Развилка (СИ), стр. 87

Советские войска захватили более сорока тысяч пленных и богатые трофеи, о чем сразу же был оповещен весь мир. Доктор Геббельс в свою очередь сообщил об очередном "выравнивании линии фронта" и тактическом отступлении. А небольшие немецкие соединения, которые находились в Сталинграде, 531-й Калмыцкий кавалерийский (охранный) корпус и остатки разбитых румынско-венгерских дивизий откатились к Черному Яру, Цаце и Котельниковскому. После чего самым разумным и легким вариантом для Рокоссовского могло стать продвижение вдоль Волги на юг, к Астрахани и Каспийскому морю с дальнейшим выходом к предгорьям Кавказа. Догонять разбитого врага, брать новых пленных и отвоевывать потерянные в прошлом году районы не так уж и сложно. Меньше потерь и виден результат. Но Ставка Верховного Главнокомандующего настояла на генеральном плане, который заключался в том, что Донской фронт за один месяц дойдет до Новочеркасска и Ростова, а в дальнейшем вернет контроль над Ростовской областью и захватит Таганрог. А освобождением Астрахани займется Юго-Восточный фронт генерал-лейтенанта Власова.

Спорить со Ставкой Рокоссовский не решился. Перед войной он успел посидеть в тюрьме НКВД, где "почетный чекист" Лев Заковский лично выбил ему несколько зубов, сломал три ребра и пальцы ног. Поэтому командующий фронта смирился, хотя немного схитрил. Рокоссовский слегка изменил направление основного удара и перевел механизированные корпуса на левый флаг, решив атаковать не Калач-на-Дону, а форсировать Аксай Курмоярский и захватить Котельниковский. А уже от него поворачивать на Ростов и Новочеркасск.

Тем временем, пока армии Донского фронта добивали попавших в окружение немцев, венгров и румын, а затем брали Сталинград и подтягивали к фронту основные силы, в Морозовске происходило формирование 1-й Русской армии. Первоначально ее хотели назвать Русско-казачьей, но командование РОА проявило в этом вопросе принципиальность. "Русская и только Русская, никакой другой быть не может" - с подачи белоэмигрантов, которые по-прежнему видели в казаках самостийников и втайне завидовали им, сказал генерал Трухин, и Петр Николаевич Краснов это принял. Пусть будет Русская, пока это не принципиально. Особенно на фоне того, что основная угроза от наступления большевиков исходила для Доно-Кавказского Союза, а не для Крыма, где белоэмигранты пытались реставрировать Русское государство.

Итак, 1-я Русская армии. За два неполных года войны РОА стала представлять из себя значительную силу, а где сила, там и влияние. Казаки тоже смогли собрать, вооружить и подготовить крупные боевые подразделения. Но русских было больше, и опять Краснов пошел на уступки. Командующим армии был назначен генерал-лейтенант Туркул. А состав армии на начальном этапе выглядел следующим образом:

1-й пехотный корпус РОА. Переброшен из-под Воронежа. Состав: 2-я, 3-я и 4-я пехотные дивизии, 1-й отдельный танковый батальон, два артполка корпусного подчинения и ряд вспомогательных подразделений. Командир - генерал-лейтенант Михаил Федорович Скородумов

2-й пехотный корпус РОА. Прибыл из Киевского военного лагеря. Состав: 1-я, 5-я и 7-я пехотные дивизии, три артполка корпусного подчинения и вспомогательные подразделения. Командир - генерал-майор Борис Алексеевич Смысловский.

4-й сводный корпус РОА. Свежее формирование из одной пехотной бригады Бискупского, которая создавалась на Дону, десяти полицейских и охранных батальонов из Воронежской области, 1-го гвардейского батальона полковника Сахарова и 2-го отдельного танкового батальона. Командир корпуса - генерал-майор Александр Николаевич Черепов.

1-й казачий корпус ДКС. Состав: 1-я Донская казачья дивизия (бывшая 1-я казачья кавалерийская дивизия Вермахта), 1-я Кубанская казачья дивизия, Отдельная казачья бригада ОСНАЗ и артиллерийский корпусной полк. Командир - генерал-лейтенант Евгений Иванович Балабин.

2-й казачий корпус ДКС. Состав: 102-я Донская казачья дивизия (бывшая 102-я Донская казачья бригада Вермахта), 1-я и 2-я Сводно-казачьи пешие бригады, Сводно-казачья кавалерийская бригада из охранных станичных сотен и Сводная пехотная бригада из восьми батальонов ШУПО и ШУМА. Командир - генерал-майор Дмитрий Алексеевич Силкин.

ВВС в подчинении армии: шесть истребительных, две бомбардировочные, одна разведывательная и одна авиатранспортная эскадрильи. Плюс один парашютно-десантный батальон полковника Валентина Беринга и два зенитных дивизиона. Командир сводной авиационной группировки - генерал-майор Вячеслав Матвеевич Ткачев

Общая численность личного состава и материальная часть армии: 125 тысяч солдат, казаков и офицеров, 760 автомобилей, 127 бронемашин, 67 танков, 340 артиллерийских орудий, 620 минометов и 110 самолетов.

Кроме того, ожидались подкрепления. В течение семи дней 1-я Кавказская казачья дивизия Андрея Григорьевича Шкуро, которую перебрасывали из Азербайджана. В течение девяти дней 3-й пехотный корпус Владимира Владимировича Крейтера из Рославля. В течение двенадцати дней Херсонская дивизионная группа "Фон Панвиц" из донских и малороссийских казаков, которую Вермахт решил передать союзникам. А помимо того в тылу, на территории Доно-Кавказского Союза, спешно формировались новые подразделения: 2-я Донская казачья дивизия Быкадорова, 2-я Кубанская казачья дивизия Соломахина и Терская казачья бригада Кулакова. Это не считая станичных охранных сотен, батальонов ШУМА и ШУПО, военных флотилий и полиции. Ну и, конечно, новые части создавала Русская Освободительная Армия, которая переносила главный учебный лагерь из окрестностей Киева в Крым и организовала еще один крупный учебный центр в Локотском округе Брянской области.

Как обычно, все делалось в спешке. Требовалось проводить тактические и штабные учения. Имелась нужда в боеприпасах, средствах связи, ГСМ и медикаментах. Но обстановка на фронте постоянно изменялась. И когда армии Донского советского фронта, 1-я гвардейская, 4-я и 5-я танковые, от Сталинграда устремились на Котельниковский, германское командование потребовало от союзников срочно занять оборону вдоль Аксая Курмоярского и остановить большевиков. Возражать немцам было бессмысленно, они продолжали диктовать условия, и генерал Туркул отдал корпусам 1-й Русской армии боевой приказ.

От Морозовска до Котельниковского, в котором уже находились две румынские дивизии, не так уж и далеко. Однако в вопросе передислокации войск большую роль играла пропускная способность грунтовых дорог между этими населенными пунктами и состояние переправ через Дон. А с этим сразу, несмотря на лето, возникли проблемы. Войска следовало перебросить как можно скорее, пока большевики не форсировали реку и не захватили Котельниковский. По этой причине в авангарде Русской армии двигались оторванные от корпусов моторизованные, танковые и кавалерийские соединения. Они шли сплошным потоком, забив все дороги, а за ними двигались пехотинцы и тылы. Очень удобная мишень для авиации, особенно с учетом того, что немцы сначала прикрывали собственные дивизии, а только потом союзников, и "сталинские соколы" не могли этим не воспользоваться.

В небе появилась советская авиация и здесь она впервые встретилась с летчиками РОА и ДКС. В радиоэфире стоял отборный русский мат. На землю летели сбитые "ишачки", "лагги", "яки", "илы" и "миги". С обеих сторон одни и те же самолеты, разница только в опознавательных знаках, красных звездах и Андреевских крестах. Очень скоро командование 16-й воздушной армии Донского фронта осознало, кто прикрывает противника, и, отозвав бомбардировщики, бросило на "предателей" лучшие эскадрильи истребителей. Но к этому моменту русские и казаки, потеряв двадцать три и сбив двадцать девять самолетов, ушли на свои аэродромы, зализывать раны.

Советские бомбардировщики, опасаясь попасть в ловушку, временно не летали. Поэтому к вечеру 16-го июня передовые части 1-й Русской армии, не понеся серьезных потерь, вошли в Котельниковский и начали рассредоточение вдоль водной преграды. А следующим утром на правобережье появились советские механизированные и танковые соединения. Они сходу форсировали Аксай Курмоярский в нескольких местах и попытались развить успех.