На крыльях (СИ), стр. 60
- Раб, - с торжеством сообщила ему Нинка.
- Иди ты, - отмахнулся Келла, не в силах отвести взгляда от ее губ.
Он не сдержался и первым поцеловал ее.
17
С Ниночкой мы встретились через несколько дней после Рождества. Утром я прилетела из Праги, убитая на повал очередным расставанием с любимым человеком, а уже в обед мы с ней встретились и делились впечатлениями от новогодних каникул. Мы сидели у нее дома на кухне, пили лимонный чай с маленькими пирожными и то и дело посматривали в окно, за которым падал густой снег. На улице еще только начинало темнеть, зажглись первые фонари и слышны были крики и смех с катка, устроенного прямо во дворе жилого комплекса, в котором располагалась квартира Журавлей. Мне было безумно уютно - почему-то окончательно успокоиться после расставания с Антоном я смогла лишь в гостях у подруги, грея о горячую кружку ладони. На улице было морозно.
Нина нудно и подробно расспрашивала меня о каникулах в Праге, и куда больше ее интересовала не замечательная архитектура и дух истории, который буквально витал в старинном городе, а наши взаимоотношения с Тропининым. Изредка она задавала такие вопросы, от которых я могла лишь краснеть. А подруга уверенно заявляла, что она должна все знать. Сама она была активная и веселая и казалась довольной. Ее хорошее настроение передалось и мне.
Увидев мое тату, Журавль долго смеялась, хлопая от переизбытка чувств себя по коленкам.
- Похоже на дырку в шее, - заявила она, разглядывая мою шею, и хищно предложила:
- Давай, мы тебе лучше рукав набьем? Изображение Блондинчика в полный рост.
- Не надо на меня свои желания переносить, - отказалась я, осторожно касаясь пальцами татуировки, скрытой от посторонних глаз волосами. - Лучше еще раз в пансион съезди, - поддразнила я подругу, и та страдальчески закатила глаза. О том, как они с Келлой провели Новый год, я уже была наслышана, правда, скупо. На вопрос, было ли между ними что-нибудь или нет, Ниночка, которая требовала от других подробностей в отношениях, цедила сквозь зубы, что, естественно, нет. А после добавляла: «Почти нет». И мне казалось, что в глазах ее начинают светиться звезды.
В конце концов, подруга все-таки раскололась. И рассказала кое-что, старательно делая вид, что ей все равно.
- А я ведь говорила, что вы идеально друг другу подходите! - рассмеялась я, делая глоток остывшего уже лимонного чая.
- У каждой госпожи есть идеальный раб, - скромно кивнула подруга.
- Он ведь тебе нравится, - смеясь, сказала я, - признайся уже.
Она пожала плечами.
Честно говоря, я была за нее рада. И я рада была тому, что все-таки она почти смогла побороть свою гордость - расколоть ее надвое, но не расколоть при этом душу. За что, наверное, стоило сказать спасибо Келле. Каким бы самодовольным придурком он ни казался, но было в нем что-то благородное, хоть и грубоватое, но искреннее - видимо, наследие далеких предков.
Я осталась ночевать у Журавлей - как часто делала это раньше. Тем более, что ее родители куда-то уехали, старшая сестра упорхнула, и в доме остался лишь Сергей, у которого было нечто ужасно важное в компьютерной игре. Набрав вредной еды, мы сидели на диване в ее гостиной перед огромным экраном телевизора и смотрели какой-то очередной ужастик. Вернее, смотрела его Ниночка, а я переписывалась с Антоном и время от времени ужасалась происходящему на экране. Ночью Журавлю пришла в голову гениальная идея позвонить по скайпу Антону и Келле и пообщаться с ними.
- А сама ты Келле позвонить не можешь? - удивилась я.
- Сама - не хочу. Звони Истеричке, а Истеричка позовет Рылия, - уперлась Журавль.
- Так сильно хочешь увидеть своего муженька? - решила немного поиздеваться над подругой я.
- Хочу, чтобы он меня увидел, - подмигнула мне Нинка. Перед тем, как выйти в скайп, она унеслась в свою комнату и вернулась пятнадцать минут спустя соблазнительная и роковая, как Клеопатра. Она сделала мейк, особенно ярко выделив губы, распустила волосы и надела черного цвета бодисьют с длинными рукавами и треугольным глубоким вырезом. Наряд был непрозрачным, выглядел просто, но при этом подчеркивал изгибы и округлости ее тела. Подруга знала, что надевать.
- Хочешь соблазнить бедного Келлу? - с улыбкой спросила я.
- Пусть думает обо мне. В режиме нон-стоп, - уверено тряхнула волосами Нина, садясь рядом со мной в соблазнительную позу.
Антон сразу согласился на разговор и был так любезен, что даже позвал Келлу, сказав другу, что по нему скучает Демоница. Они сидели в просторной гостиной, совмещенной с прихожей и кухней, за барной стойкой, и обзор камеры их ноута, который парни поставили на стойку, был широким: мы с Ниной видели часть комнаты, лестницу и входную дверь. Изредка мимо барной стойки проходили то Рэн с гитарой, то Фил в обнимку с какой-то девушкой, то двое каких-то незнакомых парней с татуировками на руках. Все они, видя, что Келла и Кей разговаривают по скайпу, махали нам или что-то кричали. Единственный, кого я не видела - так это Арина. Но значение этому не придала.
Естественно, весь разговор Келла таращился на Ниночку голодным взором, явно веселя Антона, правда и сама подруга задумчиво поглядывала на синеволосого - разговаривать он пришел без майки, демонстрируя свету, а, заодно и супруге, широкие плечи и сильные руки, под украшенной татуировками кожей которых перекатывались мышцы. В общем, эти двое друг друга явно стоили. Они так, правда, не считали, и все время ругались, несколько раздражая нас с Антоном - мы привыкли спокойно говорить по скайпу. По взгляду Тропинина я поняла, что на подобное он больше не согласится. Однако спустя полчаса ситуация, вроде бы, разрядилась, и общение пошло более плавно и почти дружелюбно.
- Давайте, выпьем за что-нибудь! - предложил весело Келла, заранее поднимая стакан с виски со льдом. Антон без слов поднял свой, глядя при этом только на меня, и я точно знала - за что он будет пить, вернее, за кого. И улыбнулась - только ему.
- У нас только сок, - сказала я, беря в руку стеклянный высокий стакан. Сок был виноградным и походил на вино. Ну, или на кровь - как заявила пересмотревшая ужастиков Нинка. После этого они еще минут пять спорили с Антоном, который утверждал, что только дурак может спутать кровь с соком. Попутно выяснился факт, что кровь Тропинин пробовал - не человеческую, но все-таки.
- Я рок-звезда, - сказал он насмешливо. - Мне можно все. За что пьем?
- За Интернет! - провозгласил Келла.
- И вирт, - встрял проходивший мимо барной стойки Рэн. - Вы гитару мою не видели?
Гитару, как оказалось, утащил Фил, дабы сыграть своей чудесной спутнице и разъяренный Рэн пошел наверх к брату - отбирать инструмент.
Келла, прислушиваясь к крикам сверху, хохотнул и вновь наполнил свой стакан.
- Алкаш, - поморщилась Журавль, перекидывая ногу на ногу с таким расчетом, чтобы у Келлы перехватило дыхание. - Слушай, Рылий, а ты не боишься спиться к годам тридцати пяти?
- Не боюсь, - тотчас окрысился тот. - А ты не боишься, малышка, что тебе длинный язычок отрежут?
- Рыло драное.
- Стерва.
- Чмо шерстяное.
- Дичь птичья.
И они принялись перекидываться все более и более яркими эпитетами. Кажется, оба находили в этом странное удовлетворение, не понятное ни мне, ни Антону. И словно забыв о нас.
- Любимая, - сказал Антон вдруг, болтая виски в своем стакане и вновь глядя только на меня - пусть даже между нами были тысячи километров расстояния, но я кожей чувствовала его взгляд.
- Любимый, - ответила ему я, поняв точно, что он от меня хочет.
- Нежная, - продолжал Антон, поставив локти на стойку.
- Ласковый, - улыбнулась я.
- Моя малышка.
- Мой мальчик.
Услышав нас, Нинка и Келла зависли. И все-таки замолчали. Мне стоило больших усилий не рассмеяться.
- Что за передоз ванили? - поинтересовался синеволосый, глядя на друга, сморщив лицо, как от лимона.