Разрушитель божественных замыслов (СИ), стр. 30

Он крепче ухватил двумя руками игломет с желанием пристрелить любого, кто попытался бы проникнуть через дверь в его кабинет.

…Но я прошел телепортом и быстро его обезоружил. Затащил Патерсона и бросил на пол у ног главаря. Сел на стул и посмотрел на того, кто приказал так жестоко поступить с моими подданными.

— Господин Бад, должен сказать, что за нападение на подданных Новоросского княжества, вам объявлена война. Жить вы не будете. Вас осудят и казнят, но я хочу знать, где находятся мои подданные сейчас. Их нет на станции. За добровольное сотрудничество обещаю смерть мучительную, но быструю.

— Я не понимаю Вас, — затрясся от страха толстый маленький человек. — Я только даю деньги в долг, и все. Вы меня с кем-то спутали.

Я выстрелил из игломета ему в колено. Получившийся результат меня удивил. Вместо колена у него появилась маленькая дырка с рваными краями. А Бад завыл и схватился за ногу, — Не стреляйте… я все скажу… — захлебываясь слезами и хрипя от боли, останавливаясь и глотая окончания, проговорил он. Я уменьшил боль чтобы он не умер от шока.

— Окурок их продал пиратам. Они… они на их рудниках. Он часто так поступал, сволочь, — стал торопливо отвечать Бад, с ужасом смотря на игломет, который покачивался в моей руке.

— Я сняла всю информацию с них, — сообщила мне Шиза, это легче чем с ауры. Вошла в их нейросеть. Бран здесь на станции на заброшенном уровне, там у них что-то вроде тюрьмы. Там же находится очень хороший программист, но он болен. Бери этих двоих в охапку, и я перенесу тебя туда.

Мы появились неожиданно перед человеком в белом халате. Видимо, доктор или лаборант. Только их я видел в таких халатах у нас на земле. Он вздрогнул и, широко раскрыв глаза, смотрел на нас.

— Вы кто, уважаемый? — спросил я и выпустил двоих раненных из рук. Не имея сил держаться, они рухнули с стоном на пол.

— Я? Я. Врач, — запинаясь, ответил мужчина. Он не отрываясь смотрел на Бада и второго, которого звали Окурок.

— Док, — обратился я к нему, — это преступники, что напали на Новоросское княжество. У меня к Вам претензий нет. Но они могут возникнуть, если вы меня разочаруете.

— Не беспокойтесь. Я весь к вашим услугам, — выставив вперед ладони, и как бы защищаясь ими, ответил врач.

— Этих двоих подлечить и поместить в разные камеры. Содержать до суда живыми. Из Окурка сделать пепельницу и тушить об него сигареты десять раз в день. Давай сюда Брана, будем его лечить.

— Все сделаю, — врач заметался, потом немного успокоился. Провел какие-то манипуляции и несколько небольших роботов выехали из соседнего помещения. Они подобрали и увези тела бандитов. Следом выкатилась тележка с покалеченным Браном. Был он голый, весь избитый и обожженный, со следами язв от прижигания сигарет, но в сознании.

— Потерпи, друг, я положил руку на его голову и запустил малое исцеление. Приподнял голову и влил в рот эликсир. Швырник стал изменяться на глазах. Синяки прошли. Язвы исчезли. Глаза, ранее заплывшие от синяков, открылись. Бран проморгался, сглотнул и тихо спросил. — Ваша Милость, это вы?

— Я, Бран. За что они тебя так?

Я зарезал троих, ваша милость, он не выдержал и заплакал. Сволочи они насиловали Гаринду на моих глазах, калечили ее и мучили. — Он затрясся.

— Док, положите его в капсулу на реабилитацию. Удалите все самые тяжелые воспоминания. И давайте сюда хакера. — Врач снова согласно покачал головой и заметался. Но в конце концов справился с волнением, и Бран был помещен в капсулу.

— Он пролежит там трое суток, — сообщил мне врач.

— Сколько надо, пусть столько и лежит.

Снова выкатилась тележка на не лежал молодой парень, который постоянно повторял мою загадку. — Два конца! Два кольца! Посередине гвоздик! Гвоздик! — И принимался хохотать. Я нагнулся над ним и посмотрел магическим зрением. Мне было хорошо видно, как спуталась его аура, она странным образом пульсировала и выбрасывала отростки, как солнце выбрасывает протуберанцы.

— Шиза, помогай. Мне что-то не понятно, что происходит с парнем.

— Ты ему дай отгадку сначала.

— Это ножницы, — сказал я на ухо парню. Тот затих, и его аура перестала выстреливать пульсарами. — А что это? — осмысленно спросил он. Я достал свои ножницы для стрижки ногтей и протянул их ему. Схватив ножницы, он начал считать, — вот два кольца, потрогав пальцами кольца, перешел к острым краям, а вот два конца. Потрогал середину где был скрепляющий винтик, — а это гвоздик? — спросил он меня. Я согласно покачал головой.

Он двумя руками сложил их и развернул, — для чего нужны ножницы? — Я даже удивился такому вопросу, чем же они тут ногти обрезают? Забрал из его рук ножницы и стал на его глазах обрезать ему края ногтей, которые выглядели как когти.

— Парень заворожено смотрел на мои манипуляции. После стрижки осмотрел ногти и сел на тележку. В его глаза больше не было безумия, он посмотрел на меня вполне осмыслено и тихо заговорщически попросил, — подарите мне ножницы, только Окурку не говорите.

— Тебя зовут Крист, ведь так? — он согласно покачал головой.

— Окурка больше нет, не бойся, конторы Бада тоже. Ты свободен, если хочешь, я дам тебе работу и защиту.

Крист недоверчиво посмотрел на тихо стоящего дока. — А где они?

— Они тут, в тюрьме, и ждут своего суда. Можешь, если захочешь пойти свидетелем против них.

Глава 4

Брисвиль

Ольга после общения с Вейсом и, попав в закрытый сектор, будущим уже не жила. Она зачеркнула его, как зачеркивают неудачно написанное слово в порыве раздражения. Толстым слоем чернил. Так, чтобы невозможно было прочитать, что оно значило. Все ее мысли уходили в прошлое, к ее сестре, которую она очень любила и которую убил «синдикат», чтобы потом внедрить Ольгу вместо сестры в АД. Ей тогда убедительно объяснили, что произошел несчастный случай, Хельга упала вместе с летательным аппаратом в океан и тело ее навряд ли найдут. Сестру уже не вернешь, но ей представилась редчайшая возможность внедриться в АД. Тогда она поверила.

Теперь Ольга знала правду. Территориальное управление АДа провело дополнительное тщательное расследование, и их специалисты обнаружили флаер и тело Хельги. Он показал ей акт экспертизы, где было указано что в тканях разложившегося тела Хельги нашли остатки психотропного вещества.

Понимая, что она явилась причиной гибели сестры, Ольга стала жить местью, за свою погубленную жизнь, изуродованную в детстве уличными бандитами и за смерть сестры, единственного родного ей человека. Здесь, в Брисвиле, для всех она была Ведьма, обладающая странными способностями приручать адских псов.

Ей предстояла долгая и кропотливая работа по внедрению в местную среду. Работа на годы, на десятилетия. Задачу Вейс поставил одну — внедрится и действовать по своему усмотрению. Иногда от нее будет нужна информация, или помощь. Но в основном ее не будут беспокоить, не будут давать задания, требовать результат. За то, что он дал ей шанс на вторую жизнь, за возможность отомстить, она стала личным агентом Вейса. Только ради этого она будет жить.

Отправляя Ольгу в закрытый сектор навсегда, Вейс постарался вложить ей много информации по синдикату, по известным членам межгалактической преступной группировки. Теперь эта информация постепенно всплывала в памяти.

Когда Хромец привел двоих обтрепанных, избитых людей, она в одном сразу узнала химика из лаборатории «Нелеи». Его данные были закодированы в памяти нейросети и, когда прошел сравнительный анализ, Ольга уже знала, кто к ней пожаловал. Синдикат, не доверяя бывшему неожиданно воскресшему члену, выделил шпиона, для слежки за Ольгой Бруз. Это было вполне закономерно. Она понимала, что ее просто так не оставят без надзора, слишком невероятным и странным с их точки зрения было спасение Ольги. Но она не беспокоилась. Ольга очень хорошо знала, насколько она нужна, понесшей потери местной сети синдиката. Не подав вида, что узнала валорцев, представившихся бедолагами, она предложила им сесть.