Невеста для гея (СИ), стр. 60

- Ну да. У вас ведь с ней много общего. Одни и те же клубы посещаете. Есть что обсудить, - проворчала я.

- Том, все равно ты мой самый лучший друг, - Женя подошел, встал позади спинки моего кресла и обнял меня за шею. – Поможешь обои поклеить?

- А Светочка съехала? – ехидно заметила я.

- У нее важные дела, которые она не может отложить, но душой она будет вместе с нами.

Дом, в котором была Женина квартира, стоял на краю города рядом с заброшенным футбольным полем, на котором часто собирались местные наркоманы. Райончик тот еще, но Женя был доволен, что наконец-то сможет начать самостоятельную жизнь. Сам дом был старой постройки, с облупившимся фасадом, грязным подъездом, а сама квартира была просто убогой. Несмотря на то, что Женя отдраил окна, ванну и раковины, смел паутину, квартира выглядела весьма плачевно. Потолки были в желтых пятнах. Скорее всего, квартиру заливали соседи сверху и не один раз. Стены были обклеены газетами советских времен. На полу был выцветший, затертый практически до дыр линолеум. Мы выбрали с Женей дешевенькие, но вполне симпатичные обои. Так как я не имела ни малейшего понятия, каким образом клеятся обои, моя мама согласилась нам помочь. Саша тоже приехал помочь своему любимому, захватив облупившиеся кастрюли и закопченные чугунные сковородки со своей дачи. Мама нашла для Жени старый раскладной стол и пару стульев, надувной матрас он купил сам. Холодильник, старенький «Саратов», в квартире был. Так что у Жени все было не так уж и плохо.

Мама давала ценные указания: сколько отрезать от рулона, как и куда мазать клей, как стыковать обои. Я размазывала валиком клей по стене, парни старались ровно приложить обои к стене, а мама энергично водила тряпкой по приклеенным обоям, выгоняя воздух.

Потратив выходной на благое дело, я была счастлива, хоть у меня и побаливала спина. Женька был доволен, что его не оставили один на один с его проблемами. Вечером ко мне заехала Дианка. Она завезла фотографии с дня рождения Ника по его просьбе. От чая она отказалась, сказала, что очень спешит. Даже лифт не стала дожидаться, решив, что по лестнице своим ходом доскачет быстрее. Разложив перед собой стопку фотографий, я села на диван и принялась рассматривать карточки. Ник, такой красивый, с такой обаятельной улыбкой. Хмурый Женька. Ребята, такие позитивные и радостные. А вот и та фотография, на которой мы были втроем: я в центре, а Ник и Женя по обе стороны от меня. Как ни странно, Женька на фото даже улыбался. Таких фотографий было две – одна более крупным планом, а другая в полный рост. Ту, что в полный рост я обрезала так, чтобы вставить в кошелек, а для другой решила купить красивую рамку и поставить ее на письменном столе. А пока я положила ее рядом с собой на подушку и лежала, рассматривая ее и водя пальцем по лицу Ника. Он звонил мне каждый вечер, спрашивал, как прошел день, задавал разные глупые вопросы. И мне казалось, что ему совсем не важно, что спросить и что услышать в ответ, главное – просто слышать мой голос.

***

Август выдался на редкость дождливым. Если днем светило солнце, то к вечеру обязательно небо затягивало тучами, и начинался ливень. Поэтому, когда сквозь сон, я услышала шум воды, я не удивилась. Но, когда почувствовала, что лежу на мокрой подушке, все-таки проснулась. Ощупав подушку, поняла, что мне не показалось. Я включила свет. Подушка была в крови. Рука, которой щупала подушку, тоже. Но голова нисколько не болела, что было странно при таком кровотечении. Я умылась холодной водой, испачканную подушку сбросила на пол и взяла другую. Утром по пути на работу занесла испорченную подушку на мусорку, отметив про себя, что ни луж, ни грязи не было. Значит, ночью не было дождя. Скорей всего за дождь сквозь сон я приняла шум в голове. Сегодня нужно поговорить с Вадимом Николаевичем – пусть возьмет кого-нибудь в наш отдел.

Но Вадим Николаевич своих позиций сдавать не хотел. По его мнению, мы с Женей прекрасно справлялись и без лишней единицы, которая была совсем не лишней.

- Вадим Николаевич, Вы же знаете, в октябре я опять лягу в больницу. Женя один не справится.

- Оксана же в прошлом году прекрасно справилась. Тем более Оксана была беременна, причем уже довольно сильно беременна.

- Оксана была гораздо опытнее Жени. Он не справится сам, а Костя ему не помощник. Возьмите пару толковых девочек без опыта работы.

- Одну девочку, - нехотя согласился Вадим Николаевич.

- И еще подумайте, пожалуйста, о возможности повышения Жени до заместителя начальника отдела.

Вадим Николаевич от моей наглости чуть не проглотил мятную карамельку, которую сосал по обыкновению. Он вскинул руки вверх и сказал:

- Томочка, Вы сегодня режете меня без ножа. То штат на одну единицу Вам увеличь…

- Вообще-то я просила на две, - пробубнила я, уставившись на поверхность стола, за которым сидела.

- …то Женю повысь, - продолжил он, игнорируя то, что я его так беспардонно перебила.

- Вы могли бы оставить ему ту же зарплату, хотя Жене в его сегодняшнем положении деньги не были бы лишними.

- Ну без повышения зарплаты, я еще подумаю. А девочку ищите. Светочке скажи, пусть даст объявления о свободной вакансии в агентства.

Через неделю, мы с Женькой, измученные ежедневными собеседованиями с соискателями на должность, все-таки нашли подходящую кандидатуру. Ей стала симпатичная кареглазая Вита, только в этом году окончившая юрфак. Нельзя сказать, чтобы она отличалась глубокими познаниями: были девочки, знающие больше ее. Но она выделялась живым умом, находчивостью и сообразительностью. Ко всему этому она была очень обаятельна. Женьку Вадим Николаевич повысил и даже сделал прибавку к зарплате в целую тысячу рублей, что было с его стороны невероятной щедростью. Свои обязанности я потихоньку перекладывала на Женю, а сама обучала Виту, чтобы в случае чего ребята могли справиться с любой ситуацией.

Так прошел месяц. Теперь в кабинете мы были втроем, пришлось немного потесниться. Поставили еще один стол рядом с Жениным. Зато Костя кайфовал один в просторном кабинете. Но чтобы жизнь ему медом не казалась, я поручила ему ведение архива. Бессмысленная, по сути, работа, но нужно же было чем-то занять человека. Женя с Витой сработались, и это меня радовало. Сегодня утром по пути на работу пришлось заскочить в суд, забрать исполнительные листы, поэтому я приехала ближе к полудню. Женька сидел за столом бледный, с покрасневшими глазами, на переносице наметилась скорбная складка. Рядом с ним, придвинув стул вплотную к его креслу, сидела Вита с безрадостным выражением лица.

- Жень, что случилось? Ты плохо себя чувствуешь? – поприветствовав всех и получив еле слышные ответы, встревоженно спросила я.

- Со мной все в порядке. Ник. Выполнял трюк на мотоцикле и разбился, - слова звучали будто со стороны, словно из какой-то параллельной реальности, они просто не могли быть правдой.

Ноги подкосились. Хорошо, что я стояла возле своего стола. Пришлось до боли вцепиться в край столешницы, чтобы не упасть. В ушах гулко зазвенело. Как-то отстраненно, словно это совсем и не я, видела, как резко подскочила Вита, а следом за ней и Женя. Женя в пару прыжков оказался возле меня и зачем-то тряс меня за плечи. Его губы шевелились, но что он говорил, из-за гула в ушах я не слышала. Вита протягивала мне стакан воды и таблетку.

- Тома, он живой! У него сильное сотрясение и переломы, но он живой, - прорвался сквозь шум в голове его голос.

- Он в больнице. С ним все будет хорошо. О нем позаботится мамин друг, - Женя чередовал слова шлепками по моим щекам.

Живой. Это главное. Он вылечится. Все с ним будет в порядке. Я чувствовала, как самообладание возвращается ко мне.

- Перестань хлестать меня, - я взяла стакан из рук Виты и запила таблетку. – Я завтра вылечу в Москву.

- У нас на этой неделе серьезный процесс, - робко возразил Женя.

- Я уверена, вы с Витой замечательно справитесь. А не справитесь – так будет вам уроком, что нужно лучше готовиться, - я села в свое кресло.