Аромат грехов твоих. История одной убийцы (СИ), стр. 43
Ответом мне послужило молчание. Мужчина задумчиво смотрел на меня, и его лицо не отражало той радости или чувства победы, которые я ожидала и боялась там увидеть. В памяти был еще свеж момент, когда там, в гостинице, он пытался взять меня, та хищная мощь и звериная сила, с которой он разрывал на мне платье. Но сейчас в выражении графа не было ликования, но и разочарования тоже не было.
– Я вынужден отказаться от вашего заманчивого предложения, – наконец произнес он.
У меня же упало сердце в пятки. Как же так? Почему?
– Вы же обещали мне помочь, – всхлипнула я и сама не поняла, как из глаз брызнули слезы отчаяния. – Неужели не видите, что я растоптана и готова на все? Вот я перед вами, прошу помощи, и вы просто мне откажете? А как же Жажда, требующая удовлетворения? Или я перестала быть для вас интересной? А может, предложила слишком маленькую плату?
Каждый мой вопрос отдавался болью в душе. Я словно умоляла его взять меня за деньги. Это была даже хуже, чем ощущать себя последней потаскухой.
– Вы не поняли меня, Розалинда, – все так же спокойно ответил он, гася мою истерику. – Вы не шлюха, чтобы спать со мной ради золота, да и не нужно это. Станет только хуже. Вы раззадорите мой аппетит, а после того, как ваша сестра исцелиться, вновь исчезните из моей жизни. Уж лучше не начинать.
Я вновь всхлипнула, а он продолжал:
– Завтра я отправляюсь в столицу, и согласен помочь вам и вашей сестре просто так. Вы отправитесь со мной. Найм подходящего экипажа для ее перевозки я беру на себя. Но уже несколько дней я уеду по делам на месяц, перед этим оставив распоряжение своему секретарю: помогать вам во всем и выделять любые суммы для лечения вашей сестры.
– Вы оставите нас в своем доме, а сами уйдете? – не поверила я.
– Именно так. Не будем изводить друг друга, – подтвердил мужчина. – В свою очередь буду надеяться, что, когда Эмили станет легче, вы уедете обратно раньше, чем я вернусь в столицу.
У меня пропал дар речи, я просто замерла пораженная услышанным. Малкольм отказался от меня, но согласился помочь, не требуя ничего взамен. Что это? Проявление благородства или за этим поступком скрывается что-то иное?
– После той ночи в гостинице, слышать от вас подобное странно, – наконец отмерла я. – Да и я не привыкла, что в этом мире что-то бывает просто так. Люди редко помогают кому-то бескорыстно.
– Кто сказал, что моя помощь бескорыстна? – тихо произнес он.
На лице графа все же возникла улыбка, не та хищная, которая пугала меня до чертиков, а неожиданно добрая и приятная.
– Тогда что вы потребуете взамен? – спросила у него настороженно.
– Этот ужин. Составьте мне компанию, Роуз.
Я смутилась. Это было последнее, что я ожидала услышать.
– Но мне нужно домой, собирать вещи в дорогу…
– Успеете, – все так же тихо ответил Малкольм. – Мне ли не знать, что вы предпочитаете ночной образ жизни… А это долгие восемь часов для любых дел. Поэтому повторю просьбу: вы согласитесь отужинать со мной, баронесса?
– Хорошо, – сдалась я.
Граф удовлетворенно кивнул и взмахом руки подозвал официанта. Молодой человек вновь возник перед столиком, предлагая ознакомиться с меню. В некой настороженностью я раскрыла золотую папку и пробежала взглядом по списку блюд.
Баснословно дорого, даже за некоторые, казалось бы, обыденные блюда. Наверное, будь отец жив, и иди наши дела благополучнее, меня бы ни капли не смутили нули в ценниках, но не сейчас. Я беспомощно подняла глаза на Эдриана, чтобы понять, какую еду будет себе заказывать он.
Но он, словно назло, молча указывал официанту в нужные пункты меню, а тот переписывал заказ в блокнот.
– И самое лучшее вино, которое есть. Красное сухое, – уже вслух закончил граф, наконец поднимая взгляд от папки и сталкиваясь с моим.
Я тут же опустила глаза обратно в меню.
– Розалинда, вы не против, если я помогу вам с выбором? – спросил он.
Для меня его слова прозвучали спасение.
– Да, конечно, – облегченно выдохнула я и чересчур ретиво захлопнула папку, чтобы отдать ее официанту. – Положусь на ваш вкус и мнение.
Эдриан ткнул ещё в несколько позиций меню, после чего вернул служке и свою папку.
– Что вы заказали? – спросила я.
– Пусть будет сюрприз.
На это я ничего не ответила, не объяснять же графу, что с определенного возраста перестала любить сюрпризы. Приятные закончились со смертью отца, а вот неприятных после этого было хоть отбавляй. Оставалось надеяться, что на этот раз с сюрпризом мне все же повезет, и кухня этого дорогущего заведения не устроит мне несварение желудка.
Через несколько минут к нашему столику подошёл седовласый сомелье. В его руках лежала бутылка красного вина, которое он тут же продемонстрировал Эдриану.
– Шато Лафит-Ротшильд, двадцатилетней выдержки, приятный терпкий вкус прекрасно подойдет под заказанное вами мясо.
Граф кивнул и позволил ему продолжить церемонию.
Сомелье зажёг на столике свечу, откупорил бутыль и наполнил первый бокал. Темно-бордовый напиток омыл прозрачный хрусталь, заманчиво переливаясь в свете отблесков огня. Мужчина аккуратно передал бокал Малкольму и принялся ожидать одобрения графа.
Придирчиво присмотревшись к цвету напитка, Эдриан немного пригубил вино и только после этого кивнул.
– Вино полностью раскроет свой вкус если его декантировать – порекомендовал седовласый и, после очередного одобрительного кивка, со всей церемонностью над свечой принялся переливать напиток из бутылки в декантер, специальный графин для отделения осадка.
Мой бокал наполнялся уже из декантера. Я медленно подняла хрусталь, поднесла напиток к лицу, втянула терпкий аромат и с наслаждением прикрыла глаза. Вином всегда пахли грехи сластолюбцев, так же пьяняще и будоражаще. Но сейчас я ощущала удовольствие иного характера, вкус и аромат напитка был не менее приятен, чем вкус чужих жизней.
– Вам нравиться? – поинтересовался Малкольм, наблюдая за тем, как я пробую вино.
– Да, – честно призналась я. – К сожалению, я не знаток элитных напитков, но оно действительно прекрасно.
– Вкуснее чем те, что вы пробовали ранее?
– Пожалуй, да, – ответила после недолгих раздумий. – Вкуснее даже чем грехи некоторых маргинальных личностей.
– Это не может не обнадеживать, – с горькой усмешкой произнес граф.
Мне показалось, что за его словами стоит нечто большее, чем просто ответ
– Чем именно вас обнадеживает? – с настороженностью переспросила.
– То, что вы еще можете отличать настоящие вкусы и запахи от ароматов греха, – без лукавства ответил мужчина. – Пока вы видите грань, еще не все потеряно.
Я насторожилась.
– Почему? Что, вы имеете в виду?
– То, что вам всегда стоит контролировать себя и свой дар, Розалинда. Моя жена Ванесса – не всегда была безумна и кровожадна. К этому состоянию она шла много веков и тысяч лет, но началось все с того, что она стала путать запахи: настоящего и эфемерного. И ей становилось уже неважно кого убивать, настоящего мерзавца или того, кто работает в пекарне и просто пахнет свежей выпечкой.
Его слова заставили меня вспомнить недавнюю историю в аптеке. Ведь спутала же настоящего шоколатье с отъявленным подонком.
“Случайность, – убедила сама себя и заставила выбросить едкую мысль из головы. – Малкольм сам сказал, что я вижу грань, а значит все в порядке.”
– Спасибо, что предупредили, – отставила бокал в сторону. – Теперь буду внимательнее с запахами и постараюсь случайно не убить какого-нибудь повара или внезапно подвернувшегося на моем пути кондитера.
– Рад, что вы сохраняете оптимизм и можете шутить.
Нам принесли первые блюда. Перед графом поставили ароматный стейк из телятины, передо мной возникло мясо с вишней, выложенное на листьях салата.
– Очень вкусно, – сообщила я, прожевав первый кусочек. – Необычное сочетание.
– Рад, что вам нравится, – на лице графа возникла еще одна улыбка, которую он тут же с усилием задавил. – Простите, вероятно, моя радость сейчас все же не уместна.