Нет права жить, нет права умирать (СИ), стр. 55

– Здравствуйте, Пал Палыч, – улыбнулась я, всё ещё чувствуя, как Королёв буравит меня своим взглядом. Тот почесал свою лысину, пытаясь вспомнить, кто перед ним, но его отвлёкла наш завуч, что бежала навстречу.

– Палыч, это срочно! Кого-то надо отправлять на открытие.

– Какое ещё открытие? Ты о чём, Оксана? – на ходу ответил ей наш директор.

– Вы что, забыли? Нас ждут через час в центре культуры. Открытие выставки! И просили прихватить кого-то из учеников респектабельного вида.

Думаю, на такие мероприятия директор обычно брал Каткову, что любила светиться везде и всюду. Но в тот момент её рядом не оказалось. И первой, кто попал в ракурс его зрения, стала я.

– Пойдёт? – спросил он, указывая на меня. Я хотела сбежать, но было уже поздно. – Стой, а ты кто вообще?

– Симкина. Симкина Карина. 11 «А».

Он прищурился, потом удивлённо приподнял бровь, рассматривая меня.

– Едешь с нами.

– Зачем? – я нервно сглотнула.

– Какая тебе разница. Просто рядом постоишь. Ленту разрежем и обратно.

– Ладно. Мне как скажете, – я пожала плечами. – Сумку только прихвачу.

Я гордо проследовала в класс, прихватив свои вещи. Взгляды наших мальчишек обратились в мою сторону, вызвав некую обескураженность Королёва, что не сводил с меня глаз. Мне даже не нужно было смотреть в его сторону, чтобы понять это. Потом вышла, не забыв непринуждённо поправить причёску. Пал Палыч ждал меня в коридоре.

– Давай быстрее, Симкина, уже опаздываем. Как же я мог забыть про открытие выставки, – сетовал он на ходу. Я уже слыхала, что недавно он балатируется в депутаты нашего округа, и видно та встреча была действительно важна для него, но в круговороте всех его навалившихся проблем он просто забыл о ней.

Водителя у него не было, ведь пока он ещё не дорос до того уровня, поэтому он быстро затолкал на заднее сиденье меня и Оксану Витальевну, своего заместителя по воспитательной работе. И мы быстро выехали из школьных ворот, взяв направление к единственному в городе дворцу культуры, где и намечалась некая важная для него выставка.

Народа собралось для нашего городишки немало. Кажется, там были представители из многих учебных заведений. И администрация города, а также представители местной газеты, что слонялись из угла в угол, настраивая свои фотоаппараты. Выставка была посвящена юбилею города, и на многочисленных стендах красовались старые и новые фотографии, собранные за долгие годы. Мы быстро прошли в центр, я еле успевала за ними на каблуках, а ноги с непривычки начали гудеть. И я уже думала, что лучше бы осталась в школе, но поделать ничего уже не могла. Телефон тревожно завибрировал в сумке, но я находилась под пристальными взглядами руководства нашей школы. Я вздохнула и сбросила, решив перезвонить, когда мы выйдем.

Наконец-то все собравшиеся замолчали, а в центр зала, глее уже натянули красную атласную ленту, вышел высокий худой мужчина с сединой на висках, который начал свою речь. Я не слушала его, думала о своём. Мне было непривычно находиться в людном месте, но я старалась не подать даже вида, что мне что-то мешает. Я улыбалась всем, чьи взгляды ловила на себе, и мне вдруг стало всё равно, что будет дальше.

А дальше было то, что я и предполагала. Когда речь завершилась, в центр к ленте вышел наш Пал Палыч, который сказал несколько приветственных слов собравшихся, и объявил о том, что выставка объявляется открытой, после чего вместе со мной перерезал ножницами красную ленту. Она упала мне под ноги, будто в тумане. Я приветливо улыбнулась, скорее на автопилоте, потому как мысли всё время возвращались к тому, что мне нечего здесь делать. Сквозь пелену, застилавшую глаза, я увидела, что вокруг несколько раз моргнули вспышки фотоаппаратов. А Пал Палыч, взяв меня под руку, вернулся обратно, к Оксане Витальевне. Раздались аплодисменты, от которых я хотела бежать, словно от огня. Всё это казалось хуже того, что происходило со мной в лабиринте в самом начале нашего пути.

– Вот и всё, Симкина. Чего ты испугалась?

– Ничего. Я не испугалась, – проговорила я, отходя в сторону.

– Надо было взять дочь Каткова, – услышала я голос Витальевны. – Обычно она участвует в таких мероприятиях.

– А где же она была? Надо было бегать и искать её по всей школе? Да, Оксана Витальевна, прошу впредь напоминать мне о таких вещах заранее. А тем более, не сказали, кого брать конкретно. А что, Симкина смотрелась не хуже.

Я глупо улыбнулась, услышав слова Пал Палыча. То, что я смотрелась не хуже Катковой, было конечно хорошо. Но я вдруг поняла, что этот случай зацепит её самолюбие. Вот только чем это обернётся для меня?

Мы вернулись в школу ещё до окончания уроков, но я ни с кем не разговаривала. Лишь в конце ко мне подошла одна тихая скромница, тихая троешница нашего класса, Варя, которая смущённо попросила меня помочь ей с заданием по истории, где нужно было написать ответы на вопросы, не входящие в программу нашего учебника. Я смерила её холодным взглядом, н обещала помочь. Эти всё и закончилось.

Стас заехал скоро, он уже ждал меня у ворот, когда я вышла. И всё время казалось, что меня преследуют чьи-то взгляды. Но это были лишь мои опасения. Я спряталась в его машине, словно в танке. Укрылась от всего мира и этой реальности. Я сидела, словно отрешённая, наблюдая как Стас что-то щёлкает на своей панели. Наконец-то он поднял голову, глядя на меня:

– Как прошла вылазка?

Я дёрнулась, будто испугавшись чего-то, и перед глазами возникла та красная лента, падающая под ноги.

– На выставку пришлось ехать, с директором.

– Палычем?

– Ты его знаешь?

– Я же учился в твоей школе. Это и моя школа тоже. Да и потом встречались не раз.

– Ясно. Боюсь, Каткова не переживёт, что взяли не её.

– Это хорошо. Пусть это её заденет. Это сыграет нам на руку, – он улыбнулся, и мы тронулись с места.

Возможно, кто-то и наблюдал за мной в тот момент, но мне было всё равно, что обо мне подумают остальные, в частности Никита. Мы проехали несколько кварталов, когда Стас вдруг что-то вспомнил, резко взяв вправо. Мы остановились у магазина.

– Ты со мной?

– Зачем? – не поняла я.

– За компанию.

– Я пожалуй тут прогуляюсь, – буркнула я в ответ.

– Может ключи от машины оставить? Я не хотел бы оставлять тебя одну.

– Не надо, я же с телефоном, – мой взгляд вдруг упал на вывеску зоомагазина, куда я заходила иногда, просто посмотреть. Женщина, что работала там, знала меня давно, и была довольно милой. – Туда зайду, хорошо?

– Давай. Я скоро, – он щёлкнул сигнализацией, и мы временно разошлись в разные стороны.

За прилавком что-то искала коротко стриженая женщина в очках. Это была всё та же, с которой мы иногда беседовали летом, когда я бесцельно бродя по городу, заходила в магазин просто поглазеть, или же возвращалась из библиотеки, что находилась рядом. Она поднялась, рассматривая меня, а потом вдруг узнала.

– Какие люди! – восторженно произнесла она. – Давненько не забегала. Отлично выглядишь!

– Спасибо. Да как-то некогда было. Школа, – я махнула рукой.

– Понятненько. Смотри, кого нам привезли, – она указала в дальний угол магазина, где стоял пустой аквариум, переоборудованный под террариум. – Я к нему и подходить то боюсь.

Я подняла голову, рассматривая то, что она мне показала. Сначала мне показалось, что аквариум пуст, но когда я подошла ближе, то мой взгляд упал на существо, которое находилось там. Это был огромный паук, увидев которого ещё пару месяцев назад. Его шесть чёрных глаз уставились на меня, и он пошевелился, повернувшись ко мне. Я не могла отвести от него своих глаз. Он подполз к стеклу так близко, что я могла рассмотреть каждую шерстинку на его тельце.

– Странно, обычно в углу сидит, – отозвалась продавщица. – Ну и страшилище. Боюсь даже руку к нему засунуть.

Я смолчала, вспомнив, что сама недавно боялась этих существ до смерти, но сегодня я не почувствовала этого страха. Напротив, мне хотелось погладить его мохнатые лапки и подержать его в руках. И я вдруг поняла, на кого он похож. Он был словно маленькая копия Свороша из моих снов. Того самого, разумного паука-гиганта, что обладал странной магией перемещения.