Кровные узы - самые крепкие (СИ), стр. 32

— Ну и напугала же ты нас, дорогая, — я услышала голос Скаут. — Будь сильной, Иви, ты сможешь, я верю, прошу, будь сильной и вернись к нам…

— Ив.

От этого голоса я будто бы вздрогнула. Это был голос Дэвида.

— Не оставляй меня.

Его голос словно резал тишину, я чувствовала, как мое сердце колотится всё чаще, а может быть, просто слышала звук аппарата.

— Прошу тебя, только не оставляй меня.

Это было единственным, что он успел сказать, я почувствовала холодное прикосновение губ к моему лбу, в тот же момент я открыла глаза и судорожно вдохнула. Первым, что я увидела было его лицо, обеспокоенное, бледное, усталое, но улыбающееся.

— Слава Богу, — выдохнул он. — Я уж и впрямь подумал, что ты сдалась.

— Дэвид, — сипло произнесла я и поднялась на локтях.

— Тише, тише, не двигайся, у тебя вообще-то пуля в груди была, если ты забыла, — усмехнулся он, укладывая меня назад.

Я потянулась к нему, он наклонился и осторожно обнял меня. Я почувствовала его тёплые руки, знакомый запах, его дыхание на моей шее и сама не поняла, как начала плакать. Я и сама не знала, от чего, наверное, от радости, что снова вижу его, потому что боялась больше не увидеть никогда.

— Дэвид, — проревела я, не зная, что еще ему сказать, он погладил мои волосы.

— Всё будет хорошо, Иви, ты поправишься, — он улыбнулся ободряюще, но где-то в глубине души, я видела, он был сломлен. — Скажу Грейси, что ты пришла в себя, они там чуть с ума не сошли.

— Дэйв, — позвала я. — Лассетер…

— Он мертв, — прервал меня Дэвид. — Не говори мне о нём, я слишком сильно ненавижу его пока что.

— А Джек? — спросила я.

— О, он, кажется, здесь, — ответил Дэвид. — У него не лучшая ночь, он потерял отца и едва не потерял любимую девушку, так что… он немного расстроен.

Я вздохнула.

— Дэвид, — снова остановила его я. — Ты спас мне жизнь, спасибо тебе.

— Не надо говорить этого, Иви, я едва не опоздал с твоим спасением, — проговорил он.

— Если бы не ты, я бы была мертва, — закончила я. — Ты — мой герой.

Я улыбнулась и погладила его по руке, он усмехнулся мне в ответ, снова поцеловал меня в лоб и вышел в коридор. Спустя секунду в мою палату вбежала целая толпа, Грейс и Игрейн, обе ревели, обнимали и целовали меня, Винс, улыбающийся, хоть и на лице его была очень тяжелая печать. Когда мои родственники унялись и пошли за врачом, со мной осталась Габриель. Она села на краешек моей постели и молча посмотрела на меня.

— Ты молодец, — наконец, сказала она.

— Ты так яростно приказала мне не умирать, что я просто не смогла бы, — улыбнулась я.

Она усмехнулась.

— Габриель, ты волновалась за меня? — спросила я.

— Вот еще, — фыркнула она. — Мне жалко Дэвида, хватит с него одной мертвой сестры.

— Тебе не плевать на меня, — снова улыбнулась я.

— Слушай, — она сердито повернулась на меня, но тут же смягчилась. — Ладно, мне не плевать. Ты же моя сестра, — протянула она, — а значит, я должна тебя любить.

Я засмеялась, насколько это было возможно.

— Но я всё это буду отрицать, ясно? — пригрозила Габриель, а затем улыбнулась. — Я слышу посетителя, — прошептала она. — Поправляйся, Айова.

***

Она выскользнула из палаты, а через пару секунд в нее заглянул Джек. Он посмотрел на меня и выдохнул.

— Я, — неуверенно начал он, — могу войти?

— Конечно, — кивнула я, распутывая капельницу на руке. — Садись.

Он сел на то место, откуда только что встала Габриель. Я взглянула на его лицо, искаженное болью, очень усталое и измученное.

— Как ты? — шепотом спросила я, тронув его руку.

Он помотал головой, поджав губы.

— Иви, прости меня, — он поднял глаза на меня, скользя взглядом по моему лицу. — И моего… отца тоже.

Я поднялась на локтях, превозмогая боль.

— Не надо извиняться, Джек!

— Не вставай, — остановил он меня.

— Всё нормально, — я тронула его щёку, — твой отец не виноват, что слетел с катушек, это был… не он.

— Это уже давно был не он, — качнул головой Джек, смотря в пол. — Еще когда умер дедушка… отец тогда стал совсем другим, развелся с мамой, уехал в столицу, стал носить оружие, совсем изменился, — он потер переносицу. — Он едва не убил тебя, Ив.

— Не думай об этом, тебе и так тяжело, и это я должна извиняться, он ведь погиб из-за меня, — простонала я, гладя Джека по щеке. Он взял мою ладонь. — Прости меня за это, я сочувствую твоей утрате.

— Я чувствую себя очень плохо даже не из-за того, что он умер, — он поднял глаза к потолку. — А из-за того, что не знаю, что теперь будет.

Он посмотрел мне в глаза.

— Теперь кто-то из нас слетит с катушек вслед за отцом? А если я сам нападу на тебя? Больше всего я не хочу причинять тебе боль, Иви, — хрипло произнес он.

— Ты не причинишь мне боли, — я снова обняла его и поцеловала в висок. — Ген охотника активируется по старшинству, так что если кто и одичает, это будет Калеб.

— И что тогда будет с Калебом? Он тоже свихнется и начнет охотиться на Дэвида и тебя, — он закрыл лицо рукой, — а потом он тоже погибнет? Я не смогу этого пережить, Иви, он ведь мой брат, — Джек едва не взвыл. — Вся моя семья развалится на части.

— Этого не произойдет, Джек, — я оперлась на руку и обняла его второй. — Он не станет таким, как отец…

— Ты не должна вставать, — просипел он. — Начинай себя беречь, если охота начнется опять, неизвестно, что произойдет с тобой снова.

— Я сильнее всего этого, — уверенно ответила я, гладя его по волосам. — И ты тоже сильнее, в тебе столько добра, ты сможешь это пережить.

Он обнял меня очень осторожно и поцеловал мои волосы.

— Всё пройдет, Джек, всё будет хорошо, боль твоей утраты утихнет, я поправлюсь, — шептала я, гладя его по плечу. — Прошу тебя, только держись.

Целую ночь кто-то носился по коридору, мешая мне спать, а наутро меня разбудил звонок Элизы, она, плача, расспрашивала меня, как я. Я успокоила её, передав то, что сказали мне врачи: пуля не задела органы, я скоро поправлюсь, если буду осторожна.

— Это ужасно, я больше никогда не уеду из города, Иви, — проревела она.

— Я очень скучаю, Лиз, — проговорила я сиплым голосом.

— И я скучаю, — она шмыгнула носом, — потерпи пять дней, я прилечу, и сама перебью всех этих придурков Лассетеров!

Я рассмеялась впервые за последние сутки, разговоры с Элизой всегда поднимали мне настроение.

— Теперь Бен мертв, и мы можем вдохнуть полной грудью, пока Калеб не трансформировался в машину для убийства, — хмыкнула я.

— Я покажу ему, как трансформироваться! — на том конце провода Элиза была полна решимости не позволить Калебу стать психопатом, — вот увидишь, Иви, больше ни один Лассетер тебя и пальцем не тронет!

Я поспешила попрощаться с ней, потому что в мою палату вошла Грейс. Я положила телефон, медсестра переставляла мне капельницу, а Грейси, дождавшись, когда она уйдет, тихо проговорила:

— Милая, ты должна рассказать мне, что произошло.

— О, нет, прошу, забудь об этом, — перебила я.

— О чем ты, — она одернула меня. — Бен погиб, в тебя стреляли, ты чуть не умерла!

— Грейси, — я взяла ее за плечи. — Это был Бен, это он стрелял в меня, — произнесла я шепотом, — и он уже наказан за это.

— Что? — глаза Грейс округлились. — Но зачем он в тебя стрелял?!

— Он был помешан на своей охоте, совсем сошел с ума, решил, что я — вампир, — ответила я.

— Мы должны сообщить… — начала она.

— Мы никому не сообщим, — оборвала я. — Грейси, он наказан.

Я многозначительно посмотрела на неё.

— Наказан?.. Подожди… это Дэвид убил его? — одними губами произнесла она. Я прижала палец к губам и медленно кивнула, Грейс охнула.

— Теперь ты понимаешь? Если ты сообщишь в полицию, Дейва посадят в тюрьму. Ты никому ничего не должна говорить.

Грейс несколько секунд пораженно моргала, а затем медленно качнула головой.

— Иви, — она тронула меня за плечо, — я не знаю, что происходит у вас там, но… мне всё это не нравится. Я думала, Дэвид хороший парень.