Обитель Ларса Геера (СИ), стр. 92
— Поздравляю, — шепнул Ким. А я всё не могла поверить в реальность происходящего и старалась не смотреть в сторону Тариона.
После официальной части начался сам бал. На первый танец граф обязан был выбрать себе леди. И, как правило, впоследствии именно эта леди становилась фавориткой.
Трой долго осматривал дам и вскоре направился к хрупкой блондинке в бледно- голубом платье. Я же сжимала в руках свою грамоту и намеревалась покинуть замок.
Мне здесь больше нечего делать, а по словам Кима, который сейчас танцевал с какой-то рыжеволосой леди, после официальной части достаточно побыть ещё несколько минут, чтобы не оскорбить графа. Единственное, чего я хотела, это в последний раз взглянуть на Тариона, и стоило поднять глаза, как я встретилась с его взглядом.
Граф неотрывно смотрел на меня и, едва обнаружил взаимный интерес, быстро двинулся ко мне. Я не могла пошевелиться не то от страха, порождённого магией в моей крови, не то от того, что от блистательного графа просто нельзя было отвести взгляд. Он подошёл и протянул руку, приглашая на танец.
— Я не умею танцевать, — покраснев, призналась я. Ким тоже уговаривал меня составить ему пару, но я не знала ни одного бального танца. Мне ни к чему были эти знания, а позориться перед всеми этими знатными лордами не хотелось.
- Духи, какое же ты горе! — почти простонал он, — ты проклятье на мою голову!
Стало обидно и я одёрнула протянутую было руку.
— Пожалуй, мне пора, — прошептала я и развернулась, чтобы уйти. И я даже ушла, прошла через зал и, юркнув в открытые уже двери, оказалась в пустынном коридоре замка, когда вздрогнула всем телом от неожиданных слов графа:
- Что между нами? — оказалось, Тарион пошёл за мной.
Я чуть притормозила, но продолжила идти. А вот что ответить на его вопрос, я
не знала.
— Я постараюсь простить тебя, — сказал он. Всё равно продолжила идти, хоть очень хотелось остановиться и почему-то броситься в объятия графа. — Поговори со мной! — воскликнул он и преградил мне дорогу.
— Я не поеду на юг, — сказала уверенно, потому что отчётливо понимала, что не оставлю замок родителей. Как и то, что Тарион знает обо мне далеко не всё.
- Почему? — сузил глаза южанин.
- Здесь мой дом.
- Тот, который появился только сегодня? — он явно имел в виду Обитель.
- Он всегда был моим, а сегодня появилось и документальное подтверждение.
— Ты же из Тортона! — воскликнул граф. — Подожди… — он задумался, словно что-то вспоминая, и, по всей видимости, вспомнил, — Ты родственница той мурии, которую казнили здесь!
В принципе, я уже не видела смысла что-то скрывать, поэтому только кивнула.
— Духи, Лидия! Почему же ты всё время молчишь?! Я бы мог выбить этот замок для тебя и у старого Вилдо! Я мог купить его у Поли!
Граф был возмущён и взволнован, а я не понимала только одного:
- Зачем вам было делать это для меня?
- Да потому что ты должна быть моей! — неожиданно ответил граф.
Формулировка мне совсем не понравилась, и снова стало обидно.
- Это главное наше разногласие: я вам ничего не должна, — холодно ответила я.
— А если я скажу, что хотел бы, чтобы ты стала моей? — мягко поинтересовался он и, медленно склонившись к моим губам, поцеловал.
Странно, но сейчас я не чувствовала страха. Только прикосновения мягких, горячих губ, заставляющих дыхание сбиваться, а сердце биться чаще. А вот по запястью, напротив, пробежал лёгкий холодок. Я оторвалась от губ графа и недоумённо взглянула на руку: теперь там змеился тонкий браслет-цепочка из моего сна. Я провела по нему пальцем, убеждаясь, что браслет реален, и снова взглянула на Тариона.
— Это был не сон, — прошептала я. — Что это? — спросила, указав на появившийся браслет. Примечательно, что застёжки у этой цепочки не наблюдалось.
— Это предложение стать моей единственной женой перед людьми и Духами, — ответил он, — обдумай его, ладно?
— Но я не… — начала было говорить я, однако Тарион приложил палец к моим губам, вынудив замолчать.
— Не говори сейчас, просто подумай, — он снова наклонился ко мне и подарил ещё один поцелуй. На этот раз страстный и почти обжигающий, один из тех, что лишают дыхания да и сознания за одно. Я стала задыхаться, и в тот же миг граф отстранился.
- Я не могу, — прошептала я.
— Подумай, — ещё раз сказал он и ушёл, оставив меня наедине со своими мыслями и переживаниями.
В тот день я вернулась в Обитель и рассказала всё друзьям. А на следующее утро уже было написано письмо в ковен магов с просьбой предоставить мне управляющего лечебницей. Так же я провела собрание среди работающих в Обители магов, и почти все, кроме Лью и Изабеллы, изъявили желание остаться и заниматься любимым делом.
Ким так же вернулся в Обитель, чтобы завершить практику и получить заверенную печатью ковена грамоту с присвоением квалификации. Именно друг сказал мне, что Тарион Штейн отбыл в Голдштейн сразу после того, как его брат укрепился у власти Вилдо.
Осознание того, что Тарион уехал так просто, даже не попрощавшись, обожгло душу. Я плакала и с упорством пыталась снять браслет. Цепочка не желала стягиваться с руки, будто наоборот становясь теснее, не хотела разрушаться магией и не поддавалась инструментам кузнеца. Вскоре я смирилась с её наличием и решила, что буду носить её подобно тому, как Мариса носит свои шрамы: чтобы всегда помнить о том, как болит сердце, когда к кому-то привязываешься.
Когда из ковена прислали арту Тору — одну из сильнейших исцелительниц современности, я была счастлива, как никогда, и жизнь в Обители снова нормализовалась. Год нашей вынужденной жизни здесь пролетел незаметно, и лично я за этот год успела многое. Научилась вести дела замка, распределять средства, платить налоги, управлять служащими.
Арта Тора навела порядок в штате исцелителей, наняв нескольких новых магинь. Ребята из моей лиги с нетерпением ждали распределений, только Рия и Ен решили остаться работать в Обители, о чём и написали в ковен магов Норолона. Ким собирался отбыть на родину в Россо, чтобы стать штатным исцелителем при брате, пока его резерв не растянется достаточно для того, чтобы сменить специализацию. К слову, подвижки были, и резерв друга действительно рос. Я же никуда уезжать не собиралась.
Со временем всё наладилось, благо у меня был Олес, который помогал во всех вопросах. Замок я питала регулярно, поддерживая жизнь в редких растениях и магических существах, и очень скоро он напитался магией достаточно, и подпитку можно было совершать уже раз в две-три луны, а не каждую седмицу. Яд лигранов отлично продавался как местным зельеварам, так и парфюмерам из соседних графств, а из куста Пушинок наконец возродилась Ти.
Незаметно прошла зима и пролетела весна. О Тарионе напоминал только браслет, который так и остался на моей руке, да редкие письма, приходившие из Голдштейна. Казалось, что не прошло и недели после турнира, как снова наступило лето, и пришёл день распределения.
- Ева, тебя просила подойти арта Тора, — сказал Олес, появившийся над моей головой во время осмотра одного из вновь поступивших пациентов.
- Сейчас буду, — ответила я. Закончила осмотр и быстро побежала на второй этаж отделения исцеления душ, в кабинет нового директора Обители.
- Можно? — постучав, поинтересовалась я. Массивная женщина с огненными волосами была истинным специалистом в своём деле и просто отличным человеком.
- Конечно, Лидия, я жду вас, — отозвалась арта. — Присядьте, — едва я вошла, попросила она. Я уселась на стул перед магиней, с тревогой отметив, что та взволнованна. — Пришли распределительные листы, — она указала на гору бумаг, возвышающуюся на её столе.
- Вы хотите, чтобы я раздала их? — поинтересовалась я.
- Нет, я хочу отдать ваше, — магиня протянула мне свиток, перевязанный голубой лентой. Я приняла лист и, развернув, внимательно вчиталась:
«Лидия Ло, маг-исцелитель с присвоенной квалификацией специалиста по исцелению душ, распределяется в графство Голдштейн, город Голден, на должность штатного мага-исцелителя графа Голдштейна».