Настоящее счастье (СИ), стр. 25
— Хорошо, папа, мы останемся еще ненадолго. Извини, я не подумала, что у тебя и на вечеринке дела.
— Отлично, что хоть немного умных мыслей у тебя еще есть.
Пришлось, скрепя сердце, возвращаться в общество трех восторженных дур. Владислава с упырихой, конечно же, уже не было в банкетном зале. Зачем-то Елизавета взяла бокал с шампанским, хотя никогда не любила этот напиток, и отправилась бродить по коттеджу. Нашлись эти двое в коридоре на третьем этаже. Стояли и целовались. Ее не увидели, и сама девушка поспешно отступила в тень, за угол.
— Стемнеет, я тебе покажу, какое здесь небо.
— Вла-а-ад, я же не планировала ночевать у вас…
— Ничего страшного. Позвоним твоей маме, отпросим тебя. Честью поклянусь, что не трону! — в голосе Влада проскальзывала смешинка.
— Хорошо, мой рыцарь.
Елизавета заскрипела зубами. Рыцарь… да что эта бледная мышь о себе возомнила вообще? Подслушивать больше было нечего, если только ты не любитель звуков поцелуев. Да и тех… было практически неслышно, целовались эти двое тихо. Она поспешила вернуться на первый этаж. Нет, определенно, надо сделать что-нибудь. Конечно, хотелось что-то такое, чтобы после Влад даже посмотреть в сторону «невесты» не смог.
«Я подумаю над этим дома, — решила Елизавета, — никто не должен будет связать меня и то, что будет. Придется раскошелиться и нанять… кого-нибудь».
Оставалось только решить, на что именно.
***
Маму удалось уговорить только с помощью Ольги. Та клятвенно заверила, что чести «милой Сашеньки» ничего не угрожает, и она лично проследит за этим. Так что, когда разъехалась основная часть гостей, и остались только зарубежные партнеры Леонида и их спутники, молодежи предложили переодеться и прогуляться по саду. А взрослые, по давно уже установившейся привычке, первое время пугавшей и вгонявшей в ступор иностранцев, отбросив светский этикет, отправились к берегу местного озера — жарить шашлыки и обсуждать дела уже в более приватной обстановке. Или не дела — кто их знает, этих мужчин! Дамы предпочли остаться в обществе хозяйки дома и обсуждать любимые женские темы. Вот там-то Ольга и отвела душу, рассказывая о таланте будущей невестки, о планах и прочем.
— Вам очень повезло, — решили все.
— О, да, такое сокровище не каждый день можно разглядеть, — соловьем разливалась Ольга. — Сашенька очень скромная девочка. Очень. Поразительно воспитанная, вежливая, трудолюбивая. Талантище!
— Где бы такую девушку найти в наше время.
В общем и целом, почва была вспахана и отчасти засеяна. Теперь Сашу воспримут с благожелательностью все присутствующие дамы. Был прорекламирован концерт, можно ждать, что на него через две недели явится не только местная администрация, но и сливки общества. Да и в Лондоне ее тоже будут ожидать с нетерпением, что немаловажно.
Раз уж сын готов на любой шаг, лишь бы рядом с ним оказалась эта девочка, а связи позволяют, почему бы и не отправить Сашу учиться в Англию. Конечно, ей, как и Владу, придется отучиться еще год в международном колледже перед поступлением в университет. Ольга приняла выбор сына с некоторым сомнением, но здраво рассудила, что у Влада, видимо, есть какие-то основания для этого. За тот месяц, что она внимательнейше присматривалась к Саше, никаких поводов для отказа сыну поступать так, как сочтет нужным, она не нашла, все ее похвалы девушке были искренни процентов на восемьдесят пять, остальное было чистой рекламой. К тому же, выбор сына одобрил и Леонид. Значит, все последствия за счет Влада и Саши. Мужу Ольга доверяла: он умел видеть людей насквозь, куда там рентгену. Вот ведь и с тем неудавшимся ее протеже предупреждал, что так и будет, а она не послушалась. Теперь, наученная горьким опытом, женщина прислушивалась к мужу и его оценкам.
Кстати, а куда это подевались дети? Она не думала, что восемнадцатилетие вскружит голову сыну, но вот колечко на пальчике могло толкнуть Сашу… на рискованные поступки.
— Леди, я оставлю вас ненадолго.
В доме младшего поколения не было, а бегать по саду на каблуках… то еще удовольствие. Ольга переобулась в легкие кеды, не снимая платья, подобрала подол и выбралась из дома, стараясь идти бесшумно.
— А ты ее привезла? Ну, Сашка, ты даешь.
Смешок девушки, просьбы еще двух девичьих голосов.
— Владичек, принесешь? Наверное, она в машине осталась.
— Сию секунду, моя принцесса.
— И ты сыграешь, вот здорово!
— Сыграю, конечно. Раз уж пообещала.
Мимо затаившейся за кустами сирени Ольги промчался Влад, через несколько минут вернулся с футляром, торжественно опустился на одно колено в беседке:
— Моя принцесса, ваше сокровище.
— Благодарю, мой рыцарь.
В который раз Ольга просто мгновенно потерялась в музыке, стоило только запеть скрипке. Это было какое-то наваждение, колдовство: ей хотелось смеяться и плакать, повинуясь мелодии, танцевать и замереть, глядя в бездонное небо, молиться или просто растворяться в звуках. Вместе с ней музыку слушали все остальные, затаив дыхание, созерцая каждый свои видения. Тихо пришли от озера мужчины, побросав все дела и разговоры, выбрались из дома дамы, не обращая внимания на каблуки, застревающие в стыках плитки дорожек и цепляющиеся за кусты подолы. Обслуга и водители собрались тоже. На полчаса люди выпали из мира куда-то в иное измерение.
— Она и вправду волшебница, — сказал кто-то.
— Как прекрасно, она должна играть на мировых сценах, почему она все еще здесь?
— Учебный год не закончился, девочка идет на медаль, — тихо ответила Ольга. — Очень целеустремленная.
— Но потом? Она ведь будет давать концерты по всему миру?
— О, несомненно. Я лично этим займусь.
Музыка стихла на последней щемящей ноте. Сашу вознаградили аплодисментами. Влад огляделся, хмыкнул, припомнив легенду о Крысолове. Кажется, скрипка Саши обладала похожим воздействием.
— Спасибо, большое спасибо, — Эль раскланялась, немного смутившись того, что на ней сейчас были домашние Ольгины джинсы и Владова клетчатая рубашка, а не вечернее платье.
Обслуга поспешила разойтись, гости тоже вспомнили о делах и разговорах.
— Очаровываешь всех, — улыбнулся Влад.
— Не виноватая я, оно само, — рассмеялась Эль.
Скрипку спрятали в футляр, молодежь еще посидела немного, пока девушки как-то разом не раззевались, прикрываясь ладошками.
— Так, думаю, всем пора спать.
Многие решили переночевать и разъехаться уже с утра, так что оставалось только развести по спальням тех, кто еще был в коттедже. Влад проводил Сашу в гостевую спальню рядом со своей. Поцеловал на сон грядущий, хотя сам совершенно не ощущал усталости, только нервное перевозбуждение от мысли, что сегодня ночует под одной крышей с той, которая теперь стала его невестой. Подумать только — невестой! Никогда раньше он не думал, что появится кто-то, кого захочется носить на руках, называть любимой и терпеливо ждать, когда позволят что-то большее, нежели поцелуи и невинные ласки. И они уже спят в соседних комнатах, а скоро, может быть, будут и в одной постели.
Для «вдохновения» перед сном ему хватило воспоминания о том, как принес Сашке свою рубашку. Он все-таки увидел ее в том восхитительном полупрозрачном белье. Жаль, что только увидел. Ничего, подарит еще не один комплект, а там и снимет, своими руками, медленно, лаская каждый сантиметр светлой, сливочной кожи. Засыпал он, счастливо улыбаясь подушке.
***
Время-время-время! Как же его не хватало! А еще тишины. Эль никогда не думала, что будет волноваться о сдаче экзаменов так, как волновалась сейчас. Она отыграла концерт в рамках Платоновского фестиваля и с головой нырнула в подготовку к ЕГЭ. Свадьба матери и Сергея прошла тихо, почти незаметно, но вот то, что в доме появился мужчина, стало явным почти сразу. Перестали скрипеть и отвисать дверцы шкафов, потом и вовсе исчезли продавленные диваны из зала и материной комнаты, появились широкая нескрипучая кровать и замечательный уютный монстр-диван приятного кофейного цвета мягкой плюшевой шкуры в зале, пропал потертый ковер, отполировали паркет, поставили шкаф-купе, сменили люстры… Все это проходило фоном, приятным, радующим, но не цепляющим.