Денег нет, но ты держись! (СИ), стр. 36

- Потом на мне отыграешься, а пока жуй. Если будешь следовать моим рекомендациям, то быстро поправишься! - заметила я, мысленно выдыхая. Если бы это было что-то серьезное, то вряд ли у него хватало сил возмущаться. Но радоваться рано. К вечеру температура снова может подняться.

- Джоан, принеси поесть. Только нормальную еду, а не то, что мясник там рубит! Ты ведь знаешь, что там нормальное, а что нет. И посмотри, выполняют ли они мой приказ! - попросила я. Джоан с радостью выбежала и закрыла за собой дверь.

- Я вижу, что ты воспользовалась моей слабостью, и уже нашла себе служанку! - заметил дядя, рассматривая петрушку.

- Да. Это - немая воровка с кухни, - ответила я, улыбаясь. Нет, демон поверженный ОРВИ не так страшен, как казалось на первый взгляд.

- Отличный выбор, - заметил дядя, приподнимаясь на подушке, - Кстати, как поживает наш дорогой друг - философ?

- Живой. Правда, он мне надоел. Постоянно канючит деньги. Может быть его выгнать отсюда? - спросила я, задумавшись над такой возможностью.

- Пусть ходит, канючит... Проку с него маловато, да и вреда никакого, - улыбнулся демон, пробуя петрушку на зуб, - Только ты с ним осторожнее. Наш философ не так -то прост, как кажется на первый взгляд.

- Как по мне он просто - лентяй! - воскликнула я, мысленно радуясь, что еще немного и пациент, вопреки ужасным прогнозам выздоровеет. Эту беду пережили. И, слава Богу!

Глава тринадцатая. Битва престолов или  в долгах, как в шелках…

^{«Карточный долг, товарищи, это – дело чести!»}

Ухудшение наступило внезапно. Я уже была почти стопроцентно уверена в благополучном исходе, как к вечеру четвертого дня мой дядя решил умирать. Причем решил он бесповоротно и окончательно, обидевшись на весь несправедливый мир в моем лице. Я проверила температуру. Если она и была выше моей, то явно не настолько, чтобы бежать за духовником. Я снова  наполнила бокал теплым отваром клюквы и предложила дяде не упрямиться и выпить.  Пока что из симптомов оставалась слабость и кашель.

- Нет! – категорически заявил пациент, подавляя приступ кашля и закатывая глаза, - Я отказываюсь! Мне проще умереть, чем пить эту дрянь! Принесла бы лучше вина!

И тут мне в голову пришла гениальная идея! Глинтвейн. Правда я сомневаюсь, что здесь найдется корица и прочие специи, но медом и красным перцем разжиться можно. Я видела сушеный перец на кухне. Через десять минут появилась Джоан, поставив на стол графин с вином,  горшочек с медом, а потом, немного повертев в руках и недоумевая, для чего он мне нужен, стручок красного перца. Я молча опрокинула графин с  вином в пустой котелок, добавила туда мед и красный перец. Все это я поставила на огонь. Джоана смотрела с плохо скрываемым любопытством.

- Хорошее средство от кашля, - заметила я, помешивая напиток ложкой. Готово. Я попробовала горячее вино и осталась очень довольной его вкусовыми качествами. Кстати, вино здесь действительно неплохое. В прошлый раз я варила себе глинтвейн на дешевом портвейне из тетра пака. Земля и небо!

Дождавшись, пока варево остынет до вполне приемлемой температуры, я разбудила больного, который завидев кубок в моих руках, закрыл глаза и прикинулся мертвым.

- Я не стану пить это! – возмутился демон, отворачиваясь от меня.

- Отлично! – сказала я ласково, - Тогда будь так любезен, умри побыстрее, и оставь меня своей единственной наследницей. Слушай, а ведь действительно! Отпиши на меня свое состояние и можешь умирать спокойно. Разрешаю!

- Еще чего… - возмутился пациент,  - Облизнешься! Я лучше отдам его Ленсу. Пусть мучается, думая, кому еще бы раздать его. Поверь мне, даже ему понадобится несколько лет, чтобы бездарно, но очень благородно спустить его.

-А как же я? Бедная племянница? – жалобно спросила я, с нежностью глядя на этого упрямца.

- Тебе я не оставлю даже ломаного гроша! – категорически ответил демон. По голосу чувствовалось, что он улыбается, - Даже если ты будешь сидеть возле моей кровати во время моей агонии и держать меня за руку, в уме подсчитывая размеры наследства.

-У тебя дети есть?  - поинтересовалась я с юридической точки зрения, -  Жена есть?

- Жены нет, а про детей - не знаю, - отозвался дядя, закрывая голову одеялом. Спрятался… Какая прелесть!

- Отлично! Я – твоя единственная наследница. А если кто и объявится, то я быстро конфискую твое состояние в пользу короны! Так что не волнуйся, любимый дядя.  Можешь умирать спокойно… - вздохнула я, ожидая ответной реакции, - И вообще, это не то, что ты подумал. Это – вино. По особому рецепту. Помогает от кашля… Так что хватит вредничать и пей.

Через пять минут увещеваний, больной прикинул что к чему и передумал умирать. Он даже соизволил попробовать мой напиток, вылезая из своей «берлоги».

- Горячее вино? – принюхался он к содержимому, - Моя дорогая, ты издеваешься!

- Пей! – заорала я, теряя терпение, - Так задумано!

- Ладно, ладно… - гордо сказал демон, улыбнувшись, - Из твоих рук, хоть яд…

Самое интересное, что напиток он распробовал. И даже попросил добавки. Через два дня он, пошатываясь, уплелся в свою комнату, ни сказав ничего. Про благодарность я вообще молчу.

Слухи распространялись быстро и незаметно, как вши в дружной детсадовской группе. Пусть они и возникли неспроста, но кто-то явно подливал маслица в огонь. Стоило мне появиться, как все тут же замолкали, делая вид, что никакого разговора не было. Однажды, в тронном зале я услышала отчетливый шепот: «Ведьма!». Для простого люда, охочего до свежих сплетен, факт быстрого и загадочного выздоровления моего «родственника» от «страшной смертельной хвори», стал просто находкой. Кто-то вспомнил, нас с Джоаной, идущих с котлом, потом кто-то из слуг лично засвидетельствовал, как я в полнолуние зарезала младенца, окропив его ослиной мочой, а «очевидца» якобы просила подержать осла в момент опорожнения, пока сама возилась с ведром.  И теперь каждый своим долгом считал предположить, каким-таким расчудесным образом, разогнав всех лекарей,  я сумела вылечить не что-нибудь, а обычную респиратурку! Так, благодаря слухам котел с вином превратился в зелье на крови, а ОРВИ, благодаря стенаниям больного, - в местное подобие бубонной  чумы. Лично я слышала версию о том, что за ночь принесла в жертву сорок одну девственницу. Версия мне понравилась, особенно учитывая тот факт, что я не просто отыскала таких, но и  самолично проверила каждую девушку на целомудренность. Так из обычного терапевта я быстро переквалифицировалась в гинеколога. 

Эти слухи меня забавляли. У Джоаны на это был один ответ - покрутить пальцем у виска и развести руками. Сама она была мало того, что немой, так еще и неграмотной, поэтому никаких слухов не могла распустить при всем желании.

Ленс побирался постоянно. Как только он подходил ко мне, я сразу начинала ускорять шаг, ссылаясь на «очень важные государственные дела». Но стоило ему поймать меня за руку и жалобно начать рассказ о «бедной, но очень честной девушке, которую обесчестил дворянин, и которая стоит на паперти с ребенком и просит милостыню», у меня начинал дергаться правый глаз. Я уже устала давать ему деньги, тем более, что мои сбережения подходили к концу. А вот поток сирот и убогих все не иссякал. Скорее наоборот! Увеличился в разы. Если раньше прошений было одно-два, то теперь Ленс шел ко мне с целым списком.

- Ты пойми! От этого зависит их жизнь! - восклицал он, принимая из моих жадных рук «гуманитарную помощь». Я составила рейтинг историй. Первое место занимали истории о «бедных многодетных вдовах», которые рассчитывали на пенсию по потере кормильца, но вполне будут довольны единоразовой выплатой. Второе место занимали: «больные дети», а третье место по праву носили: «старики, которые просят милостыню на паперти и от которых отказались неблагодарные дети». Я понимаю, что жизнь - не сахар, но эта благотворительность меня явно напрягала.