Обитель Ларса Геера (СИ), стр. 91
— Напишешь письмо в ковен и запросишь нужного сотрудника в помощь, — спокойно ответил Олес, — и, конечно, предложишь остаться всем желающим из нынешнего штата, кроме Изабеллы Поли и Лью Колинса, разумеется — они слишком преданны Стефану.
- Ты прав, — подтвердила я.
- В любом случае, у тебя есть я, и помогу в любом вопросе, — поддержал Олес.
- Может, подскажешь, как помириться с Тарионом?
— Извини, Ева, в любовных делах я не советник, — снова рассмеялся живун и, велев мне хорошо выспаться и набраться сил, испарился, оставив меня одну.
Я удобно улеглась и действительно решила уснуть. Внутри разливалось спокойствие, словно кто-то близкий и родной поддерживал меня. Я точно знала, что родители гордятся и радуются такой запоздалой, но успешной мести. Вскоре я уснула, а ночью мне в первый раз за долгое время снился сон.
Во сне я так же лежала в постели, и дверь комнаты тихо распахнулась, впуская Тариона. Мужчина вошёл, тяжело опустился рядом со мной и некоторое время просто рассматривал меня. После поправил одеяло и лёг рядом поверх него. Он покрывал моё лицо невесомыми поцелуями, и в душе от этого разливалось знакомое чувство волнительного ожидания и тёплого счастья. Во сне Тарион был спокоен и умиротворён, он просто лежал рядом, гладил мои волосы и целовал. В этом же странном сне он застегнул на моей руке тоненький браслет-цепочку, приятно холодящий кожу.
— Ты примешь моё сердце? — спокойным, чуть вибрирующим в сонном сознании голосом, спросил он.
- Тысячу раз да, — шептала я.
И этот сон не был похож на мои кошмары, не такой реальный. Я словно смотрела его со стороны, через пелену нежной белёсой дымки, и жутко не хотела просыпаться.
А когда проснулась, графа рядом не было, как и не наблюдалось браслета на
руке. Зато в воздухе отчётливо чувствовался его парфюм… или мне просто казалось, что чувствовался?
Некоторое время я ещё лежала в постели, не желая отпускать ощущение этого сна, но в дверь постучали, потом постучали громче, и мне пришлось открывать глаза.
- Входите!
Едва я дозволила, дверь распахнулась, впуская двоих вчерашних служанок.
Одна из женщин несла несколько огромных пакетов, свёртков и массу коробочек разного размера и цветов, вторая же водрузила на стол поднос с дымящимся кофейником и свежей сдобой, распускающей по комнате дурманящий аромат.
— Что это? — проследив взглядом за процессией, продвигавшейся к небольшому туалетному столику у окна, спросила я.
— Бал через несколько часов, вы проспали почти сутки, и это ваши наряды. А это — завтрак. И я советую вам поскорее покончить с ним, чтобы успеть достойно собраться.
- Так много? — поразилась я, рассматривая коробочки и свёртки.
— Здесь их несколько, на выбор, — ответила ворчунья, — поднимайтесь, времени мало, нужно привести вас в порядок.
Я встала и, быстро умывшись, приступила к завтраку. Едва с ароматными булочками было покончено, отдалась в руки служанок. Они примерили на меня
несколько платьев, чтобы я могла выбрать. Выбор пал на пышный наряд графитового цвета, у которого был самый мягкий корсет из всех и почти отсутствовал вырез. Женщины не одобрили выбор, сказав, что юным барышням нужно носить пастельные тона, но особо не настаивали, в итоге смирившись. Мои волосы завивали какими-то причудливыми щипцами и укладывали в высокую причёску, оставив выпущенными только синюю и изумрудную пряди, которые подчёркивали наличие магического дара. На лицо наносили белый крем непонятного мне назначения, а брови подкрашивали чёрным. Через несколько часов я была уже полностью готова. В зеркале отражалась бледная девушка с угольно-чёрными бровями и нежно-розовыми губами, в тёмном, переливающемся платье.
— Кто будет вашим кавалером на балу? — поинтересовалась та из женщин, что вчера отличилась бесцеремонностью вопросов.
- Я иду туда не танцевать, — призналась я, — мне не нужен кавалер.
— Молодые леди не должны ходить на подобные мероприятия без кавалеров! — охнула вторая служанка.
Я уже не знала, как оправдываться и что вообще говорить. Спас меня неожиданный стук в дверь.
- Войдите! — быстро крикнула я.
Вопреки всем моим предположениям и ожиданиям, в комнату вошёл Ким. Парень выглядел гораздо лучше, чем вчера, и светился улыбкой.
— Дамы, — рыжий галантно поклонился и повернулся ко мне, — Лидия, разрешишь мне быть твоим кавалером?
— Конечно, — выдохнула я и поспешила принять протянутую руку Кима. Если честно, я жутко боялась идти на бал одна, тем более впервые в жизни, а с рыжим мне будет гораздо спокойнее.
— Селес сказал мне, что ты здесь, и я решил, что тебе должно быть не очень уютно, — едва мы оказались в коридоре, прошептал друг.
— Ты прав, я дико боялась идти одна.
— Значит, я угадал, — улыбнулся Ким. — Сегодня будут выдвинуты обвинения арту Поли.
— Жду с нетерпением, — улыбнулась я, и мы спустились в холл, а миновали его, нырнули в очередной коридор. На моё счастье, Ким отлично знал дорогу и вёл меня за собой.
— Как ты себя чувствуешь? — встревожилась я, вспомнив вчерашний вид друга.
— Не отлично, но достаточно хорошо для того, чтобы почтить своим присутствием нового графа.
Представление Троя знати и народу проходило в огромном, поражающем высотой потолка тронном зале. Здесь уже стояли множество дам в таких же, как и у меня, пышных платьях, столько же галантных кавалеров в чёрных фраках и магов в парадных мантиях. А там, в самом конце зала, стоял трон графа — высокий, величественный, массивный. На нём, как и полагается, восседал Трой, а рядом стояли блистательный граф Тарион Штейн и королевский поверенный. Едва зал заполнился, слуги закрыли массивные двери и поверенный призвал к тишине. Все замерли и устремили взгляды на тронное возвышение. Поверенный говорил громко и размеренно, провозглашая Троя Штейна, выходца графства Голдштейн, новым графом Вилдо. Как только он водрузил на голову красноволосого тонкий золотой ободок — символ власти в Норолоне, зал взорвался шумом, поздравлениями и аплодисментами.
- Да здравствует новый граф Вилдо! — возвестил поверенный.
Трой встал и поднял руку, взывая к вниманию и тишине. Когда гомон утих, последовала долгая речь о благополучии, которое ждёт Вилдо под властью нового правителя, урожае и дружеских графствах, после же пошли назначения.
Трой вызывал лордов, назначая нового советника, казначея, поверенного, домоправителя и даже палача. А после назначений началось самое интересное.
— Мой первый указ в титуле, — уверенно проговорил он, — взять под стражу магистра магии Стефана Поли, виновного в покушении на жизнь младшего графа дружественного графства Россо.
Толпа замерла, кто-то охал, кто-то возмущённо сопел. Ким же уверенной походкой направился к трону и выразил благодарность новоиспечённому графу.
— Наказание для магистра Стефана Поли будет вынесено в соответствии с решением семейного совета Россо, наказанием же от графства Вилдо будет лишение Поли всех земель, замков и титулов, — продолжил Трой.
Внутри всё ликовало и сердце радостно билось. Я смогла отомстить! Пусть не сама, а с помощью друга облачённого властью, но смогла!
Последовало ещё несколько обвинений с оглашением наказаний. Всего за день Трою удалось вычислить казнокрадов, нечистых на руку судей и нечестных торговцев. Народ явно был впечатлён и проникся серьёзностью нового правителя.
После длительной череды нерадостных указов Трой перешёл к дарению.
Графу Тариону Штейну были дарованы земли неподалёку от Квека, ещё какому-то мужчине из Голдштейна несколько деревень на приграничной территории.
— Леди Лидии Ло, уроженке Тортона, дарую земли, принадлежавшие ранее магистру Стефану Поли, а именно замок в двух милях от Квека, и возлагаю на неё все полномочия по функционированию лечебницы при нём.
Мне полагалось пройти через весь зал по коричневой, вышитой золотыми цветами дорожке, и подойти к тронному возвышению. На меня смотрели все, и наверняка в их головах звучали самые разные вопросы: кто я и чем заслужила поддержку графа? Я шла и старалась не думать о том, что думают другие, глядя только на Троя и на именную грамоту в его руках. Едва я подошла, он вручил мне свиток — дарственную на замок, заверенный личной графской печатью. Дрожащими руками приняла протянутое, и отошла к толпе уже побывавших у трона лордов. Я была первой леди, совершившей сегодня этот путь.