Я заберу тебя у смерти (СИ), стр. 61

— Мне лекго было убедить саму себя, что хозяина нужно любить. Ты мной владел. Лгал мне. Знал, что законники были моими, но выкрал меня и заставил их забыть. Чего ты ждёшь от меня сейчас?　

Сергей стремительно преодолел расстояние между нами и сгрёб меня в охапку, бесцеремонно закрывая ладонью рот и прожигая фанатично горящим взглядом.　

— Можешь сколько угодно выставлять меня тираном, а себя расчетливой тварью. Я знаю, в тебе говорит обида. Ты вернулась за мной и мне достаточно этого доказательства. Знаешь почему ты не помнишь меня? Потому, что не знала никогда. Тебя знал я. Ты донор моей печени.　

Я остолбенела и замычала в его ладонь, прося дать слово.　

— Тебя знал я, — горько шептал мне Лим, целуя висок и убирая ладонь ото рта. — Донором может быть родственник. Мы…　

— Донором может быть мертвец, — он сжал меня ещё крепче, потому что колени мои подогнулись, — Ты погибла и мне…дали твою печень. Продали очередь за большие деньги. Я заплатил и захотел узнать кто донор. Когда мне дали информацию, я чуть с ума не сошел. Твои фотографии были в моей галерее, я болел тобою, хотел познакомиться, искал. Потом этот диагноз, онкология. Зачем тебе больной? Я наблюдал издалека. Так хотелось быть с тобой. Чтобы ты была моей. А потом ты стала моей… моей частью… Это было невыносимо. Я не смог… не захотел… я ненавидел всех и каждого…　

— Как я умерла? — пустым голосом спросила я.　

— Упала на скалодроме…　

Мир пульсировал в бешенном ритме. Я задыхалась. Откинув голову назад я тихонько проскулила:　

— Меня убили, чтобы продать, — он содрогнулся.　

— Кто?　

— Дикий и Крыс.　

Сергей взвыл раненным зверем, не отпуская меня и сотрясаясь со мною в судорогах корчующих моё тело. Воспоминания волною заполняли мой разум, но что-то скользило по краю. Жизненноважное, невоспроизводимое бесценное. Что-то истёртое новыми событиями. Кто-то! Я вырвалась из цепких обьятий и рухнула на пол, не сумев удержаться на ногах.　

— Не трогай, — просипела я, — Дай мне немного времени.　

— Я не могу без тебя. Не хочу. И не буду. Ты останешься со мной и когда забудешь всех остальных- снова будешь меня любить.　

Он сел рядом со мной, не касаясь и не удерживая. когда я в ужасе отползла от него к стене.　

— Не надо…Серёжа…зачем?　

— Если уйду, кто-то из нас умрёт. Оставаться один я не хочу. Думал, что смогу. Ты вернулась- значит я тебе нужен. Мы уйдём в запретный город. Там мы булем королями. Мы сможем быть вместе. Я больше тебя не оставлю тебя. И никому не отдам!　

Обхватив себя руками я откинулась на стену и закрыла глаза. Почему-то подумала о Максе. Хоть и знаю его всего день, но не хочу забывать. И Щебет и Ёж. Храм. Я вскинула голову и пронзительно закричала. Через несколько мгновений в проёме двери стоял мой должник. Он обвёл нас тяжёлым взглядом.　

— Что случилось?　

Я вскочили и сразбегу врезалась ему в грудь, пытаясь обхватить широкий торс. Верзила даже не качнулся, только неловко похлопал по спине.　

— Лим, ты чего, её обидел? — он зловеще скрипнул зубами.　

— Миша, — жалобно заглянула ему в глаза обхватив шею, — Не оставляй меня с ним. Проводи к Доку. Я вас познакомлю.　

— Я его уже знаю, — удивлённо заметил Храм, выводя меня из комнаты под отчаянным взглядом Сергея, — Ты чего болеешь?　

— Нет, он мой дедушка…　

Договорить мне не дал шорох за спиной и короткий вскрик Миши. Он закатил глаза и мешком осел на пол. За ним стоял Лимер сжимая в руке небольшую дубинку окованную железом. Я попятилась, когда он шагнул в мою сторону и, споткнувшись, упала навзничь. Он навис надо мной, больно сжимая плечи.　

— Ты…убил его…убил…его… — повторяла я, как заведённая.　

— Он жив. Просто в отключке. Я не хочу причинять ему вред, но если он будет мешать мне… — многозначительно покачал головой, — Вставай и идём со мной. Быстро!　

Он вздёрнул меня на ноги и затолкал обратно в камеру. Выдернул ремень из штанов и ловко скрутив руки мне за спиной затянул вокруг запястий.　

— Так надо, девочка. Потерпи.　

— Конечно, хозяин, — сквозь слёзы выдавила я, — Ты умеешь убеждать.　

Он вышел за дверь, прикрыв снаружи засов и громко позвал кого-то, приказав утащить Храма. Я села на колени прямо там где стояла, низко склонила голову и принялась глубоко дышать. Когда Сергей вернулся на моём лице не осталось ни одной эмоции. Совсем.　

56.

Он стоял за спиной, заплетая мне волосы. Плавные, тягучие движения заставили меня откинуть голову назад, прикрыв глаза. Тёплые губы прошлись по моим векам и я вцепилась в подлокотники, пытаясь встать с кресла. Удерживая меня за волосы он помешал мне подняться.　

— Не вредничай, — он нежно провёл пальцами по лицу от подбородка до ушей, но я передёрнулась и крепко сжала челюсти, не имея возможности отвернуться.　

— Мразь, — констатировала я, снова надев маску безразличия, и принялась глубоко дышать.　

Сергей протяжно вздохнул и переместил руки мне на плечи, принимаясь лениво их массировать. Я делала вид, что не замечаю, как он, словно случайно, спускается всё ниже, постепенно перемещая ладони на грудь. По щеке сползла упущенная слезинка. Внутри я бесновалась и кричала. Только это было лишним.　

Мой поклонник не обращал внимания на мои претензии и желания. Каждый мой поступок он трактовал себе в угоду. Я перестала сопротивлятся. Только вот терпеть его приставания сил уже не было. Я вцепилась ногтями в его ладони и когда он попытался убрать руки, разодрала их до крови. Зашипев он отпрыгнул в сторону. Я воспользовалась возможностью и отпрянула к двери, опрокидывая между нами кресло. Дверь была закрыта на засов, который не подавался. Заметив краем зрения метнувшуюся в мою сторону фигуру я отскочила по стене, швыряя за спину всё, что подворачивалось под руку.　

— Вера! — взревел он ухватив меня за волосы и дёргая на себя.　

Я резко развернулась и, вложив в своё движение всю злость, ударила его в кадык. Сергей захрипел, обхватив себя шею, и тяжело опустился на пол. Не задумываясь, действуя скорее автоматически, я опустила ему на затылок подхваченное металлическое блюдо. Он рухнул как подкошенный.

Тяжело дыша, усмиряя бешенно трепыхающее сердце и дрожащие конечности я присела рядом степом и приложила пальцы к шее, нащупывая пульсацию артерии. Со вздохом облегчения я разрыдалась, прижимая его голову к животу. У меня не получилось ненавидеть Сергея. Несмотря на уготованную им для меня долю он был несчастен и делал такой же меня. Я вспомнила как считала, что люблю его. По своему я продолжала его любить. Просто больше не хочу делать то, чего от меня ждут и не стану, в благодарность за помощь и поддержку, становиться чьей то собственностью. Да, я хотела вернуться, чтобы забрать его, но каким-то образом мне удалось добыть данные о других попавших сюда. Значит я обязана вытащить домой остальных. Возможно Сергей захочет остаться, но если он решит отправиться… Я не хотела умирать. Вдруг я существую для того, чтобы выполнить эту миссию. Может я должна была умереть… Снова… Тихо поскуливая от страха я нашла в себе силы подняться, забрать спрятанный под ворохом одежды пояс и, отперев дверь, выскользнуть наружу.　

Заученным движением по едва заметным выступам на стене я забралась в вентиляционный лаз напротив камеры. Через пару десятков метров я нашла фонарь и бутыль с несвежей водой. Мрачно ухмыльнулась, похвалив себя за дальновидность.　

Добравшись до разветвления я нырнула в сторону своего старого жилища. По пути натыкалась на запасы воды и огня и поразилась силе собственной паранойи. Оказавшись у комнаты Ноя я внимательно огляделась и, не заметив ничего подозрительного, спрыгнула на пол. В дверном замке никто не ковырялся и достав из-под неприметного камня отмычку воспользовалась ею. Помещение встретило меня затхлым запахом. Когда переехала жить к деду, бывала здесь редко, но оставила запас еды, оружие и одежду. Затопила печку и развернула скрученные в рулоны шкуры. Смыв пыль и переодевшись в удобную одежду с множеством карманов рассовала по ним ножи и спицы. Заплела волосы в тугую косу и свернулась на кровати, чтобы через несколько минут провалиться в тревожный сон.