Денег нет, но ты держись! (СИ), стр. 40

- Конечно, купцы будут очень недовольны, но заплатят, куда денутся. А то как-то неправильно получается! Не государство, а проходной двор, - иронично заметил дядя, сворачивая карту.

- Хорошо, а как мы это сделаем? - поинтересовалась я, - Есть большая доля вероятности, что деньги с купцов просто не дойдут до сокровищницы. Кто-то должен следить за этим! И желательно, зная местные нравы, чтобы за теми, кто следит, установить дополнительную слежку.

- Не усложняй, моя дорогая, - ответил дядя, разворачивая карту Арианона, - Это будет намного проще сделать, чем ты думаешь.

- Как по мне, так это очень рискованно. Если местный царек... ну я имею в виду того, кто владеет этими землями, будет ставить нам палки в колеса, то у нас ничего не выйдет! - возмутилась я.

- Не будет, моя дорогая. За это я могу поручиться, - рассмеялся демон, - Неужели ты не догадалась?

- Это твои земли? - высказала я свое предположение, понимая, что придется делиться.

- Да. От сих, - демон провел пальцем по карте внушительное, по меркам Арианона, расстояние, - до сих.

- И вот этот лес тоже твой? - поинтересовалась я, тыкая пальцев в карту.

- Частично. Опережая вопрос. Залив тоже. А если тебе угодно точно знать границы моих владений, то от этого камня до вот этой елки, если быть предельно точным, то до этой.

Я прыснула, а потом ткнула пальцем на еще одну дорогу, ведущую на север страны.

- Это чьи земли?

- Здесь начинаются земли барона Оселота. Он больше всех будет возмущен столь явной несправедливостью, вот увидишь, - дядя зевнул, свернул карту и бросил ее на стол, - Но этой дорогой давно не пользуются. Ее называют «старый тракт». Она идет через лес и болота, поэтому рисковать никто не станет. Даже самые ушлые торговцы предпочитают расстаться с деньгами, а не с жизнью.

- А если они все-таки решат доставлять товары морем? - поинтересовалась я. Нет, ну надо просчитать все варианты. Мало ли, а вдруг жадность возьмет верх над здравым смыслом?

- Не решат. Когда-нибудь я расскажу тебе, как заработал свое состояние и обзавелся широким кругом знакомых... - нехорошо улыбнулся дядя, - Так что про море даже не думай. Они не станут рисковать. Если ты согласна, то мы пишем приказ, прибиваем его на пограничном посту и в течение оставшегося времени просто ждем. Завтра утром нужно будет его озвучить. Сразу после этого я забираю второй экземпляр и отправляюсь к себе, дабы лично проследить за его исполнением. А теперь оговорим мою прибыль. Ровно половина от поступлений идет мне в карман.

- А это не наглость? - возмутилась я, понимая, что платить все равно придется.

- Отнюдь, дорогая моя. На меньшее я не согласен, - вздохнул дядя.

«Я мзду не беру! Мне за державу обидно!» - вспомнилась мне принципиальность одного таможенника. «А я возьму. Именно по той же самой причине!» - мысленно вздохнула я.

- Хорошо. Я согласна. Давай составлять бумагу. Писать будешь ты или я? - поинтересовалась я, доставая чернильницу и стопку чистых листов.

- Ты. Только пиши разборчивей. Мы сделаем несколько экземпляров, - дядя присел рядом со мной за стол, и мы стали сочинять приказ, который завтра вызовет бурю негодования. Мы установили пошлину на все товары, дополнительный налог на количество обозов, налог на провоз товаров в ночное время суток. Так же мы установили наказание в виде конфискации всех товаров в пользу короны за контрабанду. Кто-то очень сильно разозлится, узнав о нашем ночном законотворчестве.

«Царь, великий князь...» - мелькало у меня в голове, когда я печатными буквами, словно первоклашка, выводила приказ. Под конец я стала писать прописью. Получалось коряво, но кто виноват, что у меня такой почерк? Я сто лет уже не писала ничего от руки. Такое чувство, будто я делаю это впервые...

- Не пойдет. Это же государственная бумага, а не письма возлюбленному. Давай я,

- демон сел переписывать указ, а я держала свечку, чтобы было лучше видно. Крупным, ровным почерком, тщательно вырисовывая каждую букву, дядя переписывал приказ. Таким почерком только открытки подписывать!

- Это что за буква? - поинтересовался демон, рассматривая мои каракули.

- «и» - скромно пояснила я, понимая, что буквы «к», «и» и «н» у меня заменены одной универсальной закорюкой, - Никому не дозволено взымать...

- Никогда бы не догадался! А полуграмотные торговцы подавно! - возмутился дядя, - В том мире, откуда ты, все так пишут?

- Ну... эм... большинство... - замялась я, понимая, что объяснять ему принцип деловой корреспонденции, набранной на компьютере и отосланной посредством электронной почты, дело долгое и неблагодарное.

Последнее слово было дописано, последняя точка была поставлена. Приказ готов.

- И что теперь? - поинтересовалась, глядя на два экземпляра приказа, - Мне нужно где-то подписываться?

- Принцесса Юстина ограничивалась крестиком, а ты можешь полностью написать «Принцесса Юстина из династии Тилдор, дочь седьмого правителя Арианона, короля Редмонда» и поставить какую-нибудь закорючку, - зевнул дядя, потягиваясь, - А теперь доставай свой фамильный перстень. Сейчас я научу тебя правильно ставить печатку.

Дядя извлек из кармана палочку, смахивающую на жевательную конфету, расплавил ее над свечой и поставил смачный ляп на бумаге. Я, вспоминая исторические фильмы, прижала перстень к ляпу и получила вполне аккуратную печать. Завтра всех ждет новый сюрприз. Какие же мы молодцы! Точнее он - молодец, а я так, свечку держала...

***

Утром торжественно, как этого требовала традиция, я озвучила приказ перед всеми собравшимися. Я, конечно, была готова к явному недовольству, но чтобы на меня обрушилась целая волна возмущения, никак не ожидала. Судя по их лицам, они явно рассчитывали, что им что-то обломиться, но грамотно составленная бумага вместо «обломится» предлагала им обломаться. На этой сделке заработаем мы, а не они. Бароны, маркизы и прочие сэры, разумеется, понимали, откуда у этого приказа растут ноги, но вопросы возникли только у барона Оселота. Для него мы предусмотрели отдельную губозакатывательную машинку в виде «перекрытия старого тракта» по причине «небезопасности». Дядя лично пообещал, что пустит слух о том, что в лесах орудуют разбойники, дабы отпугнуть отчаянных от необдуманного шага в обход закона.

- Я так понимаю, что теперь у нас приказы издаются без всеобщего обсуждения? Ночью, под одеялом? Покойный король во всем полагался на мнение своих достопочтенных министров, а его неблагодарная дочь считает, что обойдется без совета министров и довольствуется мнением любовника! - заорал барон Оселот, понимая, что вчера ночью, когда он мирно спал, его ограбили одним росчерком пера, - Мало того, что она запятнала свою честь кровосмешением, так еще и пытается поссорить нас с Империей! Мы все прекрасно понимаем, что она лишь марионетка в руках Эссена! Достопочтенные господа! Неужели мы готовы терпеть это? Дочь нашего покойного короля, последнюю представительницу династии Тилдор, используют, как марионетку!

Я мысленно сосчитала до пяти и ответила, стараясь выглядеть спокойно:

- Успокойтесь, барон. Это решение приняла я. Я забочусь в первую очередь не о своем кармане, а о нашем государстве! Срок, отведенный нам уже на исходе. Через две недели нам придется заплатить дань! И если мы этого не сделаем, то быть войне! Вы готовы к войне? Я не хочу, чтобы мои земли разоряли, моих подданных убивали! А если вы считаете, что я поступаю неправильно, то, будьте так любезны, предложить другие варианты? Я их с удовольствием выслушаю. Или достопочтенные министры готовы пожертвовать своими деньгами, чтобы спасти наше государство от неминуемой гибели и порабощения?

В зале стояла тишина. Делиться тем, что было нажито непосильным трудом, никому не хотелось.

- Все прекрасно видят, кто нагреет руки на этой сделке! - не унимался барон Оселот, расхаживая передо мной. Остальные разумно воздерживались от высказываний в мой адрес, хотя судя по их лицам, давалось им это с большим трудом. Еще бы, по их мнению, я залезла к ним в карман! Не дала заработать! Бедным, несчастным землевладельцам не дала урвать себе лакомый кусок. Какая жалость!