На крыльях (СИ), стр. 128
Он отлично помнил ее лицо: и тонкие длинные светлые ресницы, и крапинки в серо-голубых глазах, и веснушки, которые она пыталась тщательно скрыть. И хотя у него после нее было много женщин, он не забывал ее лицо.
В какой-то момент Арин с быстрого шага перешел на бег и бежал долго, чувствуя, как начал задыхаться и как рвутся мышцы в ногах.
В ушах звучал голос сестры:
«Ты всегда был таким, братик: милым, самоотверженным и тупым. Но как же тогда Олечка, которая спряталась от тебя в Лондоне? Или где она там сейчас? На восточном побережье Штатов... Забыл ее, да? А она тебя помнит и...»
Помнит.
Возможно, Оля ждала, что он найдет ее. Увезет. Спрячет. Защитит.
Возможно, она ждет его до сих пор.
«А она тебя помнит и...»
Слова хлестали по щекам, как руки.
Он тоже ее помнит. Но не знает, где она. И тогда не мог узнать - даже через детектива, которого нанимал.
А потом оставил попытки. У него появилась музыка, которая заменила любовь.
Арин бежал долго, изматывая себя, и вместе с физическим напряжением уходила злость. Наверное, для людей в редких машинах, которые проезжали по трассе, он смотрелся странно, но ему было все равно.
В какой-то момент Арин остановился, согнувшись и упираясь руками в колени, ловя воздух ртом и чувствуя, как горят ноги. Силы были на исходе, но - парадокс! - он чувствовал себя значительно лучше.
Арин дошел до какого-то поселка, расположенного рядом с городом, устроился на пустой остановке, решив дождаться первого автобуса. И много думал, грея руки дыханием.
Утром, перед свадьбой Келлы, он попал к частному детективу - не говоря об этом никому: ни сестре, ни Кею. Тот пообещал найти Ольгу в кратчайшие сроки.
И нашел. Правда, детективу пришлось постараться - Ольга сменила имя и фамилию, однако в этот раз Арину повезло. И он, не особо веря в это, стал обладателем ее адреса - сейчас девушка жила в Лондоне, как и говорила сестра.
Вновь ничего никому не объясняя, Арин купил билет на ближайший рейс из Берлина в Лондон и улетел. Ему казалось, что они должны встретиться. Им стоит хотя бы поговорить. Объясниться. Попрощаться - спустя столько лет.
Если Оля помнит его, как сказала Лина, значит, она ждет. Точно ждет. Возможно, ей важно, чтобы он сам нашел ее. Доказал свою искренность. Тогда, боясь родителей, находясь в стрессовой ситуации, она боялась выйти с ним на связь. А он просто не мог найти ее. И потом бросил это дело.
А она ждала, черт возьми. Ждала!
Арин был реалистом и понимал - невозможно восстановить утраченные связи, хэппи энд в их истории весьма сомнителен, но странное чувство, желание встречи гнали его вперед. Самолет рассекал густые облака, а Арин, сидя в кресле, почему-то вспоминал былые дни, хотя давно уже запретил себе погружаться в прошлое.
Тогда, в школе, когда он сидел за одной партой с Антоном, а Оля - с его сестрой, ему было страшно подойти и признаться в своих чувствах. Смущался до дрожи в коленях. И только благодаря, наверное, Лине, смог преодолеть себя.
Когда они остались с Олей одни в запертой квартире, то сначала сидели порознь - она на диване, вытянув длинные ноги, обтянутые прозрачными тонкими колготками, он - в кресле. Поняв, что самим им не выбраться, а придется ждать кого-то, кто откроет квартиру снаружи, они успокоились и разговорились. Говорили о фильмах, музыке, почему-то - об истории. Стали смеяться и шутить. Оля увидела в его комнате гитару и спросила - умеет ли он играть, и Арин исполнил ей пару песен. Сначала ему отчего-то было неловко, а потом он вдруг как-то внезапно понял, видя восторженные глаза девушки, что ему нравится играть для кого-то, и, наверное, тогда его впервые и стали посещать мысли о том, чтобы заниматься музыкой всерьез. Что бы ни говорили родители, и как бы ни смеялась сестра.
Потом, дожидаясь, когда приедет Лина, они вместе ужинали - Оля сделала бутерброды и какой-то салат. А после, когда за окном уже было темно, пошли смотреть фильм - сначала это была веселая школьная комедия, потом - триллер. Они сидели с ногами на диване, и Арин не знал, как бы дотронуться до ее руки. Поцелуй был пределом его мечтаний.
Тогда он был... невинным? Пожалуй. Глупым мальчишкой. Без грязи в сердце и в мыслях.
Оля поцеловала его сама - он даже не ожидал, что это может случиться и что она так здорово умеет целоваться. Девушка сидела на его коленях, обхватив плечи руками, и целовала неожиданно жадно, требовательно, жарко.
С тех пор они не расставались. Дружили парами. И это было веселое время.
За этими мыслями Арин уснул и вместо ярких цветных снов, которые обычно посещали его, видел длинный бетонный коридор, по которому шел, не понимая, куда идет и зачем, и шел долго, пока вдруг коридор внезапно не закончился и Арин не ступил в пропасть, проваливаясь сквозь облака и летя вниз.
От ощущения падения он и проснулся - самолет попал в зону турбулентности, и их затрясло.
В Хитроу Арин прилетел грязным серым утром. Недавно прошел дождь, было пасмурно, и вокруг стелился предрассветный туман.
Взяв такси, Арин направился к дому, в котором жила Ольга. Казалось, чем больше автомобиль приближался к Лондону, тем туман становился плотнее. Из-за этого город казался призраком. «Лондонский плющ», как говорил Диккенс, вился вокруг зданий, однако постепенно начал таять. В прошлый раз, когда Арин был здесь, Лондон казался солнечным - вопреки стереотипам. А сейчас от него веяло неприветливой меланхолией.
Арин бездумно смотрел на проплывающий за окном город. Он не знал, как пройдет их встреча - мог только догадываться.
Она удивится? Или обрадуется? Выставит его прочь? Заплачет? Обнимет?
Ответа у него не было.
Ольга жила в Хэмпстеде - респектабельном районе Лондона на северо-западе Камдена, не так далеко от Хэмпстед-хита - самого большого лондонского парка, в котором по иронии судьбы как-то однажды Арин гулял вместе с сестрой, когда прилетал к ней во время ее учебы.
Возможно, они могли встретиться.
Возможно, они прошли мимо и не узнали друг друга.
Возможно, он не узнает ее, когда окажется на пороге ее дома.
В Хэмпстеде было много невысоких зданий, тихие чистые улочки - истинно английские, большое количество зелени - но Арину не было дела до местных красот. Хоть сейчас он и выглядел спокойно и сосредоточенно, но в его душе жило волнение.
Дом Ольги ничем не отличался от соседних - точно такой же симпатичный белый особняк с красной крышей, большими окнами и внутренним ухоженным двориком.
Какое-то время Арин просто стоял напротив этого дома, рассматривая его и медля, а потом, когда он уже хотел сделать первый шаг, появилась Ольга. Она вышла из кованных низких ворот, ведя за руку мальчика лет пяти, а следом за ней семенила рыжеволосая женщина.
Арин застыл, разглядывая ее.
Ольга изменилась: некогда длинные волосы стали короткими - теперь она носила модное каре, подчеркивающее овал лица, веснушки совсем исчезли, очки в стильной черной оправе придавали строгость и вместе с тем утонченность образу, вместо любимой раньше короткой юбки на ней были зауженные светлые брюки. Под цвет них - пиджак с закатанными рукавами. На плече висела сумочка - явно брендовая.
Из юной девушки она стала вполне себе взрослой молодой женщиной. Со своим шармом. Но без прежней улыбки.
Арин не мигая смотрел на Ольгу, понимая даже на расстоянии, как сильно она изменилась.
Ему не нужно было подходить к ней, не нужно было звать - она сама заметила его, подходя к черной машине, стоящей около дома. Обернулась, увидела и тотчас узнала. Лицо ее изменилось - всего лишь на миг, но девушка взяла себя в руки.
Ольга быстро сказала что-то рыжеволосой женщине, сопровождающей ее, и та вместе с мальчиком села в машину, которая сразу же тронулась. А Ольга направилась кАрину. По всей улице раздавался стук ее тонких каблуков.
- Арин? - недоверчиво спросила Ольга, глядя на парня. Как она могла его не узнать? Он оставался все таким же: с длинными черными волосами, бледной кожей, спокойным лицом, хладнокровным взглядом зеленых глаз. Правда, стал мужественнее, и лицо стало чуть жестче.