Я заберу тебя у смерти (СИ), стр. 60

— Пусти, — чуть слышно попросила я, вопреки словам выгибаясь под его откровенной лаской, — Не надо…ты…　

— Меня зовут… — он словно спрашивал меня скользя пальцами по животу вниз.　

Я всхлипнула, запрокидывая голову и судорожно пытаясь отодвинуться. Он крепко держал мои руки за спиной и этим замком не позволял мне сдвинуться с места. Моя кожа плавилась от его прикосновений. Хотелось умолять его продолжать и ударить за то, что он это делает со мной.　

— Остановись, — моё тело предательски извивалось, — Прекрати… мерзавец…　

— Как же я скучал, моя девочка, — он самодовольно ухмыльнулся и жёстко впился в мои губы.　

Когда мужчина слегка отстранился для того, чтобы расстегнуть штаны он замешкался. Уперевшись сжатыми в кулаки ладонями за спиной в пол я откинулась назад и, высвободив ногу, приставила к его грудь и со всех силы толкнула от себя. Он отшатнулся и второй ногой я вмазала ему по лицу. Со всплеском громила упал в воду и не теряя времни я подскочила и, схватив одежду, бросилась прочь. Уже в комнате трясущийся руками натянула штаны и одевая тунику запаниковала, когда ткань прилипла к влажной коже и я судорожно стала дёргать за край пытаясь просунуть голову в ворот.

— Давай помогу, — раздалось над самым моим ухом и я неловко повернулась и стала падать.　

Я захныкала от обиды в его руках. Так глупо попасться. Однако, он аккуратно одел на меня тунику и, усадив на кровать, спиною отошел к двери, чтобы закрыть её на задвижку.　

— Прости, милая, но я весь мокрый, — он стал снимать с себя штаны и я даже после всего произошедшего смогла покраснеть и отвернуться, — Какое доверие.　

Я резко развернулась к нему и охнула оценив его роскошную эрекцию. Мужчина стоял, уперев руки в бёдра, слегка подавшись тазом вперёд и явно наслаждался моим смущением. Не спеша он взял со спинки кресла сложенную мною ранее одежду и, насмешливо поглядывая на меня, оделся.　

— Я глазам не поверил, когда зашёл, а здесь такой порядок. Как раньше, при тебе, — я вопросительно уставилась на него, — А когда почуял запах твоего мыла… Смотрю на тебя и боюсь проснуться…

— Не подходи, — я подскочила с кровати, метнулась к стене где сложила ножи.　

Не успела схватить хоть что-то, когда меня прижали спиною к твёрдой груди обездвижив руки. Я заорала пытаясь ударить его ногой в голень и была завалена на кровать и прижата сверху его телом.　

— Слезь с меня! Гааад! — выла я в подушку.　

— Вера, хватит. Прости. Я обьясню почему тогда так поступил. Я тебя не трону.　

— Зачем тогда лапал?　

— Милая, ты чего? Ты же сама вернулась. Зачем делаешь вид…　

— Да я тебя не знаю, придурок! Меня Храм привёл!　

— Что?　

Меня перевернули и усадили на очень удобные колени. Наши лица оказались напротив. Он слегка удерживал меня за подбородок и сверлил полночным взглядом.　

— Расскажи, как давно ты здесь.　

— Вчера пришла.　

— Что было до этого?　

— Собиралась на свадьбу…　

— Свою?　

— Почему вы все так думаете, — я наклонила голову к плечу и язвительно продолжила, — к подруге. А потом- раз и я здесь, в крови, избитая…　

— Кто это "вы все"?

— Те, кто нашли меня, — я не решилась говорить о Максе.　

— Как Сеня?　

Я пораженно открыла рот и прижала руку к груди.　

— Откуда…　

— Я уже говорил, что ты вернулась за мной. До этого ты увела Сашку, Максима, брата и Вадима, — последнее имя он произнёс с едва сдерживаемой ненавистью, — Провожающие мне рассказали.　

— Не знаю о ком ты говоришь, — я была уверена, что он не лжёт, — Я не помню, что здесь была. Ну, почти… Мне эта комната немного показалась знакомой…　

— А я? — вкрадчиво поинтересовался он.　

Не знаю. Честно.　

— Ты неподражаема. Только ты могла попасть сюда сама, повторно…　

— Почему меня здесь не помнят?　

— Мало кто знал о тебе. Храм знал, но когда ты ушла забыл, словно тебя не было. Помнит тебя Док, я и пара новых законников. Я не знаю почему это так.　

— А кто этот док?　

— Альберт Петрович.　

— Дед? Здесь? Как? Почему? — взвилась я, спрыгнув с колен и подскакивая на месте, — Сережа, миленький отведи меня к нему. Пожалуйста… — я замолчала наткнувшись на ошарашенный взгляд и испуганно закусила губу.　

— Ты меня по имени назвала…　

— Само вырвалось, — оправдывалась я, — Я не знаю, но проверить можно…

— Нечего проверять, Вера. Я знаю как меня зовут.　

— Ты вспомнил?　

— Ещё в прошлый раз.　

— Ничего не понимаю. А почему не ушёл со мной.　

— Всё сложно… — он притянул меня к себе, но я поставив ладонь ему на грудь пыталась отстраниться.　

Неприятное предчуствие сдавило мою грудь. Я была почти уверена, то не хочу знать то, что он мне собираеться рассказать. В этот момент с оглушительным треском распахнулась дверь и в комнату влетел Храм, сверкая бешенными глазами.　

— Убери от неё руки, — взревел он и, не расчитав силу, оттолкнул меня в сторону от Сергея.　

Тонко взвизгнув я впечаталась в стену и сползла по ней, теряя сознание. Опять.　

Моя голова лежала на коленях Храма и он неожиданно ласково гладил мои волосы. Я жмурилась от необычных ощущений: смеси страха и удовольствия.　

— Прости, кроха, иногда меня заносит.　

— Прямо медведь. Только очень совестливый и добрый мишка, — я прижала его руку к щеке и потёрлась о неё заметив, что он словно завис и остекленевшим взглядом смотрит в стену, шевеля губами.　

Осторожно сползла с него и на всякий случай повернулась к мрачному Сергею, сидящему в кресле.　

— Не бойся. Я также вспоминал. Он сейчас придёт в себя.

Я кивнула и устроилась на полу на шкуре рядом Храмом. Он застонал, обхватив голову, и вскочил на ноги.　

— Тебе лучше? — я слегка напряглась готовая к любой негативной реакции с его стороны.　

Взглядом наполненным болью он окинул меня и с горечью выдавил:　

— Мне никогда не будет лучше. Вера, — я попыталась отползти, Сергей приподнялся в кресле, — Я никому не нужен. Если бы не ты-никто бы за мной не пришёл. Ты единственный человек, которому оказалось не всё равно.　

Внезапно он рухнул на колени и сгрёб меня в охапку, едва не сломав нос:　

— Я за тебя весь мир сожгу и сломаю. У тебя есть я- твой Миша. А ты у меня- сестрёнка, — он слегка встряхнул меня с маньячной улыбкой взглянул наЛима, — Обидишь её- убью.　

Резко встав он вышел, а я потирала плечи.　

— Как ты это делаешь?　

Я непонимающе взглянула на мужчину.　

— Приручить его невозможно, но раз он пообещал, то сдохнет ради тебя.　

Не обращая внимания на жадный взгляд Сергея я на коленях проползла и улеглась у печи, завороженно глядя на огонь. Пламя отбрасывало странные тени на окружающие предметы, пробуждая неясные ассоциации.　

— Я должен рассказать тебе, что нас связывает. Странно что ты ничего не помнишь.　

— Помню. Всё помню, — внезапно осознала я, холодея от осознания, что мой мир рассыпается на куски, — И то так ты предал меня.

55.

Я не могла смотреть на него. Боль жгла голову раскалённым железом. Словно вчера он сделал меня рабыней, травил морой, называл женой, причинял боль и дарил наслаждение, а затем гнал меня отсюда, заменив покорным мясом, отдав меня… мужу. Вадим. Он изнасиловал, избил, унизил. Я вывела выродка отсюда, но каким то образом снова оказалась в убежище. Неужели вернулась за Лимером? Это неправильно. Стокгольмский синдром?　

— Я тебя люблю, милая…　

— Заткнись, — я сжимала кулаки в бессильной злобе, — Ты пользовался мною и мне не оставалось другого выбора как позволить тебе это. Я фактически была твоей собственностью.　

— Ты любила меня, — он неуверенно возразил и легонько коснулся плеча ладонью.　

— А у меня был выбор? — я зашипела, отпрыг вая в сторону, — Кроме тебя у меня здесь никого не было. Я всё забыла! Мне нужно было выжить!　

Он выглядел ошеломлённым и уязвлённым моим признанием. Только мне было плевать.