Прощай, чужая земля (СИ), стр. 19

Омрачала её только абсолютная холодность Грегори. Она тоже была знакомой до боли. Дэниэл почти видел, как под белой кожей скул проносятся желваки, когда Грегори сцепляет зубы – и это тоже было именно то, что было всегда.

Дэниэл не задавал вопросов. Он чувствовал, что это бесполезно. Так что всю дорогу в оперу они молчали и так же молча шли по её кулуарам – соприкасаясь плечом к плечу.

По мере того, как на сцене разворачивалось действие античной драмы – Грегори выбрал «Электру» Штрауса и сто раз успел пожалеть, что предпочёл её «Королю Артуру», - Дэниэл видел, как всё напряжённее становится его лицо. Когда они покинули зал, и Грегори попытался поймать машину, он оставался всё так же напряжён. Впрочем, теперь Дэниэл эти чувства вполне разделял.

Он поймал руку Грегори и заставил того перестать голосовать.

- Пройдёмся, - попросил он.

Грегори кивнул, и они неторопливо двинулись по пустым уже улицам, освещённым праздничными огнями.

- Тебе понравилось? – спросил Грегори, и в голосе его едва заметно скользила нерешительность.

- Не знаю, - ответил Даниэл и поймал его за локоть, опасаясь, что тот исчезнет в один миг навсегда. – Я понимаю её.

Грегори кивнул и на секунду закрыл глаза.

- Я не хотел расстраивать тебя, - сказал он.

Дэниэл покачал головой.

- Мне очень понравился вечер. И то, что ты был рядом со мной.

Грегори слабо улыбнулся.

«Хотя бы это тебе нравилось всегда», – пронеслось у него в голове. Он накрыл заледеневшую руку Дэниэла, лежавшую на его собственном локте, своей рукой и остановился.

Дэниэл тоже встал и повернулся к нему лицом.

- Мне понравилась и музыка, - сказал он и сделал малюсенький шажок вперёд.

- Я надеялся, что это будет так.

Дэниэл улыбнулся и кивнул.

- Не совсем то, что я люблю, но очень красиво. И теперь я буду знать, что существует и такая красота.

Грегори утвердительно кивнул. Он не сомневался, что сердце Данстана всегда будет принадлежать тем краям, где он родился много лет назад. Но те времена минули, а тех мест давно уже не было на карте. Даже если бы они хотели вернуться туда – всё равно не смогли бы никогда. Сам он научился любить этот мир – но у него всегда было, что любить. И теперь Грегори хотел поделиться с Данстаном тем, что успел полюбить.

Он не заметил, как лицо его медленно сблизилось с лицом Данстана, потому что не отрываясь смотрел в затягивающие, как два водоворота, серо-зелёные глаза. Очнулся лишь тогда, когда понял, что целует его – медленно, наслаждаясь каждой секундой, но всё равно жадно, как будто в последний раз.

- Ты никогда не говорил, что любишь меня, - прошептал Дэниэл, когда так же неторопливо они разорвали поцелуй. Грегори не ответил ничего – сам поймал его локоть и, снова развернувшись лицом вперёд, неторопливо двинулся в сторону гостиницы.

Вторым обязательным пунктом программы был Императорский бал – и он стоил Грегу куда меньших усилий, потому что приглашения семье Вьепон приходили каждый год. Отец, как правило, ездил на бал сам – хотя дважды всё-таки брал сына с собой. Это была своего рода часть вхождения в аристократическую среду. В то же время кто-то должен был представлять семью в Вене раз в год, и эту привилегию Вьепон старший уступил Грегори с радостью, если не сказать с гордостью – сам он от неё давно уже устал.

Здесь не могло быть ошибок, связанных с выбором репертуара, а то, что Дэниэл питает симпатию к классике, во многом гарантировало выходу успех.

Для этого вечера были оставлены два фрака, и перед самым выходом Грегори долго завязывал на Дэниэле бабочку – делать это на ком-то другом было совсем не так, как на себе, а Дэниэл делать этого не умел.

- Мне кажется, это не моё, - сообщил Дэниэл, разглядывая себя в зеркале со всех сторон.

- Придётся один вечер потерпеть, - равнодушно сообщил Грег. Он, в общем-то, с Дэниэлом был согласен – это было не его. Его острую и хрупкую красоту подчёркивали вещи пронзительные, режущие глаз. Но в целом он всё равно выглядел хорошо.

Сам же бал Дэниэлу понравился – Грегори, весь вечер придерживавший его за руку, заметил блеск в его глазах и лёгкий румянец на щеках. Правда, здесь мужская пара привлекала куда больше внимания, чем в опере – несколько раз девушки пытались обратить на себя их внимание, а дважды их даже приглашали на белый танец – Грегори на венский, а Дэниэла на аргентинский вальс. Грегори согласился, но позже пожалел об этом, так как Дэниэл своей партнёрше отказал.

- Я вообще не умею танцевать, - признался он.

- Хочешь, научу? – Грегори не сдержал улыбки. Такое ему даже в голову не пришло.

- Здесь? – Дэниэл поднял бровь.

- Почему нет? – Грегори поймал его за руку и потянул на открытое пространство, где было не так много танцующих, но Дэниэл не поддался и с той же силой потянул Грега на себя.

- Нет, - он чуть заметно провёл по щеке Грегори рукой.

- Боишься? – спросил Грег, всё так же продолжая улыбаться.

- Мне всё равно. А вот тебе, судя по всему, стоит за собой следить.

- Мне плевать, кто и что решит.

Дэниэл рассмеялся.

- Поэтому и… - что поэтому, он не знал. Иногда узнавание находило на него с такой силой, что лицо Грега будто бы становилось в пазы, существовавшие в его голове. Он был уверен, что уже видел эту улыбку и слышал эти слова, но по-прежнему не мог понять, где и когда.

«Во сне», - отвечал он сам себе, но это объяснение подходило тем меньше, чем дольше Грег находился рядом с ним.

Грег, очевидно, собирался продолжить уговоры, но сказать ничего не успел, потому что одна пара танцующих отделилась и с улыбками направилась к ним.

Грегори тут же стал серьёзным. Встал рядом с Дэниэлом и чуть приобнял его за поясницу, показывая, что тот с ним.

- Грегори, - мужчина легко поклонился, и Грегори повторил его жест, - не ожидал, что ты приедешь в этом году.

- Мне так захотелось, - Грегори широко и зло улыбнулся, но Дэниэл почувствовал, как с силой сжались пальцы на его боку, будто в поисках поддержки.

- Кто удостоился чести быть рядом с тобой? – мужчина приподнял бровь.

Пальцы Грегори сжались ещё сильней.

- Моего спутника зовут Дэниэл, - сухо сказал он, и от внимания Дэниэла не укрылось, что Грегори избежал необходимости называть фамилию, - Дэниэл, это Колин МакФарлайн.

Дэниэл поклонился движением, пришедшим откуда-то из глубины памяти, и Колин повторил поклон.

- Не ожидал, что ты будешь настолько смел, - Колин наконец отвёл взгляд от Дэниэла и теперь уставился на Грегори с лёгкой насмешкой.

- А ты не хочешь представить, кто с тобой? – Грегори убрал руку от спины Дэниэла, будто приготовившись перейти в атаку.

Колин сделал инстинктивный шаг назад, кинул короткий взгляд на спутницу.

- Каталина, - представил он, - Каталина, это Грегори Вьепон.

Дэниэл вздрогнул и невольно перевёл на Грегори взгляд.

- Твой отец знает, что ты решил немного разнообразить свою жизнь? – поинтересовался Грегори тем временем.

Колин отступил ещё на шаг назад.

- Нам уже нужно идти, - сказал он, - приятно было повидаться. Каталина, идём.

Грегори, прищурившись, следил как Колин снова сливается с толпой.

- Я хочу выпить, - сказал он, когда те отошли достаточно далеко, - что тебе взять?

- Всё равно, - Дэниэл молча наблюдал, как Грегори перехватывает официанта с шампанским, принял из его рук бокал и так же беззвучно стал покручивать его в руках, в то время как Грегори залпом выпил свой.

- Не очень приятная встреча, - сказал он, пристроил бокал на поднос к уже другому официанту и тут же взял ещё один, но этот уже пить не стал.

- Ты справишься, - ответил Дэниэл рассеянно. Какое-то время он старательно не смотрел на спутника, делая вид, что разглядывает зал, а затем понял, что всё равно не выдержит, повернулся к Грегу и спросил: - Грег, почему ты мне не сказал?

- Что? – Грегори, который почти уже коснулся губами краешка бокала, замер и медленно опустил руку.