Всадник для дракона (СИ), стр. 51

При виде лорда Эреноя, с задумчивым видом стоящего перед мордой Рэна, у меня радостно екнуло в груди. Значит, я правильно его почувствовала, правильно шла! К моему огромному облегчению, милорд был жив, здоров, если не считать кровоточащего пореза на левой руке, и относительно бодр. А вот лежащий перед ним Рэн, напротив, выглядел безучастным и равнодушным ко всему. Даже почти законченная магическая фигура на полу, которую милорд нарисовал собственной кровью, его не интересовала. И на присутствие в зале посторонних он тоже не отреагировал.

- Ритуал разделения, - участливо подсказал старик, заметив мои попытки рассмотреть детали рисунка. - Древний, как Веер… и смертельно для них опасный.

Я испуганно посмотрела на Князя.

- Твой дракон об этом не знает, - так же ласково пояснил он. - И его носитель, соответственно, тоже, поэтому, как только круг будет замкнут, исправить уже ничего не удастся.

- Почему? - с трудом шевельнула я онемевшими губами.

- Почему они нас не видят? - участливо переспросил старец и тут же удивленно вскинул брови. - Мы все-таки маги и еще способны создать качественную иллюзию. Даже для дракона.

Я раздраженно мотнула головой. Иллюзия - это как раз понятно. Верховные - мастера влиять на чужие разумы, поэтому я не удивлена.

- Не то… почему они…

- Начали ритуал? - наконец, угадал он и снисходительно хмыкнул. - Ну же, девочка, тебе лучше знать, почему инкуб захотел уничтожить своего дракона… и почему дракон решил не сопротивляться. Ради чего они так рискуют? Может, ты сама мне подскажешь?

Мой взгляд снова метнулся к Рэну и тут же прикипел к глубокой ране на его груди. Как раз напротив сердца. В той уютной ложбинке, к которой он никогда и никого, кроме меня, не подпускал. Крови оттуда вытекло совсем немного - удар был одиночным и поистине мастерским. Старик абсолютно прав: дракон действительно не сопротивлялся. А теперь просто ждал окончания ритуала. Безучастный, ослабший, равнодушный ко всему. Хотя совсем недавно грозился страшными карами и был полон решимости меня найти.

Где теперь его ярость? Куда ушла прежняя злость? Ничего не осталось в этих потускневших глазах. Абсолютно ничего живого.

Я попыталась осторожно коснуться его разума, но, к собственному ужасу, не нашла ни мыслей, ни чувств, ни воспоминаний. Дракон словно перегорел, куда-то истратив все силы. Вымерз изнутри, став похожим на окаменевшую сосульку. Отстранился от мира, выстроил между ним с собой непроницаемую стену. Не выпуская за ее пределы ни горечь, ни боль, ни тоску.

Бог мой… что между ними произошло?! О чем эти двое успели договориться, пока я плакала в Пустоте? А может, они сражались, и милорд его ранил?! Нет… на полу почти нет крови. Только круг. И рана ровная, чистая… такая же, как на руке инкуба.

- Глупцы, - равнодушно заметил второй старец, не двигаясь с места. - Ритуал убьет их обоих.

- Я бы сказал, шансы у дракона еще есть, - отозвался третий.

- Сомневаюсь, - негромко обронил тот, который держал меня, а потом задумчиво добавил: - Он уже мертв. И как только завершится круг, его дух растворится в пустоте.

Я неверяще оглядела их бесстрастные лица.

Что они такое говорят? Я же вижу, Рэн дышит! Он подавлен, расстроен, ушел в себя… он не хочет никого видеть, но еще жив! ЖИВ!

- Апатия, - словно услышав мои мысли, обронил все тот же разговорчивый Князь. - Самая страшная болезнь для дракона. Очищенный от сомнений разум не поддается переживаниям. Он все выдержит. Через все пройдет. Даже через потерю Пламени. Но апатия… убивает. Единственный недуг, от которого нет спасения.

Я дернулась, тщетно пытаясь высвободиться.

«Рэн! Проклятье! Не смей этого делать!»

- Ты ему не поможешь, - перевел на меня бесстрастный взгляд один из инкубов. - Остановить его способны лишь оковы для разума. Но, как ты знаешь, драконы не живут в цепях.

- Нет! - вскрикнула я, заметив, как лорд Эреной нагнулся, чтобы закончить последнюю линию. - Милорд, не надо! Остановитесь! Так нельзя!

Но инкуб не услышал. И, обмакнув кончик лезвия в кровь, бестрепетно завершил круг. После чего пристально взглянул на неподвижно лежащего дракона. Хладнокровно переступил через вспыхнувшую алыми огнями линию. Перехватил поудобнее клинок, оценивающе глядя на нанесенную, по-видимому, им же рану. И, грустно улыбнувшись, что-то беззвучно сказал.

Дракон молча сдвинул крыло, чтобы ему было удобнее, и закрыл глаза. А я, все еще не веря, что это происходит у меня на глазах, снова отчаянно рванулась.

Милорд, да что же вы творите?! Демон вас возьми, я не хочу, чтобы Рэн погибал! Такого не должно было случиться! Он не может просто взять и уйти! Да… да, я глупая и мягкотелая! Я неоправданно доверчива и наивна! Но я не могу вот так взять и забыть обо всем, что нас когда-то связывало! Не могу ненавидеть! И даже проклинать его больше не в силах!

Да, мне все еще больно! Я не забыла ни одного его слова, которые до сих пор огнем горят в моей памяти, выжигая в ней глубокие борозды! Но я не могу без слез смотреть на ТАКОГО дракона! Я… мне кажется, все еще люблю его… и моя душа заходится криком от мысли, что его не станет.

- Вот и все, - негромко заметил кто-то из Князей, когда лорд Эреной поднял руку. А я до боли вцепилась руками в проклятое щупальце и, не выдержав, отчаянно закричала.

***

- ХВАТИ-И-ИТ!.. - от моего крика, казалось, дрогнули сами скалы. Протяжное эхо испуганной птицей заметалось по замку, едва не обрушив стены. Вырвавшись сквозь отсутствующую крышу, потревожило спящие горы. А уперевшись в невидимую преграду, отделившую нас от дракона, неожиданно отскочило и… вернулось, обрушившись на заклятие с удвоенной силой.

От раздавшегося пронзительного звона у меня заложило уши. Перед глазами снова все поплыло, но в последний миг я все же успела заметить проступившую посреди зала перегородку. И каким-то чудом увидела, как она разлетается на куски.

Невидимый дождь пролился над нашими головами, щедро усеивая пол сверкающими осколками. Освобожденное эхо тут же рванулось на волю, всей силой обрушившись на вздрогнувшего от неожиданности дракона. Лорд Эреной молниеносно обернулся, не выпуская из руки нож, но, заметив посторонних, тревожно замер.

Его беспокойный взгляд мгновенно обежал весь зал, отметив и Князей, и прижатую к одной из стен Всадницу. На мгновение задержался на хмуром лице побратима, заглянул ему в глаза, словно молчаливо спрашивая, в чем дело? А затем отыскал меня - тяжело дышащую, подвешенную между небом и землей, туго спеленатую невидимым щупальцем… и замер. А еще через миг рука директора медленно опустилась, а с губ слетело хриплое:

- Хейли…

- Здравствуй, Кай, - шагнул вперед тот самый старик, который недавно интересовался моим именем. - Давно ты не навещал тронный зал… сколько прошло лет? Сорок? Пятьдесят?

- Больше, - бесстрастно уронил второй старец, и мне почему-то показалось, что он чем-то недоволен.

- Пора отчитаться за проделанную работу, - так же равнодушно уронил третий, смерив неподвижно стоящего инкуба суровым взором.

Однако лорд Эреной не ответил - он все еще смотрел на меня. А я… меня вдруг сковало так, что я не то что рта открыть - даже вдохнуть нормально не могла. Невидимая рука властно накрыла мои губы, не давая ничего сказать. Такие же невидимые оковы спеленали так, что я потеряла способность шевелиться. Куда-то пропала способность видеть чужие ауры. И даже «эрья», к моему ужасу, перестало подчиняться. Я превратилась в бесполезную тряпку! В помеху! Я больше не могла ни на что повлиять! Одновременно с этим второе щупальце предупреждающе сдавило мне горло, и я вынужденно замерла, чувствуя, как вскипают на глазах злые слезы.

Ненавижу беспомощность! С ума скоро сойду от мысли, что это я во всем виновата! И я все еще не чувствую, как раньше, своего дракона! Моего несчастного, разбитого, тревожно встрепенувшегося дракона, который тоже, наконец, меня заметил. И с таким же непередаваемым выражением, как и милорд, смотрел из круга. Сколько неподдельной растерянности было в его загоревшемся взоре! Сколько боли и обреченного понимания! Я не знаю, о чем он думает, слышу его эмоций, но точно знаю, что должна его остановить!