На крыльях (СИ), стр. 144

Вечером, когда мы, уставшие и набравшиеся под завязку новых впечатлений, сидели в милом ресторанчике на углу оживленной улицы, подруга заявила:

- Раз мы здесь, надо сходить в клуб! Оторваться в приличном месте!

- В какой еще клуб? - спросила я, с удовольствием вытягивая уставшие от ходьбы ноги под столом.

Нинка с восхищением в голосе поведала мне название, которое все равно ничего мне не говорило, и добавила, что тут у нее есть одна знакомая из нашего города, переехавшая следом за богатыми родителями, и она может провести нас в это крутое место - «мекку» всех поклонников клубной жизни.

- Я не пойду, - покачала я головой. - Тем более, завтра нам ехать на фестиваль.

- Это такая возможность оторваться! - возмутилась Нинка. - Радова, ты должна это сделать! Хватит думать о Клее, давай развеемся! Клуб - отпад!

То, что Антон находится в одном со мной городе, так и подстегивало меня написать ему. Но я, во-первых, не хотела портить сюрприз, а, во-вторых, понимала, что буду только мешать ему. Пусть выступит сначала, а после мы встретимся. Завтра с утра мы с Ниной поедем на фестиваль, который проходит неподалеку от Нью-Йорка - к нему уже усиленно готовятся, благо, что у нас есть электронные билеты. И ближе к вечеру я смогу увидеть выступление «На краю», а потом обнять и самого Антона.

Эта мысль меня грела, как личный костер.

Нинка долго уговаривала меня пойти вместе с ней, но тратить время на клуб мне совершено не хотелось: я присмотрела уже пару известных во всем мире музеев, которые хотела посетить, да и мечтала побывать в Центральном парке. Журавль, которая отлично знала мою нелюбовь к клубам и всяческим тусовкам, смилостивилась и прекратила ныть.

- А если я тебя одну оставлю, ты тут не потеряешься? Заедешь по ошибке в какое-нибудь гетто, и все, пиши пропало, - сказала она, глядя на меня, как мамочка на неразумное дитя. - Что я потом скажу Томасу? Что тебя Чуня унес?

- Ой, все будет в порядке, - махнула я рукой. - Веселись в клубе, а я поброжу по музеям и немного погуляю. Когда я еще смогу здесь побывать?

- Я ее в клуб зову, а она в музей тащиться, - проворчала Нинка. - Совсем чокнулась.

Но от меня отстала.

В результате мы разделились. Нина привела себя в порядок, вернее, в полную боевую готовность, явно решив завоевать весь клуб, дала мен тысячу и одно наставление, занудным голосом поинтересовалась, скачала ли я карту города и есть ли у меня деньги на карте, а после, наконец, отплыла тусоваться.

- Смотри, не заигрывай там с парнями, а то встретишь Матвея-два, - улыбнулась я ей на прощание.

- За кого ты меня принимаешь?! - возмутилась Журавль. - Я замужняя женщина. О, колечко снять забыла, - вспомнила она об обручальном кольце на безымянном пальце.

А я отправилась гулять, то и дело сверяясь с картой, останавливаясь и фотографируя. Настроение у меня было прекрасным.

К сожалению, Музей Современного Искусства, о котором столько рассказывал мне папа, в тот день я так и не посетила. Едва я подошла к метро, на котором мне уж очень хотелось прокатиться, как мой телефон зазвонил. И на экране высвечивался номер человека, с которым мне не хотелось общаться. Как он узнал мой новый телефон, который мне пришлось поменять после инцидента в Интернете, я понятия не имела.

Я не собиралась брать трубку, но Кирилл звонил и звонил не переставая и я, находясь уже на перроне в толпе совершенно чужих людей, среди которых было и множество туристов, все-таки не выдержала. И ответила.

- Что ты хочешь? - вместо приветствия спросила я.

А вдруг Кириллка хочет извиниться? Вдруг он был пьян или под наркотой?

Да уж, конечно.

- Катя, здравствуй, - раздался голос Кирилл, и я тяжело вздохнула. Мне до сих пор жаль, что я потеряла такого друга. И, честно сказать, я скучала по нашему общению. Но он сам все испортил.

Просто хотел поиграть на нервах Антона.

Я молчала.

- Я знаю, ты в Нью-Йорке, - продолжал Кирилл. Его голос был теплый, с едва заметными нотками оптимизма - как обычно. - Как тебе этот город? Помню, ты говорила, что хотела бы побывать здесь.

- Откуда знаешь, что я приехала? - нахмурилась я, вглядываясь в пути и боясь пропустить свой поезд.

- Неважно, Катя. Важно другое, - мягко сказал Кирилл.

- Что? - вздохнула я, понимая, что настроение испорчено.

Так странно...

Раньше Кирилл меня радовал, а теперь раздражает.

Раньше я ждала разговоров с ним, болтала обо всем на свете, смеялась, а теперь думала только о том, как положить трубку.

Я не верила, что нравлюсь ему. Он не смотрел на меня так, как смотрел Антон - даже вполовину. А я не чувствовала и одной сотой от того счастья, которое дарило мне лишь простое прикосновение любимого человека.

- Во-первых, я хочу извиниться за свое поведение, - твердо сказал Кирилл голосом человека, который раскаивается и хочет искупить вину. - А во-вторых, давай встретимся.

- Нет, - тотчас отказалась я, почему-то испугавшись. Что ему опять от меня надо? Дружбы больше нет. К чему встречи?

- Не стоит, Кирилл, - сказала я. - Мы все решили в прошлый раз.

- Это касается Антона, - сказал Кирилл как-то устало. - Ты знаешь, что «На краю» снимают с фестиваля?

Это меня добило.

- Как? - почти прошептала я и не села в поезд, который как раз должен был отвезти меня до нужной станции, всего около которой и располагался музей. Я так и стояла на перроне, не понимая, что происходит.

Если НК не будут выступать на фестивале, к которому столько готовились и на который возлагали такие надежды, Антон, наверное, сойдет с ума. Им нужен этот фест, как воздух.

- Что произошло? - спросила я тотчас.

- Нам надо встретиться, - упрямо повторил Кирилл. - Катя, ты сможешь встретиться сегодня или завтра утром?

- Сегодня, - быстро сказала я, зная, что не смогу выдержать до утра. А по телефону Кирилл мне точно ничего не скажет. - Но для чего?

- Я должен сказать тебе кое-что безумно важное. Знаю, да, что повел тогда себя как козел, напугал тебя, но пойми - я не хотел. Если ты чего-то опасаешься, - явно понял Кирилл мои чувства, - давай встретимся там, где ты будешь чувствовать себя комфортно.

Комфортно я бы чувствовала себя в номере отеля, но туда я его явно приглашать не стану. Скорее всего, надо выбрать какой-то ресторанчик, чтобы быть у всех на виду. Но Кезон же - звезда, и тут его знают отлично. «Лорды» очень популярны в Америке. Значит, нужно выбрать такое место, где внимание обращают не на людей - его перетягивает нечто иное.

- Кать, могу приехать в любое место, - словно прочитал мои мысли Кирилл.

Я, решившись, назвала небоскреб, располагающийся неподалеку от отеля, в котором находилась смотровая площадка - отзывы на это место в Интернете были потрясающими, как и фотографии. Там, над городом, люди должны будут обращать внимание не друг на друга, а на чудесную панораму. По крайней мере, я на это надеялась.

Кирилл согласился, едва услышав, и сказал, что через два часа будет месте.

- Только, пожалуйста, приди, - сказал Кирилл. - Обещаешь, Катя?

- Обещаю, - вздохнула я. - Но это как-то поможет группе Антона?

- Может быть, - дал туманный ответ Кирилл.

Я развернулась и, никуда не поехав, вышла из метро. Прогулялась немного, нервничая и то и дело лихорадочно хватаясь за телефон. Я даже позвонила Антону, чтобы аккуратно спросить, правда ли это, что их сняли с фестиваля, но его мобильник не отвечал, и тогда я набрала Фила.

- Что-то случилось, Катя? - мягко спросил он. Голос у него, как и всегда, был медовым, но я уловила в нем тревогу.

- Извини, что мешаю... Не могу дозвониться до Антона. С ним все в порядке? -спросила я.

- Да, а почему ты спрашиваешь? - удивленно поинтересовался Фил.

- Слышала, что проблемы с выступлением на фестивале, - ответила я.

- Что? - стал голос Фила резким, и я сначала вдруг подумала, что Кирилл обманул меня, как тогда, когда говорил, что никогда не встречался с Антоном. Но все оказалось иначе.