На крыльях (СИ), стр. 77
Журавли пришли первыми и расселись полевую сторону длинного стола. Сергею было откровенно скучно и он, пока отец и мать не видели, переписывался с друзьями, Ирка поглядывала за соседний столик, за которым сидел симпатичный молодой человек, Ниночка трясла ногой и потягивала из трубочки смузи, а Виктор Андреевич и Софья Павловна то и дело поглядывали на дверь и переговаривались.
- Давно мечтал посмотреть на людей, которые взяли грех на душу и сделали Зелибобу. Где они шастают? Где их носит? - то и дело спрашивал Нинкин папа, одетый в один из своих лучших костюмов итальянского пошива. Ботинки его были начищены до блеска, а на крепком запястье видны были золотые швейцарские часы.
- Витя, это мы рано приехали, - говорила его супруга. Она одета была достаточно нейтрально: в костюм нежного светло-кофейного цвета, однако серьги и кольцо сверкали благородным бриллиантовым блеском, который нельзя было спутать ни с чем другим.
Выглядеть оба Нинкиных родителя перед родственниками Келлы желали достойно. Чтобы те понимали, с кем имеют дело.
- Они могли приехать еще раньше, - ворчал дядя Витя. - Ненавижу понапрасну терять время.
- Терпение, дорогой, - говорила Софья Павловна. - И, пожалуйста, веди себя достойно.
- А что, - въедливо поинтересовался тот, - я обычно веду себя недостаточно достойно?
- Ты бываешь слишком эмоционален. А тебе нужно беречь сердце, - с достоинством дипломата отвечала его супруга.
- Правильно, Сонечка. Нечего на всякую шелуху тратить свои нервы, - согласился Виктор Андреевич. - Но знаешь, жалко отдавать свою чудесную дочь непонятно кому. Как им вообще в голову пришло такое имя, а? - никак не мог успокоиться он.
Родители Келлы вместе с женихом с королевской точностью прибыли ровно к назначенному времени. Их Журавли, дружно вытянувшие шеи, увидели, как только Строгановы-Софьины вошли в ресторан.
- Ох, ты ж, - не удержался от комментариев дядя Витя. - Вырядился-то, а! - явно имел он в виду отца Келлы, облаченного в выходной шерстяной китель стального цвета с погонами, под которым виднелась светло-голубая рубашка и строгий черный галстук. - Нет, вы посмотрите, а! Папаша Синемордого - с тремя звездами!Тесть-то полковничек! Надо же. А с Зелибобой-то что? - пригляделся он к Ефиму, поняв, что тот теперь брюнет. - Пытается под нормального человека закосить?
Нинка захихикала. Келла был в джинсах и рубашке с длинными рукавами, прятавшими его татуировки. Под руку его вела мать, которая, как и Софья Павловна, надела костюм нежного лавандового цвета, правда, брючный.
- Витя, - тронула Виктора Андреевича за локоть жена. - Тише, услышать могут.
- А мне-то что, - отвечал дядя Витя спокойненько. - Если смогут услышать, значит, порадуемся, что родственнички не глухие.
- Папа, помни, ты мне обещал! - грозно сказал Нинка, которая просила ничего не говорить предкам Рыла о том, чем он занимается на самом деле.
- Я держу свои обещания, дочь, - торжественно объявил Виктор Андреевич и гнусно улыбнулся. Жена с подозрением посмотрела на него, но промолчала.
- Конечно, крайне странно, что родители не знают о том, что их драгоценный сынуля стучит по барабанам, как дятел но да ладно. Их дела, семейные.
- Па, а если бы я играл в рок-группе, ты бы был рад? - спросил Сергей.
- Я, между прочим, прогрессивный родитель, - с достоинством отвечал Виктор Андреевич, который в молодости сам слушал тяжелую музыку. - И рок уважаю. Вот если бы ты стал знаменитым музыкантом, я бы и слова не сказал. В отличие от папеньки Зелибобы. Что-то мне подсказывает, что их семья - семья идиотов.
- Витя, - укоризненно сказала Софья Павловна, а супруг лишь махнул рукой.
Келла, его родители и сестра приблизились к столу с Журавлями, поздоровались, и Келла вручил Софье Павловне, Ирке и Ниночке по букету хризантем - цветы заставила купить мать, сказав, что иначе неудобно. Строгановы-Софьины сели напротив Нины и ее семьи.Старшие братья Келлы и прочие родственники должны были приехать завтра утром - на само торжество.
Виктор Андреевич и Александр Михайлович смотрели друг на друга одинаково задумчиво и не слишком доброжелательно. Оба пока что молчали, зато их супруги разговорились - обе женщины отнеслись друг ко другу довольно приветливо, и в их разговор включилась болтливая Ирка. Таня и Сережа сразу друг друга заинтересовали, стали переговариваться и хихикать.
Келла сел напротив Нины, которая с деланной радостью понюхала свой букетик и мило поблагодарила жениха, а после, пряча телефон под столом, написала ему сообщение, в котором ясно давала понять, что уважает только розы, а сам Синий - козел. Он стал писать ей ответ, а Марина Сергеевна шикнула на сына, чтобы тот положил телефон и уделил время семье невесты. Ниночку это рассмешило, и она обозвала Келлу маменькиным сыночком - естественно, по телефону.
Виктор Андреевич и Александр Михайлович тем временем сосредоточенно ели бифштексы и сверлили друг друга подозрительными взглядами.
Первый терпеть не мог сотрудников органов правопорядка, полагая, что все они, как один, идиоты и взяточники, а второй весьма недолюбливал бизнесменов, небезосновательно считая всех их потенциальными преступниками.
- Может быть, тост поднимем? - весело поинтересовалась Ирка. - За счастье молодых!
Молодые посмотрели на нее довольно недружелюбно. Оба: и Келла, и Нинка сидели за столом с кислыми лицами. Келла нервничал, а Нинка ненавидела весь мир и даже больше.
Однако и они подняли бокалы с сухим красным вином, чтобы выпить за свою дальнейшую супружескую жизнь.
- Кислятина, - поморщился папа Келлы. Человеком он был прямым и привык говорить все, что думает.
- О, вы, наверное, к беленькой привыкли, - мигом отреагировал дядя Витя, который лично выбирал бутылку. И остановился, между прочим, на весьма дорогом напитке французского разлива какого-то там крайне удачного года! Положа руку на сердце, вино не нравилось и ему, но не пасовать же перед этой наглой рожей?!
- Или что там у вас в полиции пьют? Конфискованный коньяк? - продолжал дядя Витя.
- У нас в полиции не пьют, - сурово возразил Александр Михайлович.
- А выпивают, - вставил вовремя Журавль-старший.
- Выбивают, - поправили его сурово. - Показания. Не сталкивались с подобным? - в его голосе был неоднозначный намек.
- Да вот как-то не доводилось. Наблюдал только, как зубы в полиции выбивали. Давайте-ка я вам лучше водки закажу, - стал махать официанту дядя Витя.
- Не стоит, - стальной взгляд темных глаз поверг бы в некоторое смятение кого угодно, но только не Виктора Андреевича.
- Да это бесплатно, - махнул он рукой, явно издеваясь. - Угощаю, как принимающая сторона.
- Подачек не брал и брать не буду, - сообщил ему Александр Михайлович. Обстановка за столом накалялась.
- А быть может, вы нам расскажете, как познакомились? - попыталась разрядить атмосферу Марина Сергеевна, обратившись к сыну и его невесте.
- Расскажи, - тотчас переложил ответственность на невесту Келла.
- А? - не сразу поняла она. - А, как познакомились...
В ее памяти огнем тотчас вспыхнула сцена годичной давности, где она бегала от синеволосого придурка по гримерке, а после угрожала туфлей с острым каблуком. А потом он украл ее сумку и шантажировал.
- Нам тоже очень интересно, - поддержал Марину Сергеевну дядя Витя, явно издеваясь.
- Ну, знаете, все произошло так внезапно, любовь всегда внезапно стреляет в наши сердца. - Нина собралась с духом и начала:
- Это был теплый майский день...
- Ефим же вчера сказал, что вы в апреле познакомились, - удивленно приподнял бровь Александр Михайлович.
Девушка досадливо поморщилась.
- Ах, да, апрельским теплым вечером нас совершенно случайно свела судьба. Я пришла на концерт симфонического оркестра - исполняли Чайковского, и так вышло, что Ефим сидел рядом, в партере. Мы наслаждались музыкой и не замечали друг друга - я до сих пор думаю, что бы было, если бы так и не заметили? - Ниночка вздохнула горестно. - А после концерта я случайно забыла свою сумочку на сидении - так, знаете ли, прониклась Чайковским. Ефим увидел ее и догнал меня. Я была ему очень благодарна! Ведь в сумочке было все: и деньги, и документы... Так прозаично мы и познакомились, и Кел... Ефим пригласил меня на свидание. - Тут Ниночка опустила глаза, словно застеснявшись. - И так вышло, что мы стали встречаться... Совпадение взглядов, вкусов...