Золотой Бог. Дилогия (СИ), стр. 89

– Что-нибудь нашел? – тревожно спросил Филипп.

– Кажется, да. Но радоваться рано. Я в штаб «неотмеченных». Нужно кое-что проверить.

– Позволь, я помогу!

– Нет, я не могу так рисковать. Если Баренцев заметит, что я действую не один, он может избавиться от Лизы.

– Что же делать мне? – растерялся Филипп. – Я не могу просто сидеть и ждать.

– А другого не остается, – вздохнул Арнорд. – Не стоит исключать возможности слежки.

– Думаешь, у них все еще есть люди-агенты?

– Не сомневаюсь в этом, – угрюмо заметил он.

– Ты ведь спасешь ее? – в глазах Филиппа плескалось беспокойство.

– Я сделаю все возможное, – Арнорд ободряюще сжал его плечо. – Мне пора.

Добежав до резиденции «неотмеченных», Арнорд решительно направился прямо к Верховскому. Тот как раз проводил совещание в своем кабинете, но при виде него умолк на полуслове. Арнорд глухо проговорил:

– Можно тебя на минутку?

Верховский тут же сделал знак присутствующим покинуть кабинет. Те поспешно сорвались с мест, обеспокоенно поглядывая на Арнорда. Оставшись с главой «неотмеченных» наедине, Золотой Бог подошел ближе и напряженно сказал:

– Обещай не задавать вопросов и не пытаться выяснить подробности.

– Что случилось? – пристально глядя на него, спросил Верховский.

– Я же просил.

– Ладно. Чем я могу помочь?

– Нужен вертолет. Управлять я им буду сам. Никого задействовать не нужно.

Верховский помолчал, барабаня пальцами по столешнице, затем кивнул.

– Ладно. Но потом ты мне все объяснишь.

– Конечно, – облегченно вздохнул Арнорд.

Верховский пододвинул лист бумаги и быстро написал что-то, протянул Арнорду.

– Это официальное разрешение. Покажешь его, и тебе разрешат взять вертолет.

– Спасибо.

Арнорд схватил бумагу и бросился к двери.

– Я точно не могу помочь? – донесся до него голос Верховского.

– Ты уже помог, – не оглядываясь, бросил Арнорд и выскочил наружу.

Начать поиски он решил с объектов, находящихся ближе. Арнорду оставалось лишь надеяться, что ему повезет, и он успеет.

Глава 15

Говорить не хотелось, Лиза могла думать только о том, что могут с ней сделать. Армелия уже не пыталась отвлечь, только грустно смотрела не нее огромными голубыми глазами. Время здесь тянулось томительно медленно, Лиза не могла с уверенностью сказать, прошли минуты или часы. Один раз появился полукровка с подносом. Выставил на столик у кровати Армелии две железные миски с отвратительно-пахнущей бурдой, бутылку с водой и несколько кусочков хлеба. Лиза даже не пыталась его о чем-то спрашивать – понимала, что это ничего не даст. Наверняка, он получил приказ не вступать с ними в разговоры.

Армелия сделала приглашающий жест и сама придвинулась к столику. Лиза села на ее кровать и зачерпнула из миски, стоящей ближе к ней, ложку бледно-желтой жидкости. На вид такой же отвратительной, как и по запаху. Как ни была голодна, не могла заставить себя проглотить хоть ложку. Армелия же уминала за обе щеки, жадно кусая черный хлеб. Заметив, что Лиза не ест, она вопросительно изогнула брови.

– Что-нибудь не так?

– Как ты можешь это есть? – поморщилась Лиза. – Наверняка, гадость.

– Я привыкла, – отрезала Армелия. – Пожила бы с мое в обществе одних вардоков, была бы и этому рада. Думаешь, здесь много еды для людей? Даже представлять не хочу, из чего варили эту похлебку. Но если хотим выжить, не стоит перебирать. Ешь.

Лиза колебалась, с отвращением глядя на коричневые куски непонятно чего, плавающие в супе.

– Извини, если я съем это, меня вырвет.

– Зря. Силы тебе потребуются, – пожала плечами Армелия. – Точно не будешь?

Она с вожделением взглянула на миску, в которой вяло водила ложкой Лиза.

– Хочешь? – Лиза поспешно придвинула суп к ней ближе.

Армелия не заставила себя упрашивать и набросилась на еду.

– Иногда меня кормили раз в несколько дней, – угрюмо буркнула она, искоса глянув на Лизу. – За эти ужасные недели я поняла, что на самом деле значит голод. Когда еда тебе даже снится. Вспоминаешь, какой переборчивой была раньше, сколько продуктов просто так выбрасывала. А диеты, на которых постоянно сидела… – Армелия хрипло расхохоталась. – Идиотка. Все мы не ценим то, что у нас есть, пока не станет слишком поздно.

Лиза смотрела на нее, не узнавая. Все больше она понимала, насколько сильно изменилась подруга. Словно другой человек. В сущности, она не знала эту Армелию, похожую на дикого зверя. В ней остались одни инстинкты – выжить любой ценой. Как далеко подруга могла бы зайти ради этого? Лизе не хотелось углубляться в эти мысли. Она снова пересела на свою кровать и легла лицом к стене. Слышала за спиной чмокающие утробные звуки и пыталась отгородиться от этого. Неужели, и она станет такой? Сколько еще сможет сохранять чувство собственного достоинства, пока не превратится в затравленную добычу? Арнорд, где же он? Поскорей бы нашел ее, увез отсюда. По спине пробежал холодок. А что, если все это подстроено? Да, он найдет, но сам окажется в ловушке? Гелаэлла столько искала его, чтобы теперь упустить, когда появился такой шанс? Жаль, что она не может, как Арнорд, читать чужие мысли. Как же хотелось понять, что на самом деле нужно Гелаэлле. Можно только догадываться, какие страсти обуревают эту внешне бесстрастную, похожую на мраморную статую, вардонку…

***

Передовой отряд оллинов быстро оцепил территорию замка клана Нианей. Захватчикам даже не пытались оказать сопротивление. Да и кто мог бы это сделать? Все способные сражаться мужчины погибли в решающей битве, в поселении остались только женщины, дети и крунилы. А для последних не имело значение, кто станет новыми хозяевами. Гелаэлла делала все, чтобы в замке не началась паника. Она четко и уверенно отдавала распоряжения, чтобы готовили торжественный обед, приводили в порядок комнаты. Гелаэлла понятия не имела, чем могут питаться оллины, поэтому велела выставить и кровь, и пищу, которую употребляли крунилы. Может, что-то и подойдет. Даже если нет, оллины должны видеть, что их встречают смиренно и покорно, со всеми возможными почестями. Это единственный шанс на спасение.

Кида, которая раньше подчинялась только матери, теперь заглядывала Гелаэлле в рот и подобострастно ожидала распоряжений. Не нужно было включать эмпатию, чтобы понять – страх захлестывал вардонку с головой. Они все боялись. Невольно искали защиты рядом с ее притворной уверенностью. Если бы и принцесса проявила слабость, они бы окончательно сломались. Кто знает, каких бы глупостей наделали? Попытались бежать, вызвав гнев оллинов, или даже сражаться, как загнанные в ловушку звери. Сцепив зубы, Гелаэлла удерживала на лице бесстрастную маску. Долгие годы она училась прятать за ней то, что на самом деле чувствует. Теперь это пригодилось, как никогда. Но других обмануть можно, а вот себя… Холодный липкий страх заползал в самые укромные уголки души, мучил сомнениями. А что, если оллины все равно их убьют? И все окажется напрасным. Ее бравада, надежды таяли с каждой секундой, пока за замковыми стенами бряцали шпорами сапог захватчики, устанавливая новые порядки.

Пока они никого не убивали, видимо, ожидая, когда высадится командование. Дежурившая у окна Кида докладывала о каждом их шаге. В замок пока тоже не пытались вторгаться, ограничившись окружающей территорией. Тревога почти ощутимо накалялась. Гелаэлле все труднее становилось сдерживать панику слуг. Визг Киды заставил ее вздрогнуть.

– Спускается!

– Кто? Что?

– Их главный корабль… Наверное, главный. Он самый большой, – неуверенно добавила вардонка.

Гелаэлла подошла к окну, отодвинула служанку и посмотрела наружу. Корабль, настолько большой, что заполонил собой все небо, превращая день в ночь, завис над замком. Открылся люк, излучающий яркий белый свет. Солдаты оллинов стали вокруг кольцом, защищая от возможной опасности. Гелаэлла слышала над ухом прерывистое дыхание Киды, сама же с трудом пыталась подавить дрожь. Из люка потоками полилась энергия, переправляя на землю новых захватчиков. Гелаэлла насчитала десять. Несколько минут пришельцы о чем-то говорили с окружившими их солдатами, затем один махнул рукой в сторону замка. В горле Гелаэллы пересохло, она нервно сглотнула и повернулась к слугам.