Я заберу тебя у смерти (СИ), стр. 76
— Верочка, милая, тихо, тихо, — Лим затащил меня на свои колени, продолжая успокаивать, — Прости меня родная. Я не понимал. Не понимал.
— Пусти, — прохрипела я, сползая с него и так же на коленях пробираясь дальше.
— Вера, — обречение в его голосе разрывало мне сердце, — Это интоксикация. Я не виноват.
— Но это не помешает тебе закончить начатое, если тебя опять накроет, — я уселась у небольшого деревца в метрах пяти от него и вытерла лицо подолом платья.
— Прости.
— Ты не виноват. Сейчас приедет Храм и отвезёт нас в больницу.
— Ты звонила ему?
— Я испугалась, — зачем-то стала оправдываться я, — Ты говорил странные вещи.
— Что именно? — он напрягся и я занервничала.
— Просто слова без смысла.
Он расслабился и покачал головой.
— Меня предупреждал доктор, но я не думал, что будет так.
Нас осветили фары и из подьехавшей машины выбежал огромный мужчина. Миша подскочил ко мне, сел на пятки, обхватил подбородок и, задрав лицо кверху, осмотрел шею. Выругавшись, он поднял меня на ноги и легонько толкнул в спину, направляя к машине. Я оглянулась и поразилась как бережно Храм подставил плечо и подвёл Сергея ко мне. Вблизи стало заметно, что он совсем обессилен. Он сел впереди и я обняла его вместе с сидением, дотянувшись только до плеч. Его ладони легли поверх моих. Не говоря ни слова, мы доехали до клиники и вошли в приёмный покой, держась за руки.
65.
Я наблюдала как Лимер ругался с мед сестрой. Это был каждодневный ритуал. Она абсолютно не обращала внимания на его тон, дождалась пока он проглотит таблетки и с крейсерским спокойствием удалилась.
Мы расписались три недели назад. Всё это время мы проводили, сдавая анализы и проходя исследования. Лим стал раздражительным и срывался по каждому поводу. Я понимала, как тяжело для него давалась болезнь. Особенно бесновался он, когда наш хирург предупредил о возможных осложнениях для меня. Мой муж был готов отменить операцию и мне едва удалось отговорить его от этого.
— В конце концов, если мы умрём, то окажемся Там, — шепнула я ему в одну из ночей, — Мне страшно остаться здесь без тебя.
Он похудел и осунулся, боли стали интенсивнее. Помутнений больше не было, но доктор предупредил, чтобы мы не пропускали приём лекарств. Операция была запланирована на завтра. Я старалась не провоцировать Лима, который буквально кипел.
— Вера, — он нервно теребил завязки штанов, стоя у окна, — Может перенесём… Ты какая-то бледная.
Я обняла его со спины, целуя под лопатками. Сейчас я испытывала невероятную нежность к этому человеку, готовому ради меня отказаться от шанса жить. К моему сожалению я признала, что не люблю его. Не знаю отчего, но понимала, что привязанность, которую я питаю в нему не имееет общего с любовью. Я надеялась, что со временем у меня получится ответить на его чувства.
— Родной, всё будет хорошо. От живого донора прогноз благоприятнее…
— Это я и так знаю, — раздраженно бросил он, — Этот вариант изначально был наиболее желателен..
В этот момент вошёл наш доктор для консультации и осмотра и я оставила Лима, сославшись на дела в городе. Он нетерпеливо отмахнулся, отпуская меня без лишних объяснений.
— Ночь вы должны провести в клинике, — напутствовал меня врач в догонку.
Я лихорадочно отыскала в сумке телефон и уже из такси позвонила Храму.
— Нам надо срочно встретиться, — отчеканил он, едва услышав мой голос.
Мы договорились встретиться у меня дома. Я зашла в квартиру и открыла окна, чтобы выветрить затхлый запах. Наскоро приняв душ, я переоделась с тренировочные штаны, растянутую, но удобную футболку и, обернув голову полотенцем, села на кухне с чашкой крепкого кофе и купленным по дороге круасаном. Через несколько минут в дверь позвонили, а затем нетерпеливо постучали. Я подбежала к двери и, не глядя в глазок, распахнула её. На пороге стоял высокий крепкий мужчина с седыми волосами, проницательным взглядом карих глаз на отмеченной суровой красотой лице. Даже в джинсах и футболке он смотрелся по деловому собранным и прямая осанка заменяла деловой костюм с галстуком. Я невольно засмущалась своего небрежного вида, босых ног и мокрых прядей нерасчесанных волос рассыпанных по плечам.
— Вам кого? — недружелюбно спросила я, скрестив руки и скрывая намокшую трикотажную ткань откровенно обрисовавшую грудь.
— Вероника Вольская?
Бархатный голос прокатился по моим нервам и отозвался вибрацией где-то внизу живота. Нервно сглотнув я нащупала ключи в замочной скважине и, вынув их, зажала в кулаке. Он, видимо заметив мои манипуляции, отступил на полшага и выставил перед собой ладонь.
— Меня предупредили, что вы можете нетривиально отреагировать. Михаил дал мне ваш адрес. Он вас не предупредил, что я заеду?
— Нет.
— Позвоните ему.
Я захлопнула дверь, прижавшись к ней спиной, схватила телефон с полки в прихожей и дрожащими пальцами набрала номер Храма. Через пару гудков он ответил.
— Миша, ты ко мне кого-то направил?
— Забыл предупредить, — сокрушенно признался он, — Впусти мужика. Я скоро буду. Выдохнув, я нерешительно открыла дверь.
— Извините. Я стала немного нервной в последнее время, — не поднимая глаз, я отошла в сторону, пропуская гостя, — Может в качестве извинения я сварю вам кофе?
— Вам не за что извиняться, Ника… — меня никто до него так не называл, но это было приятно.
Он задержался напротив и, казалось, хотел поправить упавшие мне на лицо волосы, но одернул себя и прошёл на кухню. Я свернула волосы узлом на затылке и, на ходу подхватив карандаш, закрепила его. Не зная как вести себя с этим человеком, я неловко протиснулась к плите и поставила на плиту турку. Он выжидающе рассматривал меня, отчего я отчаянно покраснела и дрогнувшей рукой рассыпала кофе на стол.
— А давайте я займусь этим сам, — он мягко отодвинул меня в сторону и усадил на стул, — Кстати меня зовут Максим Дальний.
— Красивая фамилия, — я стушевалась под его контролирующим взглядом и пригубила остывший напиток.
Аксим осторожно забрал из моих пальцев чашку и выплеснул содержимое в раковину.
— Я сварю для вас свежий, — пояснил он, и неожиданно поинтересовался, — А почему вы не сменили фамилию?
— Слишком много времени бы ушло на смену документов и…какое ваше дело! — я возмутилась, вскочив, и села обратно под его спокойным взглядом.
— Если бы вы стали моей женой, я бы не позволил, — он поставил чашку передо мной, — и хотел, чтобы каждый знал, что вы моя женщина.
— Нас поджимают сроки, — я блаженно втянула аромат и прикрыла глаза, — Божественно…
— Зачем вам это? — задумчиво спросил он спустя пару минут созерцания.
— Вам не понять, — отрезала я, взглянув на экран взвизгнувшего телефона, — Может вы обьясните зачем Храм вас пригласил?
— Михаил? — я согласно кивнула, — Я не хотел бы начинать без него.
Я протянула ему аппарат где на дисплее было сообщение от Храма, о том что тот застрял в пробке. Максим помрачнел и я поймала себя на мысли, что мне очень хочется снова увидеть как он улыбается. Он вздохнул, поднял с пола оставленную там ранне сумку планшет и вытащил из неё пластиковую папку.
— Ника, я частный детектив и был нанят вашим другом для выяснения обстоятельств нападения на вас.
Я похолодела от неясных предчуствий и сцепила ладони в замок перед собой на столе.
— Михаил не смог мне обьяснить каким образом в этом оказался замешан другой ваш приятель, Александр, но эта информация, как ни странно, оказалась полезной. Ника, то, что я вам сообщу является конфиденциальной информацией.
— Ближе к делу, у меня на сегодня запланированы дела, — я сжала ладони крепче.
— Около года назад вы обратились в банк крови для сдачи крови и подали заявку на вступление в регистр потенциальных доноров костного мозга. Несколько месяцев назад вы стали донором костного мозга.