Куриный бульон для души: 101 история о чудесах, стр. 36
Израненный, по-прежнему в смертельной опасности, Том не мог пошевельнуться. Через какое-то время он начал отчаиваться. Велико было искушение броситься вниз с утеса и положить конец страданиям. Никто не нашел бы его в этом пустынном месте.
На это искушение со стальной решимостью ответил гулкий голос, раздавшийся внутри него: «Нет, не делай этого! Кто ты такой, чтобы решать свою судьбу?»
Этот голос разбудил в нем невероятный, неукротимый инстинкт выживания, и он нашел в себе силы выползти на скальный козырек прочь от обрыва.
Следующие несколько дней Том выживал, питаясь мхом и горсточкой нута и изюма, которые завалялись в его кармане. Чтобы добыть воды, он сжимал влажную землю в пальцах, а потом вылизывал руки, утоляя острую жажду. Изюминки размокали в утренней росе и давали небольшое количество дополнительной жидкости. Он экономил силы, принимаясь кричать только тогда, когда слышал, как далеко внизу причаливало к берегу судно. В ночной тьме его воображение наполняли лица всех, кого он любил в своей жизни. Он представлял, как эти люди протягивают ему еду и питье; как он благодарит их за то, что они помогли ему выжить.
Наконец на третьи сутки крики Тома были услышаны. Греческие крестьяне, монахи и опытная команда спасателей пришли на помощь и доставили его в безопасное место.
Врачи диагностировали перелом ключицы и позвонка, частичный вывих плеча, кровоподтеки на ребрах и серьезную травму левой руки. Они сказали, что это чудо: хотя руку раздробило в 32 местах, ни инфекции, ни повреждения нервов, ни перерезанных артерий не было.
Когда Стив узнал о несчастье с братом, он испугался, что Том, возможно, получает недостаточно качественный медицинский уход в этом отдаленном уголке Греции. Он позвонил официантке, с которой недавно познакомился, и она направила его к замечательному местному доктору. Тот помог Стиву выходить брата и вернуть ему здоровье.
Хотя восстановление шло медленно, Том был уверен, что это чудо, что Богородица стала в тот день его первой спасительницей.
Но то чудо было не последним. Во время своего выздоровления Том наткнулся на забытую было серию из 22 своих картин, которые он рисовал за несколько месяцев до несчастного случая. Он дал им общее название «Из тьмы». На картинах было изображено постепенное падение человека с края чего-то на некую плоскость. По мере развития сцен силуэт из темного становился светлым. Когда Том создавал эти картины, его намерением было изобразить жизнь как «разминку перед матчем», промежуточный шаг к конечному результату, который есть смерть, а после нее – вечная жизнь. Просматривая свои картины, он был поражен их невероятным сходством с тем, что с ним произошло. Наверное, Бог пытался привлечь его внимание, а он не прислушивался. Создавая картины, Том пребывал в духовной бездне, в депрессии и отчуждении от Бога.
В период выздоровления он пережил взрывной личностный и духовный рост. Полный веры, надежды и милосердия, он отождествлял себя со всеми страдальцами этого мира. Теперь Том знает, что никогда не бывает один. Бог всегда с ним.
Том не считает случившееся с ним «плохим» событием. Теперь он уверен, что все происходит по определенной причине. Как он говорит, «нам нужно просто быть готовыми слушать и действовать в соответствии с получаемыми сообщениями».
Мэри Трейси О’КифГлава 6
Услышанные молитвы
К Тебе взываю я, ибо Ты услышишь меня, Боже; приклони ухо Твое ко мне, услышь слова мои.
Псалтирь, 16:5–7Что случилось на Гудзоне
Оглядываясь назад, я думаю, что в тот день действительно случилось нечто замечательное.
Капитан Чесли «Салли» Салленбергер [6]Это случилось утром в четверг 15 января 2009 г. Я находился в Нью-Йорке, куда регулярно езжу по работе. Было около половины одиннадцатого, и шел сильный снег. Я интересовался прогнозом погоды, поскольку в семь вечера мне предстояло лететь домой, в Шарлотт, штат Северная Каролина, и мне не хотелось застрять в аэропорту. Веб-сайт Weather Channel обещал, что снегопад скоро закончится и нас ждет прекрасный день.
Я приехал на встречу со своим начальником около 11 утра, а снег все продолжал сыпаться.
– Почему вы до сих пор здесь? – спросил начальник. – Смотрите, застрянете и домой не попадете.
Подумав, я поменял билет на рейс в 14:45. Место 16Е.
Садясь в самолет, я рассылал SMS и разговаривал по телефону, пока не закрыли дверь кабины пилотов.
Резкий набор высоты вжал меня в спинку сиденья. Я развернул недочитанную утром газету «Уолл-стрит Джорнел».
Раздался глухой удар, который я ощутил всем телом. Самолет содрогнулся.
«Что бы это могло быть?» – недоуменно подумал я.
Самолет дал крутой крен на левый борт. Все происходило очень быстро! Мне показалось, что воздушное судно потеряло управление и все кончено. Но пилот, который представился как капитан Чесли Салленбергер, похоже, стабилизировал машину.
Паники не было. После первого общего «ах» стало очень тихо.
Кто-то проговорил:
– Должно быть, мы с чем-то столкнулись. Я видел тени.
Через некоторое время раздался возглас:
– Левый двигатель горит!
В тот момент меня еще не охватила настоящая тревога. Насколько я понимал, у нас было два двигателя и при необходимости мы могли лететь на одном.
Но время шло, и я осознал, что в самолете слишком тихо. Не было слышно ничего, кроме свиста ветра. И тогда до меня дошло: у нас нет тяги. Мы планировали, а высота была не такой уж большой. Вот тогда-то я весь напрягся и схватился за голову, ощущая холодный ползучий страх, незнакомый мне прежде.
Я горячо взмолился, повторяя: «Пожалуйста, Боже, помоги нам! Пожалуйста, Боже, прости меня!» Это не была какая-то конкретная молитва – просто множество мыслей, которые проносились в моей голове.
И все же надежда оставалась. Если бы пилоты сумели завести хотя бы один двигатель! Нам нужно было совсем немного тяги, чтобы вернуться в Ла-Гуардию. Мы провели в воздухе всего ничего, около трех минут; наверняка мы сможем развернуться и благополучно приземлиться…
Эта надежда растаяла, когда я обнаружил, что мы все больше снижаемся, следуя вдоль реки. В ужасе я осознал, как велика вероятность погибнуть в этом самолете. Некуда и не к кому было обратиться, кроме как к Богу.
Я молился со всем жаром. Никогда еще я не чувствовал себя ближе к Нему. Я даже не пытался торговаться: мол, если Ты нас спасешь, то я… Вместо этого я молился за свою семью, детей, жену.
Вдруг из динамиков раздался голос:
– Говорит капитан. Приготовиться к жесткой посадке.
Я не услышал в этих словах ничего, кроме боли и смерти. Холодная реальность накрыла меня, и я ничего не мог с этим поделать. Я сидел,