Куриный бульон для души: 101 история о чудесах, стр. 41
Отпрянув от пламени и пройдя по коридору футов десять, я очутился в кромешной тьме. В этот момент я услышал отчаянный вопль: «Нет, нет, нет!» То ли кто-то из товарищей призывал меня вернуться, потому что брандспойт все же сделал свою работу, то ли один из них попал в беду. Я развернулся и через несколько шагов снова оказался в слепящем огне.
А потом здание сотряс взрыв.
На долю секунды все стало ослепительно белым, затем снова содрогнулось в мощном взрыве. Оранжевое и черное взвихрились вокруг, точно торнадо. Удар лишил меня сил и стер из памяти картинку внутреннего устройства дома. Я инстинктивно понимал, что должен использовать всю энергию, чтобы выбраться из внутренностей этого монстра.
Один шаг – и я врезался в стену. Оказывается, взрыв развернул меня вбок.
Поспешная – и чрезмерная – корректировка толкнула меня головой в противоположную стену.
Каска норовила свалиться и уже плавилась, а ее ремешки перегорели. Пытаясь подхватить ее, я свалился на пол. Я понимал, что мне осталось жить считанные секунды, если я останусь здесь. «Где же выход?» – думал я. Напрашивался ответ: «Ты не выберешься. С тем же успехом можешь просто снять маску, чтобы не мучиться».
Я пытался дать отпор этому внутреннему врагу, но сумел проползти меньше метра и сдался.
Прижатый к правой боковой стене, я видел перед собой лишь неистовый черно-оранжевый шторм.
Слышал лишь победный рев дракона.
Ощущал лишь, как горела моя плоть.
Словно в калейдоскопе, передо мной закружились картинки. Нежное личико моей жены. Я сказал: «Найди нашему маленькому сыну отца. Ему нужен будет мужчина, пример в жизни. Я люблю тебя». Потом появился мой старший сын, которому я сказал: «Поступай в колледж. Для тебя все готово». А потом моя милая доченька; мы улыбнулись друг другу и обменялись взглядами любви. И наконец, мой младший сын: «Я всегда буду любить тебя, Бадди!»
Я понимал, что моя маска вот-вот расплавится, но мелькнула мысль: «Я еще не умер». Полученная подготовка напоминала, что у меня есть обязательство: бороться, чтобы выжить.
Была у меня и другая подготовка. Заставив себя встать на четвереньки, я с трудом вдохнул обжигающий воздух и выговорил имя:
– Иисусе!
В этот момент рев утих. Ужас развеялся. Боль растворилась. Страх исчез.
Посреди пылающей драконьей ярости я обрел совершенное умиротворение.
Утешающий голос произнес: «Туда», и я пополз в указанном направлении. Словно кто-то приподнял уголок завесы – буйство черного и оранжевого обернулось белым светом. Я бросился в этот свет и обнаружил, что съезжаю вниз по лестнице и выкатываюсь за дверь.
Товарищи по команде окатили меня водой, и с первым глотком свежего воздуха я выдохнул:
– Спасибо, Иисусе!
Брэд и Грег подчинились моему приказу и выползли наружу по страховочному шнуру. Когда они оказались на улице и увидели, что меня нет, та же товарищеская преданность, которая заставила меня вернуться за Брэдом, побудила его ринуться внутрь за мной. Он пытался подняться по лестнице в тот самый момент, когда я скользил по ступеням вниз. Снова выскочив наружу, он с изумлением увидел меня и бросился ко мне со словами:
– Герш, я уж думал, что на этот раз нам точно крышка!
Вскоре выяснилось, что этот пожар был работой поджигателя и начался он в подвале дома. Я поливал водой лишь его верхушку. Когда пожарный другой команды распахнул дверь черного хода и вошел внутрь, он провалился сквозь пол и повредил спину. Его товарищ стал вытаскивать его из пламенеющей дыры, и боль исторгла у раненого крик: «Нет, нет, нет!» Порыв воздуха из распахнутой задней двери раздул огонь и стал причиной взрыва.
На мне было столько ожогов и бинтов, что меня не узнала даже собственная жена. Но спасение из ада быль лишь частью случившегося со мной чуда. Мое исцеление шло быстро. Только следы швов на руках напоминают, что когда-то у меня были ожоги. Это метка доброго Господа, чье чудо спасло меня.
Гершель НьюманНе забывай молиться
Просите и получите, чтобы радость ваша была совершенна.
Евангелие от Иоанна, 16:24Это был прекрасный День Благодарения с ярко-голубым небом и не по сезону теплой погодой. Но вместо того чтобы всей семьей наслаждаться индейкой, мы были заняты переездом – второй раз за год. В предыдущем году мы арендовали жилье, дожидаясь, пока из купленного нами фермерского дома съедут хозяева и будет сделан ремонт. Наконец ремонт закончился, и мы начали переезжать в наш новый дом.
Несколько лет мы искали для себя подходящий участок в сельской местности. Едва увидев этот кусочек рая на земле, мы поняли, что наши поиски подошли к концу. Он вмещал в себя понемногу всего, о чем мы мечтали. Мирный говорливый ручеек отделял пышный золотистый луг от густого леса. В лесу переплетались оленьи тропы, и на склоне холма даже был ключ, который обрывался дивным маленьким водопадом. Тысячи ароматных сосен росли на пологих холмах. Любимым местом моего мужа стал пруд рядом с домом – воплощенное счастье рыбака.
Вытаскивая очередную коробку из грузовичка-пикапа, я остановилась, наслаждаясь мирной безмятежностью пейзажа. Здесь ощущалось присутствие Бога. Птицы восхваляли день от рассвета до заката, грациозные белохвостые олени замирали на миг, чтобы поглядеть на нас, помахивая своими пушистыми хвостиками, и исчезали.
Я стояла, загипнотизированная яркими солнечными зайчиками, игравшими на поверхности пруда. Глядя на воду, я вспомнила разговор, состоявшийся всего пару дней назад. Мы с моим мужем Чаком обходили пруд вместе с прежним владельцем Эриком, и вдруг он как бы между прочим сказал:
– Вам нужно будет поставить ловушки на ондатр. Они подрывают плотину.
Мы с Чаком переглянулись и вздохнули. «Вот здорово, – недовольно подумала я. – Еще один пункт в список необходимых дел».
Голос Чака вывел меня из грез.
– Кстати, – сказал он устало, – нам еще нужно забрать из хранилища стиральную и сушильную машины. Надеюсь, обе они заработают.
Стиральная и сушильная машины были последними предметами, которые нам оставалось перевезти. Мы купили их двадцать лет назад, когда только поженились, и теперь, выйдя за рамки бюджета, надеялись, что они проживут еще немного.
Ближе к вечеру мы перетащили обе машины в подвал. Я задержала дыхание, когда Чак подвел провода к сети, потом включил. Мягкое урчание моторов вызвало наш восторг… который, впрочем длился недолго. Мы в отчаянии смотрели, как под стиральной машиной быстро натекает лужа. Потом заметили, что воздух в сушилке теплее не становится.
– Это не проблема, – сказала я, стараясь быть оптимисткой. – Я позвоню своему брату Дэнни. Он знает, что делать.
Дэнни занимался ремонтом электроприборов и считался одним из лучших мастеров. Так что я не удивилась, когда трубку сняла его жена и сказала, что его расписание забито до отказа. Вырваться