На крыльях (СИ), стр. 127
- Тогда жду тебя, - прошептала Ирэн. Она без труда нашла номер и, открыв его, вошла, не зная, что принадлежит он Филу и Рэну, которые отдали Кею ключ на хранение: Фил уехал на вечернюю экскурсию по городу, а Рэн пошел расслабляться в соседний номер.
Сам Антон направился в свой номер. В коридоре у него зазвонил телефон и он остановился, чтобы ответить - это была Катя.
- Как ты? - тотчас спросил он. И почему-то подумал, что то алое платье хорошо бы подошло его девушке.
- Пока что все так же. Как там дела? - ревниво спросила Катя, знающая о том, что должна была пройти съемка с моделью.
- Все хорошо, детка. Сделали фото.
- Ты ее целовал? - строго спросила Катя.
- Я целую только тебя, - отозвался Кей.
- Я хочу, чтобы ты поцеловал меня прямо сейчас, - закапризничала девушка.
Кей коротко рассмеялся, убирая назад волосы и задерживая руку на затылке.
- А я хочу не только целовать, - сказал он. И больше ничего произнести не успел. К нему стремительной походкой вдруг приблизился Арин и со всей силы ударил Кея по лицу. Ничего не говоря, ничего не объясняя, точным и быстрым ударом. Кей, не успев никак среагировать, выронив телефон, отлетел к стене. На его губе появилась кровь. Однако он почти тут же пришел в себя и бросился на Арина.
Они сцепились.
- С ума сошел?! - закричал Кей, понимая, что сам почти не отдает себе отчет в том, что делает. Ярость в нем разгоралась порою моментально. И ее было сложно остановить.
- Пошел ты, - вновь попытался ударить его Арин, но на этот раз Кей поставил блок. И повалил друга на пол.
- Какого?.. - прорычал ему в лицо Кей.
- Урод, - проговорил хрипло Арин. - Я тебе верил.
И попытался скинуть Кея с себя. Но тот не дал ему этого сделать - стал бить по лицу.
Из соседнего номера вылетели Рэн и несколько парней из технической команды, которые, увидев, что происходит, бросились разнимать Кея и Арина. Удалось им это далеко не сразу - друзья как с ума сошли.
Рэн с трудом удерживал с одним из техников обычно миролюбивого Арина, который рвался в бой - словно был одержим. Кей особым спокойствием тоже не отличался, и его насилу увели в один из номеров. Андрей, выбежавший чуть позднее остальных, с досады чуть не плюнул прямо на ковер в коридоре, но вовремя одумался.
«Вот засранцы, - подумал он, желая по очереди набить морду сначала одному, потом второму. - Говорил же им! Без эксцессов!»
Про мигающую красным глазом камеру в углу никто даже и не подумал.
Арин пришел в себя после того, как Рэн просто-напросто не плеснул ему в лицо ледяной воды. Тогда басист, тяжело дыша, опустился в кресло. Вид у него был безумный - лицо в крови, длинные волосы - спутаны, на лице застыла гримаса боли и ненависти. Арин крайне редко показывал свои истинные эмоции, и видеть их было как-то даже страшно.
- Что случилось, чувак? - спросил Рэн, садясь рядом и протягивая Арину бутылку пива. Тот только головой мотнул - отказался.
- Рассказывай. Что произошло? Что вы не поделили с Кеем?
Арин поднял на Рэна покрасневшие от ярости глаза, в которых все еще вспышками билась ненависть.
- Ну, не хочешь, как хочешь, - сделал глоток из бутылки Рэн. - Остынь. Выпей. Или ты жрать хочешь? У нас пицца есть.
От еды Арин тоже отказался. И от сигарет. Вообще от всего. Просто сидел, приложив к губе лед в пакете, и постепенно отходил от переполнявших его эмоций. А потом, час спустя, просто встал и, ни слова никому в номере не говоря, вышел.
Он прошел по полутемному коридору - время был уже позднее, вызвал лифт и доехал до самого последнего этажа небоскреба, в котором располагался отель.
Арин хотел попасть на крышу.
Сначала он думал, что придется залезать по внешним строительным конструкциям, однако, все оказалось проще - на террасу, расположенную на крыше, вела дверь.
На улице было прохладно. И небо было темное - не видно ни одной звезды, лишь кусок месяца, прячущийся за тонкими рваными облаками. И дул ветер, по-свойски разметая длинные черные волосы в стороны. Арин был в одних джинсах и футболке, и его ладони тотчас озябли, но ему нравилось чувствовать холод.
Кей уже был на крыше.
Он тоже пришел в себя, и стоял у высокого ограждения, накинув на плечи кожаную куртку с шипами и эполетами. Как будто бы чувствовал, что Арин тоже сюда придет.
Нет, он знал, что Арин придет сюда. Они оба слишком хорошо друг друга знали.
Арин остановился неподалеку от Кея, глядя на ночной город, пронизанный цепочками огней - изумрудных и золотых.Где-то цепочка рвалась и рассыпалась на белые бусины искр, сияющих в черноте.
- Что случилось? - спросил Кей.
- Я узнал, что мой друг - урод, - совершенно спокойным голосом сказал Арин.
- И как ты сделал такие выводы? - поинтересовался Кей.
- Ольга, - произнес всего одно слово Арин, и Кей резко к нему повернулся. - Мой друг знал про нее. И ничего не говорил.
- Узнал? - спросил светловолосый музыкант отрывисто.
- Узнал, - согласился Арин.
- Как?
- Какая разница? Само пришло. Видимо, - усмехнулся Арин, - подошло время. Для правды.
- Поэтому и улетел? - спросил Кей, пытаясь понять, когда это произошло. В последнее время, после того, как они вернулись со свадьбы Синего, с Арином что-то произошло, но что, Кей понять долго не мог. Потом Арин в один момент сорвался и улетел. А сегодня вернулся и дал ему по морде.
Теперь понятно, почему.
- Ты встречался с ней, - не спрашивал, а скорее утверждал Кей.
- Да.
- И как все прошло? Расскажи уроду-другу.
Арин пожал плечами. Он достал сигарету и закурил, выпуская в темную ночь клубы белого терпкого дыма.
- Тут высоко. Город как на ладони.
Кей нахмурился, глядя на друга.
- Устал падать, - сообщил тот, задумчиво коснувшись разбитой скулы. На лице его был отек от ударов - лед не особо помог. Но глаза оставались спокойными, хоть и уставшими.
35
После того как в порыве гнева Алина рассказала ему про Ольгу, Арин пришел в бешенство. И просто покинул дом близнецов, чтобы дать себе время остыть и банально не ударить сестру. Тогда он еще не знал, что и лучший друг был в курсе происходящего.
Арин, ничего не замечая из-за гнева, сел за руль, но, тотчас врезавшись в стоящую рядом машину, понял, что не сможет вести, а потому вышел из автомобиля и пешком пошел прочь. Он покинул поселок, не ощущая на себе удивленные взгляды охраны, и зашагал вдоль пустой темной трассы, чувствуя, как внутри все плавится от праведного гнева.
Арин умел сдерживать себя. Почти всегда он умело держал свои эмоции под контролем, четко осознавая это и разрешая им вырываться наружу лишь во время концертов, когда из спокойного парня порою превращался в настоящего психа: прыгал в толпу фанатов, хэдбенил[1] по полной, разбивал гитары - позволял своему внутреннему черному демону неистовствовать, наслаждаться агрессией, драйвом и упиваться громкими криками и восхищенными взглядами людей, зачарованных музыкой. И после концертов Арин не сразу приходил в себя, слабо ощущая грань между обычной жизнью и сценой. Иногда он вел себя как животное -позволял себе такие вещи, на которые бы решились далеко не все. Но когда приходил в себя, когда становился самим собой, никогда не чувствовал стыда или угрызений совести - знал, что ему необходимы такие разрядки.
Музыка стала его частью, бежала по его венам, билась в груди вместо сердца.
Но все это было на концертах, а тогда, в ту ночь, Арин понимал, что не может сдерживать себя в обычной жизни. Он шел по обочине, сжимая кулаки и с трудом подавляя крик, рвущийся из горла наружу.
Ольга. Девочка из прошлого. Славная, светлая - как чистый снег. Ушедшая, как теплая весна.
Ольга давно стала его забытой мечтой. Чистым островом в океане грязи и нот, к которому он время от времени приплывал, чтобы набраться сил. Если бы не его неосторожность, они бы до сих пор были вместе. Как знать.