нет, здесь тебе нельзя. Ладно, едем со мной. Быстрее.

Набросить ветровку, зашнуровать кеды, нацепить рюкзак. В последнее время у нее получается собираться удивительно быстро.

У самой двери Стас остановился. Прижал Ингу к себе, шепнул на ухо:

- Не вздумай больше от меня убегать.

Она кивнула. Больше - ни за что!

43

К машине уже бежали. Сели - и джип рванул с места. Инга поправляла кроссовки.

- Обувь лучше выбирать на липучке, - сказал Стас, - быстрее снимается.

Инга кивнула. Она это поняла еще вчера в парке.

- Не было времени на шопинг.

Стас вырулил из двора и набрал номер, включив телефон на громкую связь - то ли, чтобы руки были свободны, то ли, чтобы Инга тоже слышала. Несколько гудков - и голос Олега:

- Да, я.

- Как у вас, все спокойно?

- Да, - короткий ответ.

- Сашке лучше?

- Жить будет.

- А теперь вспомни, с кем ты разговаривал сегодня?

- Ты что, на меня думаешь? - голос Олега стал холодным.

- Нет, ни на кого из вас не думаю. И не говорю, что ты кому-то что сказал. Спрашиваю, с кем вообще ты разговаривал.

- Вроде ни с кем, - протянул Олег, словно раздумывая. - Хотя нет. Говорил с Катериной, помощницей Анны. Но я ничего… Я раньше обещал приехать. Сказал, что не смогу, что очень важное дело.

- Понял. Хорошо.

Стас прервал звонок и добавил скорости.

- Катерина? Ты думаешь, это она его предупредила?

Инга не могла поверить.

- Зачем ей это? Она бы не стала связываться с врагами. Помощница старшей. Со временем она сама бы старшей стала. Он находил предателей среди тех, кто чем-то недоволен. А чем быть недовольной Катерине?

- Анна не отдала бы стаю Катерине. Она сама говорила. Слишком уж горячая. С такой старшей стае мира не будет. Того и гляди, с каким-нибудь кланом поссорится. Чтобы быть старшей - надо быть мудрой и холод в голове. Она нашла паренька - молодого еще, тринадцать ему, что ли. Он приехал вместе с Семеном. Я их встречал. Анна собиралась его учить…

Вот, значит, как.

- Думаешь, Катерина поняла, зачем ты привез мальчишку?

- Она умная. Анна всегда это в ней ценила. Но одного ума мало. Мы говорили накануне. Она сомневалась. Но потом приняла решение.

Инга помолчала.

- И то, что она мне сказала… Это была ее месть тебе?

Стас пожал плечами.

- Не знаю. Но, похоже, она крепко обиделась. И на что теперь способна - кто знает.

- Анна! - Инга наконец поняла, чей номер безуспешно он набирал.

Он кивнул.

- Надеюсь, с ней все в порядке.

- Позвони кому-нибудь другому в деревне. Пусть проверят…

- Все охотники в городе. А обычным членам стаи выйти против Катерины - верная гибель. Я не имею права. Анна - сильная волчица. Может, все обойдется.

Они вбежали в дом.

Темень.

Еще несколько месяцев назад Инга бы спотыкалась на каждом шагу или искала бы выключатель. Но сейчас она неплохо ориентировалась. И зрение тут было ни при чем. Она чувствовала очертания предметов и сама не могла бы сказать, как.

А еще она очень хорошо чувствовала кровь и смерть. Они со Стасом, не сговариваясь и не оглядываясь, двинулись туда, откуда исходил этот запах.

В гостиной с круглым столом, где когда-то под чаек велись серьезные и не очень разговоры, сейчас было тоскливо и страшно.

На полу - старая волчица с окровавленным горлом. В ней не было жизни. Они пришли слишком поздно, чтобы ее спасти, но убийца все еще в доме.

Инга в этом не сомневалась: притаилась поблизости, сверлит ее янтарными глазами и скалит острые клыки.

Даже если Инга обернется волком прямо сейчас, силы будут неравны. Да она и не успеет. Стас еще мог бы дать ей отпор, но и он не успеет тоже. Он уже срывает с себя рубашку и сам понимает, что поздно.

В следующее мгновение Инга падает на пол, прижатая к земле мощной волчьей тушей. Волчица выбрала цель послабее. Инга уже слышит ее дыхание у своего горла, пытается сбросить ее с себя. Но нет, не получится. Острые когти царапают кожу, а в следующий момент словно что-то отбрасывает напавшую назад. Рычание, возня. Инга приподнимается и почти уверена, что знает, что она увидит. Так и есть: человек и волк, которые сплелись в клубке так, что не разберешь где кто, особенно в темноте. Борьба, неравная борьба.

Будь Стас в волчьей шкуре! в теле человека даже охотник слабее.

Инга знает, что делать. Она поднимается с пола, очень быстро находит нож, так, словно бы заранее знала, где он лежит. Впрочем, она и знала.

Подскакивает к дерущимся. Стас удерживает волчью пасть рукой. На лице и на плечах - свежие шрамы. Он слабеет

Ни малейших сомнений, ни единой задержки, Инга точно знает, куда надо бить - в бок, под ребра. Так, чтобы поразить волчицу, но не задеть человека. И бьет. И выпускает нож из руки. Смотрит на свою руку, словно не понимает, как могла это сделать.

Стас откатывается в сторону от хрипло дышащей волчицы. А волчица обретает человеческие черты. Катерина. Они не ошиблись.

- Она не хотела видеть меня старшей, - то ли хрипит, то ли сипит девушка. - Посмотрим, что вы будете делать совсем без старших.

В дом стягивались люди. Приходили из соседних домов. Приезжали из города. Слезы на глазах. Растерянность на лицах. Десятки лет Анна управляла всем тут… И что будет дальше.

- Поехали, - шепнул на ухо Стас. - Мы здесь больше не нужны.

Они сели в машину.

- А кто теперь будет старшим? - озвучила Инга вопрос, который волновал теперь всю стаю.

- Трудно сказать… Мальчишка очень молод. А учитывая то, что предводитель и идейный вдохновитель духов скрылся… Не потянет. Возможно, позовут со стороны.

- И такое бывает? - Инга искренне удивилась. - Тут же не любят чужаков…

Воспоминание о чужаках заставило ее нахмуриться. Она сама чужачка. Позволят ли ей остаться здесь? Будь жива Анна, она бы наверняка это устроила. А теперь…

- Почему бы тебе не стать вожаком? - она с надеждой посмотрела на Стаса.

Тот улыбнулся, словно разговаривал с ребенком:

- Не положено. Таков закон. В военное время вожаком должен быть охотник, а в мирное - лекарь. У нас, слава богу, не война.