Я заберу тебя у смерти (СИ), стр. 9
— Маленькая…тут такое дело…я могу всё объяснить.
— Дииии…
Притиснувшись к его губам и упивалась самым вкусным поцелуем в мире, скользя пальцами по мощной шее. Пока он не захрипел. Сильные руки скатились на кровать. Я смотрела в его пылающие злостью глаза.
— Дик, я сама тебе всё объясню.
Снова поцеловав его я встала с кровати, схватила одежду и стала натягивать на себя. Несколько ран открылись и я морщилась от зудящей боли. Присела на кровать и кровоточащими пальцами пачкая ткань застёгивала рубашку. Я старалась чтобы мой голос не дрожал и он не видел моих наворачивающихся слёз.
— Сразу объясню: ты обездвижен на полчаса максимум. Так что времени у нас мало. Твои остальные друзья сейчас за дверью. Уверена они нас слышали и беспокоятся, что им ничего не достанется. Да, да, глаза не таращ! — я горько усмехнулась. — Я слышала про обещанное первое использование тому кто меня найдёт. Ты попользовался. Считай снял сливки. Так что без обид, но остальные пусть передёрнут вручную. Не строй илюзий, ни фига ты не особенный. Просто мне скучно. Я скоро свалю отсюда. Не вылупляйся ты так. Смотришься глупо.
Обув сапоги я собрала свои железки. Повернулась к нему спиной и замерла, сглатывая слёзы.
— Мои раны не придуманы, — тихо прохрипела я, — перестаньте меня загонять как зверя. Я найду куда спрятаться. Знаю как у вас обращаются со слабыми. Лимер сообщил. От вас услышала. Скунс показал. Вещью я не буду. Но сделаю вашу жизнь невыносимой. Я отравлю воду, спалю провиант, устрою такой террор, что вам не до меня станет.
Развернулась к нему и наклонившись к самым губам не отводя глаз сказала:
— А моё имя…Не знаю зачем тебе, но скажу как меня зовут. Все здесь зовут меня МЯСО.
И я ушла в ответвление. Скользнула в лаз, сделала заготовленное сегодня загодя обрушение изнутри, закрыв тканью лицо. Я здесь столько крови оставила на этих долбанных камнях, готовя нам отступление. Никогда секс не обходился мне так дорого. Правда такого умопомрачительного секса в моей жизни ещё не было. Вроде бы. И именно от каменной пыли мои глаза слезились. Всю ночь. Многие последующие ночи.
10.
Я избегала столовой и кухни и даже не заглядывала в сектор, где могла встретить его. Что-то мне подсказывало, что наша встреча не будет томной.
Каждую ночь я стала просыпаться в странном томлении и тихо подвывала, обхватив себя влажными ладонями. У меня создалось впечатление, что я подцепила от Дикого вирус тоски, заставляющий отчётливо осознать одиночество. Конечно я и раньше здесь была одна, но это не делало меня такой несчастной. Сейчас я страдала от отсутствии возможности разговаривать и прикасаться к людям.
Ведь я всегда была комуникабельна. Друзей у меня было не много, но мы всегда поддерживали отношения. В институте…Я заорала от боли, пронзившей голову. Скатившись на пол я корчилась, казалось, вечность. Этот приступ был не первый. Сначала боль была вполне терпимой, немного пульсирующей в висках. Возникала она внезапно и довольно быстро затухала. Но последние приступы были слишком интенсивными. Я поднялась на дрожащие ноги и избавилась от пропитанной потом одежды. Возможно у меня была травма головы и эти симптомы что-то вроде отсроченных осложнений. Стоит разобраться с этим когда уберусь из этого ада.
У меня появилась возможность выбраться отсюда, минуя главные ворота. Рабочие с пищевого склада обсуждали законника и его команду и я узнала, что они часто выходят в рейды через отдельный лаз расположенный на самом верхнем уровне. Может при выходе из него мой браслет не сожжет руку.
Через неделю мне удалось найти шахту приведшему меня к выходу. Крышка люка распологалась на потолке и выводила на крышу. Охраны здесь не было и я быстро поняла почему: замок был словно на двери банковского сейфа. Ну, не могло же быть всё так просто. Понятно, что ключи у них. Возможно где-то хранятся запасные…Этой мыслью меня шарахнуло словно молотком, ведь я точно видела связку длинных ключей у Дока в каморке. Я заметила их, когда он слушал мои лёгкие. В тот момент мне было не интересно, от какой двери может быть такой длинный ключ, но теперь нашёлся замок как раз для такого.
Пробраться в лазарет было не сложно. Я долго лежала в вентиляции и слушала разговоры пациентов и доктора. А он далеко не глуп и похоже специализация у него широкая. Он зашил рану, наложил шины, вырвал зуб. Потом я заснула. Проснулась я неожиданно от грубого крика, а увидев пациента, похолодела. На столе у Дока лежал бессознательный Рыжий с распоротой ногой. Длинный неровный разрез пролегал по лодыжке с внешней стороны и не задевал кость. Обеспокоенного Седого доктор выпроводил и запер дверь.
— Можешь спускаться и взять что нужно, — доктор мыл руки чем то отвратительно пахнущим, — просто я не скоро смогу уделить тебе время.
Стараясь не удивляться тому, что меня так легко вычислил старик я спрыгнула вниз и подошла ближе.
— С ним всё будете порядке?
— Да что с ним станется. Молодой и крепкий.
— Но он без сознания.
— Начну зашивать очнётся, — с сожалением признал Док, — тут бы наркоз не помешал. Давненько приносили одного. Какой то малый намудрил чего-то с нервными узлами и…
Положил пальцы на шею Рыжему я стиснула её в определённых точках. Его лицо окончательно расслабилось, принимая какое-то родное детское выржение. Не задумываясь, что делаю взьерошила ему волосы и тут же автоматически поправила прядки упавшие на лоб.
— Готово, Альберт Петрович. Около четырёх часов он ваш.
Док не выказал ни грамма удивления, деловито кивнул.
— А ты чего зашла? Заболела?
Вот не хотелось мне воровать у этого старика. Никак не хотелось.
— Альберт Петрович, у меня к вам вопрос не по теме медицины. Я знаю что у вас есть связка любопытных ключей…
— От центральгого люка? Тебе они нужны что ли?
— Ну, да, наверное, — смущенно пробормотала я, — нужны.
Ну, отвыкла я спрашивать. Уже давно беру всё что мне нужно без согласия хозяина. И вроде должно было быть стыдно, а вот только сейчас что-то закралось в обнаглевшее сознание.
— И зачем же тебе наружу, дитя?
Завороженно следя за руками Дока я уселась на край табурета. Его по молодому изящные пальцы ловко управляли изогнутой иглой и рана, стягиваемая похоже каким-то жёстким волосом, уже не казалась такой шокирующей.
— Ключи я тебе дам, деточка, только сначала закончу работу и потом немного поговорим, — остранённо проговорил он и великодушно добавил, — на столе хлеб и ещё чего-то вкусное. Ешь давай.
Предлагать дважды не требовалось. Метнулась к закуске и с аппетитом уплетала тёплый наваристый суп. Первых блюд не ела…здесь ни разу. Так что душу отвела. Когда утолила первый голод, уже спокойно, не давясь, жевала хлеб и маленькую жёсткую луковицу, присыпанную крупной горьковатой солью. От блаженства зажмурилась и открыв глаза наткнулась на насмешливый изучающий взгляд доктора.
— А я почти всё сьела, — проглотив слюну призналась я.
— Да это и было для тебя. Я тебя услышал давно. Всё ждал когда все разойдутся. Думал посидим в компании, я тебя ужином накормлю.
Окончательно разомлев я даже икнула и смутившись, закрыла рот ладонью.
— Извините. Спасибо большое, — и уж совсем неприлично широко зевнула с забавным мяукающим звуком.
— Да ладно. Ты давай иди в подсобку, там топчан. Ложись и спи. А то глаза осоловели.
Я пыталась возразить, но Док с неожиданной проворностью и силой подцепил меня под локоть и поволок. Мысли ворочались вяло. Может быть в еде было снотровное, а може меня разморило от человеческого тепла и заботы. Почему-то это казалось совсем не важно. И впервые за долгое время я не заметила как заснула.
Пахло лесом и спиртом. Странное и забавное сочетание. Вместо привычного шороха крысиных лапок за дверью слышилися тяжелы шаги, шуршание и чьё-то тихое бормотание. От этого я не просто проснулась- взметнулась. От грохота отпрыгнула в сторону. Потом в другую, совершенно потеряв ориентацию в пространстве и натыкаясь на незнакомые стены, полки и ящики. Дверь распахнулась и в проёме застыла фигура человека. Я тихо скулила дезориентированная и заторможенная от долгого крепкого сна.