Варяг (СИ), стр. 65
— Тревога! Свет! — тут же стал я отдавать приказы. — Осмотреться на палубе! Обо всём странном доложить!
Сам я, подскочив к Ждуну, что вскочил на ноги с моим штуцером руке, забрал его и, подойдя к борту прислушался. Было слышно, как шелестел камыш метрах в восьми от нас. Не от ветра шелестел, тот так не шумел при ветре. На палубе стало шумно, просыпались те кто спал, тут же слышались удивлённые возгласы. Некоторых не могли добудиться, конкретнее из шести что спали, только Млад проснулся и ещё один мальчишка. Более того двое из бедствующих арбалетчиков не смотря на свою смену тоже умудрились уснуть и спали где стояли. Один из них был командиром. Матросы так все спали.
— Пищу и воду не трогать, — тут же скомандовал я, после чего повернулся к Храбру, который пытался успокоить людей и навести порядок. — Вот это действия нормального диверсанта. Кстати, продолжайте приглядывать за водой вокруг, сейчас самое удачное время для нападения.
Почти сазу послышался мальчишеский крик:
— Два судна идут, спускаются к нам выше по течению.
— Всех сонь ко мне в каюту, чтобы не мешались! — тут же рявкнул я. — Собрать их оружие и осмотреть.
Моё предположение подтвердилось при смотре. Два кавалерийских ружья было испорчено. Правда не варварски, Млада хорошо знакомый с этим оружием, снял замки и их так и не нашли. Видимо тот их забрал с собой. Ничего, поквитаемся. Не смотря на шум вокруг, я чутко прислушивался к камышу и когда кто-то стал пробираться по нему, вскинув штуцер, выстрелил на звук. Судя по негромкому вскрику, попал. Хороший такой вскрик был, жалостлиый.
Нас осталось пятеро, я с Храбром и Жданом, один казачок из арбалетчиков и один из стрелков. Те распределили оружие между собой, чтобы стрелять не залпом, не кому уже было, а поочерёдно, перезаряжать не надо, всё равно не успеют, свободного оружия хватало. Пушка была в порядке и это самая приятная новость. Пока оба судна подходили, Храбр, провёл краткий опрос тех, кто не поддался дурману. Выяснилось, что те не пили из общего бочонка с питьевой водой, своими флягами пользовались. Снаряжая своих бойцов, я и фляги заказал. Путь они деревянное, но главное были.
— Хорошо, что не отрава. Видимо, в полон забрать хотели, — пробормотал я, прицеливаясь из пушки в судно, что вырвалось вперёд.
На носу толпилась кучу народу. С десяток так точно. Когда грохнула пушка, осветив на миг всё вокруг, картечь просто снесла абордажников с первого ушкуя, а оба судно как я рассмотрел при вспышке выстрела, были именно ушкуями. Видимо старые знакомые. Интересно кто из них пострадал при раскопках моего «тайника»? Как бы то ни было я метнулся к кулевринам, что стояли по бокам, они были в порядке, их я так же проверил. Видимо Младу, или кто там укрывался под этим именем, я не дал возможности вывести всё огнестрельное оружие из строя, совсем чуть-чуть времени ему не хватило.
Пока бой вело дальнобойное оружие, при том что до ближайшего ушкуя оставалось метров двадцать. Повезло, что в облаках появилось на миг «окно» и мы бандитов рассмотрели рано, успев подготовиться. Вон Ждан лично хватая спавших казачат за шкирки уносил их в мою кормовую каюту, убрав их, чтобы под ногами не мешались, пока два казачата проверяли оружие и приводили его к бою. Храбр очищал палубу от всего, что там было, включая одеяла, чтобы не мешалось. Матросов затащили в кубрик с продовольствием, еле запихали, места не хватало. На месте где спал Млад, мы нашли и его кожаную защиту и пояс с саблей, теперь понятно как он выплыл, налегке был.
Грохнула кулеврина и сноп картечи прошёлся по палубе второго судна, откуда раздались крики боли и ярости, Почти сразу Храбр поменял кулеврину в держателе на свежую, вторую. Я снова прицелился и выстрелил по второму более крупному ушкую. Там как раз столпилось большая часть команды, грозя нам карами, так что мой выстрел пробил в их рядах изрядную брешь. Больше выстрелить мне не дадут, тут и пушки разряжены, и первый ушкуй своим корпусом собрата закрыл.
— Горазд, огнь, — скомандовал я казачку-стрелку, которого не свалила сонная одурь.
Хлопнул выстрел, и картечь из ружья прошлась по палубе и щитам, которыми закрылась бандиты. Некоторых снесло с ног, и почти сразу в брешь ударило два выстрела картечью, нанося серьёзные потери нападающим. Тут и Горазд успел подхватить второе ружьё и Ждан стрелял из такого же. Почти залп получился. Сам я в этом деле не участвовал, хотя даже Храбр успел дважды выстрелить из арбалета, причём оба раза на удивление точно. Я занимался другим делом, китайской шутихой купленной на торге и слегка доработанной мной. Самой настоящей, её ещё фейерверком зовут. Мне нужен свет, и я собрался его добыть. С шумом и треском ракета начала взлетать, освещая всё вокруг. Мои все были предупреждены поэтому не смотрели вверх, более того плотно закрыли глаза, поэтому когда фейерверк наверху сработал освещая всё вокруг нестерпимо-яркой вспышкой света, те кто смотрел наверх на время ослепли, что нам и было нужно. Снова ударили выстрелы и защёлкали тетивы арбалетов и снова донеслись крики боли и тупые удары наших метательных снарядов по суднам бандитов. На первом ушкуе уже все были выбиты, двух последних, что всё ещё стояли на ногах снял Ждан одним выстрелом, похоже разрядив таким способом последнее заряженное ружьё. Горазд присев, укрывшись за бортом, в полной темноте уже старался зарядить хоть что-то, а он умел это делать, обучал я такому. Однако руки у него тряслись от горячки боя, так что не думаю, что будет толк. Всё же перезаряжаться в тренировках, и во время такого боя, это разные вещи. Тем более бандиты по нам также стреляли. Две стрелы были в щите Храбра и аж три у Ждана, сколько в бортах не скажу, при свете дня посмотрим. Хорошо мои казачата, хорошо заинструктированные, над бортом не показывались, они не лучники, могли стрелять лишь слегка высовываясь, что и делали. Это старым воинам такая манера вести стрельбу была непривычной, вот и нахватали стрел на щиты. Впредь умнее будут. Ладно хоть пока раненых не было, но на нас уже надвигался второй ушкуй, где команда лишь наполовину была выбита, так что бой не закончился.
Сам я наблюдал за этим краем глаза, так как добежав до кормы метнул в малый ушкуй верёвку с крюком, это чтобы течение не унесло наш трофей. Терять его я не планировал. Крюк хорошо закрепился, так что ушкуй, разворачиваясь на верёвке, та была привязана к моему баркасу, сменив направление дрейфа, влетел в камыш и там встал. Ну а я, прикрываясь щитом, побежал к носу, где, похоже и произойдёт касание моего баркаса и большого ушкуя. Между прочим, этот ушкуй был не намного меньше моего судна. Он тоже являлся морским, в отличие от малого собрата, чисто речного судна.
Горазд сообразив, что с перезарядкой вряд ли что получиться, присоединился к арбалетчику, этим оружием он также более-менее владел. Да он всем владел так-сяк. Тренировки только начались, с большей частью оружием познакомиться успел и только, но вот арбалеты всё же знал, так что щёлкали тетивы у четырёх арбалетов. Когда ушкуй, наконец, ударился о борт нашего судна, отчего его сотрясло, то к нам с рёвом полезли бандиты. С два десятка уцелело их. С учетом, что изначально было около пятидесяти, очень неплохой результат. Перезарядиться успели только двое, вложив в арбалеты болты, так что упали двое бандитов, ну а дальше уже моя работа, иначе снесут. Можно было и шашками помахать, я был только за, ещё бы, такой замес для практического опыта, но я был не совсем готов к этому физически, рана давала о себе знать, так что, достав револьверы, я с двух рук открыл прицельный огонь. Стараясь не всаживать две пули в одного бандита, чтобы каждому досталось по одной. Подранков и старые воины добьют, главное хоть как-то вывести большую часть из строя, чтобы тем легче было. Оказалось, даже перевыполнил план, и старикам остались крохи. Так что всё снова заволокло дымом сгоревшего пороха, сносимым лёгким ночным ветерком. Однако такая прицельная стрельба дала и положительные результаты, нос баркаса даже чуть присел заваленный десятком тел бандитов, ну а остальных выживших встретили на мечи Храбр и Ждан, пока я быстро перезаряжал это своё скорострельнее оружие, благо запасные барабаны были в котомке, а оба наших казачка арбалетами поддерживали старших воинов.