На крыльях (СИ), стр. 73
- Нет, Нин, есть, - твердо возразила Радова, которая всегда была против того, чтобы подруга развлекалась с чьими-то чувствами. Катя была уверена - Ниночка делает это не потому, что злой человек, а потому, что не всегда понимает, что делает и к каким последствиям в жизни других людей могут привести ее забавы.
Именно эта уверенность помогла ей когда-то пожалеть странного одногруппника, которого Нинка жестко отвергла. Наверное, с этого и началась их история.
Нинка шумно выдохнула. И заговорила раздраженно:
- Да, играла. Сначала я пыталась заставить ревновать Рыло, потом из-за концерта «Лордов» стала играть роль девушки этой чокнутой мрази. Да, было дело - дразнила. Но не сходить же из-за этого с ума?!
- Люди сходят сума и из-за меньшего, - тихо сказала Катя. - Просто тебе все это время везло.
- П - поддержка, - криво улыбнулась Ниночка, но видно было, что она над чем-то задумалась.
До аэропорта подруги доехали быстро, больше не говоря о случившемся, и уже спустя полчаса Катя, забыв обо всем на свете, обнимала Антона со счастливой улыбкой, а Нина стояла перед Келлой, трагично прижав ладошки к груди.
Волосы его теперь были естественного темного цвета.
Да и пирсинга больше не наблюдалось - на его месте были видны лишь только маленькие шрамы.
Это было так непривычно, кто Келла казался другим человеком. Не бунтующим против системы. Обычным.
И только в карих глазах его была привычная дерзость.
- Ты дурак? - вопрошала Нинка, ходя вокруг него кругами, как кошка. - Ты дурак, - отвечала она сама себе и вновь задавала тот же самый вопрос.
- Успокойся, - одарил ее тяжелым взглядом Келла, сжимающий в одной руке сумку, а второй придерживая лямку рюкзака, висевшего на одном плече.
- Синий больше не синий, - всплеснула руками Нина. - Как жить дальше?!
- Умри, - мрачно посоветовал ей Келла.
- Я тебя сначала убью, - мигом перестала смеяться Журавль.
Стоящий рядом с ними Рэн хмыкнул. С лета он, в отличие от друга, ничуть не изменился - все то же самое беспечное выражение лица и ироничный взгляд - только волосы теперь приподняты, а на кисти одной из рук появилась новая татуировка в виде геометрического узора, чем-то напоминающего мандалу.
- По вам прямо видно, что влюбленные, - похлопал некогда синеволосого друга по плечу Рэн. - Любовь до гроба.
- Ты просто завидуешь, - уверенно сказал Фил, половина лица которого была закрыта темно-серым вязаным шарфом-снудом. Он, как и всегда, выглядел мило и казался этакой мужской вариацией на тему плюшевого медвежонка.
- Ты просто несешь чушь, малыш, - отозвался тотчас Рэн. - Кто в добром уме и трезвой памяти будет завидовать этому, - кинул он весьма выразительный взгляд на Кея, который не отпускал свою Катю ни на минуту. Будто бы и забыл, что они с ней находятся в аэропорту. Кажется, эти двое погрузились в свой личный волшебный мир. - Или этому? - перевел Рэн взгляд на огрызающихся друг на друга Келлу и Ниночку.
- Просто заткнись, - посоветовал ему барабанщик, - Или огребешь.
- Будь спокойней, приятель. Ты фамилию-то менять будешь? - спросил Рэн шутливо.
- Моя фамилия - мой бренд, - гордо объявила Журавль.
- А я не у тебя спрашиваю, я у Келлы, - рассмеялся черноволосый парень. Нинке шутка тоже понравилась.
- Ефим Журавль. Норм.
И близнецы рассмеялись.
- Шутка за триста, - буркнул барабанщик.
- Может, на выход? - спросил Арин, который до этого молчал - смотрел лишь внимательно на Антона и Катю. Вид у него, как и всегда, был спокойным, даже немного меланхоличным, и взгляд зеленых глаз ничего не выражал.
Арина послушали, и вся компания двинулась к выходу. Впереди шагал Арин, следом за ним - Келла, который то и дело оборачивался на близнецов и Ниночку, как статный лебедь, плывущую между ними. Тот факт, что Журавль была выше братьев, их ничуть не смущал, и парни, явно чтобы раздразнить Келлу, флиртовали с ней. Катя и Антон, держась за руки, отставали ото всех, о чем-то тихо разговаривая.
Однако в аэропорту возникли некоторые трудности. Как оказалось, некоторое количество поклонников творчества группы «На краю» узнали о том, что парни временно возвращаются в родной город, и решили устроить встречу. Хорошо еще, что они приехали немного позднее, находились еще на улице перед терминалом, и их вовремя заметил Арин, который шел впереди всей компании. Он и братья сделали широкий жест - решили отвлечь своих поклонников от Келлы и Кея, дабы те со своими вторыми половинами смогли беспрепятственно добраться до стоянки.
Стоило Арину, Рэну и Филу оказаться на улице, как вся фанатская толпа бросилась к ним с радостными криками. А на других людей, в том числе, парней в капюшонах и темных очках, которых сопровождали две девушки, поклонники НК внимания не обращали.
Келла, Кей, Катя и Нина короткими перебежками добежали до стоянки. Выдохнули все четверо только в красном «Жуке» Ниночки, который, едва сумки были погружены в багажник, резво сорвался с места. Водить машину блондинке нравилось все больше и больше. И получалось у нее это лихо.
Усевшийся рядом с ней на переднее сидение Келла не преминул заметить:
- Ты прям как мужик, Королева. Приехала, встретила, увезла. И бита в багажнике, - вспомнилось ему. Они с Кеем биту зацепили, когда грузили сумки в багажник.
- Естественно. Я же не выхожу замуж, а женюсь, - фыркнула Нина.
Ефим сначала не совсем понял, что она имеет в виду, а когда Катя и Антон рассмеялись с заднего сидения, до него дошло, и он принялся самозабвенно ругаться с девушкой.
- Не захлопнешься - я тебя высажу, - пригрозила Журавль. Келла рассердился.
- Келла, а почему ты покрасил волосы? - пытаясь разрядить атмосферу, спросила Катя. Но лучше бы она этого не делала, потому что теперь в разговор вмешался обнимающий Катю Кей:
- Боится гнева родительского, - сказал он смиренно. - Примерный сынок. Кем ты там работаешь в Германии? Ведущим инженером? - явно издевался Антон, хотя голос его при этом был елейным.
- Неужели твои родители верят, что ты инженер? - весело поинтересовалась Нинка. - Ты же тупой. Слепа родительская любовь, воистину.
- Достали! Заткнитесь! - рявкнул ударник.
Кей внял его совету - они с Катей целовались, не замечая, как мрачно посматривает в зеркало заднего вида Нина.
- Хотите, я вас в мотель завезу? - спросила она, наконец.
- Отстань, - покраснела Катя, стараясь не показать, как сбилось у нее дыхание. Ее пальцы сжимали пальцы Антона, а тот голодными глазами смотрел на нее. И если раньше Келла бы веселился, глядя на парочку сзади, то теперь ему было не до смеха. С одной стороны, он хотел проделать нечто похожее со своей строптивой Королевой - слишком уж истосковался по женским ласкам, с другой - не хотел выглядеть так же глупо. Любовь он воспринимал как болезнь, наваждение.
Спустя час они доехали до дома Тропинина. Вместе с ним автомобиль покинула и Катя - эти двое не хотели ни на минуту расставаться, зная точно, что время -сокровище, которым не стоит разбрасываться.
А Нина рванула в район, в котором располагался дом Келлы.
- Помнишь, что завтра твои родители встречаются с моими? - спросила она.
- Такое не забудешь, - недовольно отвечал Келла, который совершенно не хотел, чтобы его родственники встречались с Журавлями. Но избежать этого было нельзя.
- И помни, что если ты или твой отец ляпните что-нибудь лишнее... - Он замолчал предостерегающе. Родители не должны были знать, чем он занимается на самом деле. Он даже специально для этого и перекрасился, чтобы выглядеть пристойно. И заранее снял пирсинг.
- Не ной, - весело отозвалась Нина. - Все будет гладко, как твой мозг.
- Журавль, а вот все-таки жаль, что ты не мужик. Я бы тебе всю морду разнес, - миролюбиво сказал Келла.
- Если бы я была мужиком, милорылый, ты бы был уже не жилец.
И они вновь стали перепираться, но как-то уже лениво, на автомате.
Уже перед тем, как выйти из автомобиля, Келла вдруг спросил тоном невинной, но крайне глумливой овечки: