400 страниц моих надежд (СИ), стр. 44

— Благодарим, но у нас сегодня день прогулок на свежем воздухе, и питаться мы будем в лесу, — лучезарно улыбнулся Паша, мама не сдержалась и тоже расплылась в улыбке не забыв подмигнуть мне.

— Мы тебе обязательно что-нибудь оставим, — шутливо добавила я.

Собственно, не соврала, всё слопать вдвоём было просто нереально, хотя и вкусно получилось безумно. А может сыграла роль приятная компания? Зашли после обеда домой, пропахшиеся костром, сытые и весёлые. Оставили провизию и пошлёпали гулять дальше. К концу дня даже ноги побаливать стали, хотя Паша меня щадил — терпеливо ходил медленным прогулочным шагом, а вот же, совсем я форму потеряла как показала практика. Дошли до озера, где из рюкзачка у него за спиной были выужены совершенно неожиданные вещи: складная удочка, наживка, котелок. В итоге, я даже искупалась, кажется впервые за всё это лето, а из пары пойманных Павлом рыбёшек была сварена божественная уха на ужин. Тарелок не было, только ложки, ели прямо из котелка, привалившись друг к другу возле костра. А потом, Паша проводил меня до подъезда.

Вот честно — ожидала, что поцелует, ан нет.

— Чудесной тебе ночи, чудо… — прошептал, заправляя мне за ухо выбившуюся из хвоста прядь, потом провёл ласково по щеке тыльной стороной ладони и добавил: — И маме от меня сладких снов пожелай.

Стою. Смотрю ему вслед, а тело так и рвётся следом — остановить, обнять… И самое противное, что всё это окажется в файле, на всеобщем обозрении, а я всё равно не могу удержаться от мыслей то о поцелуе, то о желании взять его за руку… И завтра он будет об этом знать… Кошмар! Это всё равно что начать встречаться с парнем, умеющим читать твои мысли. Дёрнуло же меня дать ему этот файлик? Хотя… Какая по сути разница? Ведь обновление на сайте проходит точно так же, как и в файле. Не прочитал бы тут, прочитал бы там. Это судьба. Или прихоть Муза?

Апатия стараниями Павла ушла, не оставив и следа. Теперь я была счастлива, что не укрылось и от глаз мамы. Мы выпили с ней по кружечке чая, я опасалась, как бы речь не зашла о книге, но её больше волновал мой роман с Павлом. И как я не распиналась о том, что между нами ничегошеньки нет — мама так и не поверила. В комнату входила с мыслью просмотреть хотя главы от имени Поля, но стоило увидеть кровать, и я мысленно махнула рукой: жила же прежде без подсказок, так нечего из себя бога корчить, Павел прав — сегодня надо просто-напросто отдохнуть. В итоге, я буквально провалилась в мир грёз, едва коснувшись подушки.

Глава 30. Павел. Непрочитанная глава

Лена-Лена… Полтора года вместе. Для кого-то это не срок, но для меня… Не скажу, что характером или внешностью не вышел, или привередлив излишне, но столь долгих отношений, за свои без малого тридцать три года, у меня ещё не было, мой прежний рекорд — полгода. Со всеми прежними пассиями мы разбегались как в море корабли по самым разнообразным причинам. То мне скучно становилось до зубовенного скрежета, то запросы дамы возрастали и превышали мои в принципе довольно приличные возможности. А тут целых полтора года вместе и всегда находим темы для разговора и в сексе всё просто великолепно, лучшего и желать не стоит. А вот, две недели назад, перед отъездом на курорт, она повела себя, мягко говоря, странно. Звал её с собой, хотел устроить сюрприз. Купил кольцо, планируя в романтической обстановке сделать предложение. Но не сложилось — она, просто-напросто не поехала.

— Пойми ты, мне такое предложение сделали, от которого в здравом уме не отказываются! И если всё выгорит, то… — пылко восклицала она, но никакой конкретики не допускала.

— Да, что там за предложение-то такое, что пару недель подождать нельзя? — недоумевал я.

— Если всё сложится, то поверь, ты об этом узнаешь одним из первых, — уклончиво ответила Лена. — А пока… Не хочу сглазить.

«Наверняка работу предложили хорошую» — подумал я и настаивать перестал, тем более она замяла тему более чем радикальным и весьма действенным методом — бурным сексом.

Конечно же, Лена не догадывалась о моих планах, иначе кто знает, как бы всё сложилось? Но вышло так, как вышло. Она упёрлась и я, устав от нашей глухомани, собрался ехать отдыхать один. А в последний день, буквально перед вылетом, меня вызвали в женскую консультацию, где я по совместительству подрабатывал системным администратором на полставки. И всё бы ничего — принтер надо было подключить, делов-то на десять минут от силы, но… Не знаю. Случайно ли? Вряд ли, учитывая неоднократные подкаты докторши, которую вовсе не смущал тот факт, что у меня есть девушка. В общем, доктор, оставив меня в кабинете одного куда-то вышла, сославшись на срочные дела, а я в процессе работы обратил внимание на одиноко лежащую на столе карточку. Мазнул по ней взглядом, и тут до меня дошло — Ленкина!

Внутри что-то сжалось в предчувствии. Вроде бы нехорошо это лезть в столь личные дела, но ведь она уже почти моя жена, так почему бы и нет? Правда проснулись опасения — вдруг с ней что-то не так? В смысле, проблемы со здоровьем? Не зря же меня вызвали именно сейчас, принтером тут пользуются не часто, прошлый уже пару месяцев как сломался и ничего, как-то жили без него, а тут прямо-таки срочно потребовали приехать. Ещё мелькнула мысль о том, что не случайно именно эта карточка очутилась здесь, ведь я не скрывал наших с Ленкой отношений и тут все о них прекрасно знали, тем более об этом прекрасно осведомлена хозяйка кабинета, с чьей подачи сейчас в консультации и оказался.

Открывал, в прямом смысле слова, затаив дыхание. Пока устанавливался драйвер к принтеру, начал листать на удивление пухленькую брошюрку с множеством вклеенных результатов обследований. Сначала ничего интересного не увидел. Плановые посещения, профилактические осмотры. А на последней странице обнаружился вложенный листочек с результатами УЗИ. Конечно же, я в этих делах не разбираюсь, и сама картинка мне ни о чём не говорила, а вот запись к ней… Беременность, срок восемь недель! Она беременна! Я… Я стану папой!

— Обалдеть! — ощутив неимоверное воодушевление, выдохнул я.

Чудны дела, ещё вчера думал о предложении Ленке, но про детей совершенно не задумывался, а вот тут узнал и такое ощущение будто за спиной крылья выросли. Наверное, потому она и отказывалась лететь со мной — наверняка врачи запретили. Но почему мне ничего не сказала? Неужели думала, что я расстроюсь? Глупышка!

Мазнув взглядом по экрану, убедился, что установка драйвера завершена, выпустил на печать тестовый лист и удовлетворённый результатом припустил к выходу, на ходу набирая в мобильном Ленкин номер.

Лечу как на крыльях. И солнышко до этого неприятно припекавшее сейчас ласковым кажется и ветерок приятный, а до того казался непривычно сухим и резким для наших мест. Телефон из рук не выпускаю, раз за разом набирая Ленкин номер. Раз. Другой. Третий… Десятый. Никто не берёт трубку. Небось опять в своей игрухе зависает. Есть у неё одна слабость: подсадили ещё во времена учёбы в универе на одну онлайн игру, и она до сих пор не может с этим наркотиком завязать. Оденет наушники и всё, потеряна для общественности — пусть весь мир подождёт. Но я эту её слабость прощал, с учётом обилия плюсов в наших отношениях. Видать и сейчас так. Вот только полезно ли это для беременной? Попытался дозвониться на домашний. Не она, так родители трубку поднимут, ан нет.

Заскочив в цветочный, купил букет, и помчался к её дому. Поднялся на этаж, позвонил. Минута. Две. Пять. Ничего. Видимо гуляет где-то. А мобильный… Мобильный могла и дома забыть. Вышел во двор, миновав рассевшихся возле подъезда бабок. Те словно вороньё, тут же давай кости всем перемывать, и в первых числах моей Ленке. Да так громко обсуждают, явно чтобы я услышал.

— А вчерась-то её опять тот хахаль на джипе подвозил, — вещает одна.

— Ленку-то? — отозвалась другая. — Так он к ней почитай каждый день уже месяц как ездит.

— Жалко хлопца, — кивает на меня третья.

Не желая и дальше выслушивать всю эту ересь, отошёл подальше, уселся на детской площадке. Сижу, жду. Час, другой. Надо бы уже на самолёт собираться, пока до города доберусь, пока до аэропорта… Но что-то неспокойно мне. И на душе двояко: радость где-то в глубине робко теплится и пакостно как-то в тоже время, будто помоями облили. Это, наверное, после фраз бабками брошенных.