Король северного ветра (СИ), стр. 71
- Мой повелитель, - отец Бердарета-Колдуна заговорил негромко, и в голосе его слышалась легкая хрипотца, словно горло у него пересохло - однако страха по-прежнему не было. - Могу еще раз покляться тебе, что у меня были основания поступать так, как я поступаю, и изложить причины своих поступков.
- Излагай, я жду.
- Хорошо. Я не буду еще раз озвучивать истоки моего недоверия к человечеству, они известны и без того. Замечу лишь, что последнее время это недоверие усилилось, и не без причины. После того, как Конклав применил в последний раз боевые спутники Антрахта, уничтожив сам себя, минуло уже семь веков - и род людской вновь поднимается из дикости, в которую сам себя обрушил. На просторах европейского континента появилось огнестрельное оружие, пусть пока примитивного типа, а в стенах новых университетов ученые готовятся проникнуть в забытые их предками тайны. Пока их усилия не принесли внятного результата, но пройдет еще самое большее пятьдесят лет - и будет заново открыта паровая машина, а за ней, возможно, и электричество. Вы все знаете, из рассказов ваших отцов и дедов, к чему приводил подобный путь прежде. Я же видел это и сам. Я не желаю наблюдать, как над миром вновь разгорится ядерное пламя. Прежде ваш дед, государь Келих, в содружестве с моим отцом сделали все, дабы не допустить этого - однако наложенные нами запреты давно отринуты и забыты, и развитие наших беспокойных соседей опять сделалось бесконтрольным.
- Я припоминаю, как ты просил меня вмешаться в ход названных сейчас событий. Я обещал тебе, что подумаю над возможностью своего вмешательства, сочтя названную тобой угрозу серьезной. Однако я не разрешал тебе действовать самому.
- Я виноват перед вами, владыка, и вполне признаю свою вину. Я лишь хочу заметить. Мы заключили договор с королями смертных, когда их первым советником был мой брат Эйдан, доказавший свою силу и решимость в поединке со мной. Его потомки оказались слабы и никчемны, и не смогли сами удержать континент в порядке. Несмотря на это, мы во всем придерживались буквы и духа нашего соглашения о невмешательстве, пусть даже Конклав, обязанный изначально выполнять нашу работу по направлению научного прогресса у людей в разумное русло, оказался распущен. Я клянусь, что не нарушил условий Шоненгемского пакта и сегодня.
- Вот как, - король казался позабавленным. - Устроенный твоим подельником в Тимлейне бардак говорит о другом.
- На это, владыка, с вашего дозволения, пусть ответит Гайвен Ретвальд. Его слова окажутся здесь весомее моих или чьих угодно прочих.
- Твои слова в чем-то могут оказаться весомы, молодой человек? - спросил владыка Волшебной Страны слегка удивленно, повернувшись к Гайвену лицом. - Если так, произнеси их.
Что говорить, Гайвен уже придумал - еще покуда ждал те три бесконечных три часа, покуда Айвин явится за ним. Молодой Ретвальд прекрасно понимал, о чем говорят сейчас Повелитель Бурь и король. Когда Война Смутных лет завершилась, тысячу лет назад, и побежденные Эйданом Айтверном фэйри отступили за Каскадные горы, тогдашний Сумеречный Король, по всей видимости дед этого, и Дэглан Кардан заключили меж собой договор, закрывающий Иберлен и все прочие Срединные Земли от любого вторжения со стороны эльфов в их внутренние дела. Существовал однако в этом соглашении один пункт, к которому Гайвен сейчас и собирался прибегнуть.
Заключившая соглашение иберленская сторона либо ее наследники могли прервать действие договора в любой момент, по собственному желанию, даже в одностороннем порядке. "Мы вернемся, если люди решат, что вновь нуждаются в нашем присутствии в их мире", сказали тогда, если верить хроникам, представители Волшебной Страны.
Кажется, подходящий момент пришел. "Сейчас я скажу это - и выпущу на волю дракона, что был заперт в темнице тысячу лет". Гайвен понимал, что делает - и вместе с тем не видел никакого другого пути. Кровь Брайана Ретвальда и Раймонда Айтверна, жизнь Артура Айтверна, висящая сейчас, вполне возможно, на волоске - все это не оставило ему никакого шанса избегнуть принятого в этот момент решения. Может статься, подумал юноша грустно, для этого он, наследник повелителя тьмы, и был рожден - отворить дверь, закрытую уже много столетий, и вновь выпустить забытую магию на свет.
А вместе с нею - тех, кто ей управлял.
"Еще три вздоха - и мир, который я знаю, изменится".
- Высокие лорды Волшебной Страны, - Гайвен все же встал со скамьи, обводя собравшихся взглядом, и собственный голос вдруг загремел набатом в его ушах, обретая невиданную доселе силу, будто не он сам распоряжался им, - вы все знаете, кто я. Я и один из вас, и чужак здесь разом. Как потомок Шэграла Крадхейка, я принадлежу к старшей линии Драконьих Владык, и чином не уступлю никому из вас, пусть даже отпущенный мне век короче. Как человек, я являюсь законным правителем Иберлена. Когда династия Карданов пресеклась в своем прежнем течении, не оставив по себе никого, кроме бастарда, о чьем существовании в Тимлейне тогда не знали, наша собственная, младшая линия Драконьего Дома, герцоги Айтверн, не стала претендовать на трон - и собрание всех благородных вельмож страны отдало трон моему прадеду. Я наследовал этот трон с соблюдением всех формальностей закона, и даже то, что я не был еще официально коронован, в юридическом свете не отменяет полноты моей власти. Как владыка Иберлена, я сам решаю, было вмешательство лорда Шэграла Крадхейк противоправным - или нет. Ряд изменников из числа моих вассалов составили заговор, едва не стоивший мне жизни. Мой дед спас меня - а затем направил собственного прислужника против моих врагов, и я не вижу в этом действии ничего дурного. Вы упомянули только что Шоненгемский пакт. Как преемник Дэглана Кардана, подписавшего его, я заявляю - с сего момента Шоненгемский пакт денонсирован и лишен всякой силы. Мир людей снова открыт для Народа Дану, и я зову всех собравшихся тут, как друзей и союзников, помочь мне подавить разгоревшийся в моем государстве мятеж. Взамен я обещаю вам - угроза, о которой говорил мой дед, угроза, что созданное людьми оружие снова опалит мир, никогда не исполнится. Ибо вы сможете наблюдать за порядком в Срединных Землях с разрешения и содействия иберленского королевского дома.
- Условия более чем мудрые и справедливые, - заметил лорд Шэграл. - Подумайте сами, господа. Сам король людей зовет нас на помощь, и будет глупо, если мы не придем. Будет вдвойне глупо, если мы не постараемся отвести беду, что нависла сейчас над нами всеми, людьми и Народом, и племенами, что от Народа зависимы. Тысячу лет мы находились в изоляции от мира. Пора эту изоляцию закончить и снова дать человечеству идти правильной дорогой. Но решать вам, мой король.
Никто не проронил больше ни единого слова - как видно, не осмелился заговорить, не имея прямого позволения на это. Взгляды всех собравшихся устремились теперь к Келиху Скеграну - князья эльфов ожидали решения, что он примет. Повелитель Волшебной Страны сидел не меняя позы, все также закинув ногу на ногу, и выстукивал пальцами по носку сапога слегка беспокойный ритм. Лицо его казалось рассеянным и почти отрешенным, а мысли, казалось, витают где-то далеко. Наконец Келих чуть качнул головой и сказал:
- Непростой выбор. Прежде такие дела обходились нам боком.
- Сейчас, мой король, нам обойдется боком бездействие.
Повелитель фэйри слегка улыбнулся:
- И правда. Бездействие иной раз преступно. Мой отец наставлял меня, Шэграл, что доверять тебе - все равно что доверять ядовитой змее, ибо ты отравишь любую затею, какую начнешь. Однако я - не мой отец, и править предпочитаю собственным разумением. - Келих Скегран вновь перевел взгляд на Гайвена. - Король людей, если я дам тебе армию, ты завоюешь для меня мир? Для начала - Срединные Земли. Распоряжаться ты ими будешь от своего имени и как их владыка, однако в негласном согласии со мной и моим Лунным и Звездным советами. Вместе мы решим, в чем давать людям волю, а в чем - ограничивать, каким росткам научного прогресса способствовать, а какие - благоразумно искоренить. Войны людей, что подобно опухоли разъедают лицо мира, следует остановить - но для этого мы начнем еще одну войну, свою собственную. Ты поведешь на нее полки Дану?