Мой личный пейзаж страха (СИ), стр. 90

Наутро, сумев относительно успокоиться, я понял, что в своем ослеплении паникой и яростью вел поиски слишком хаотично, бессистемно. Дальше начал действовать уже более обдуманно. Для начала перебрал по кирпичику все Бесстрашие, хотя камеры, установленные на каждом входе, ясно дали понять, что Карми не возвращалась.

За сутки я сумел опросить каждого, с кем она общалась, жила в одной комнате, враждовала, пила и виделась даже мимолетно. Ничего, ни единой зацепки. Вся полученная информация была мне уже знакома — Карми собиралась в свою бывшую фракцию, навестить друзей и знакомых, которые уже были опрошены ранее и также не раскрыли тайну исчезновения девушки.

Рассматривались все возможные версии — несчастный случай, нападение своих же. Но из врагов у Карми был только Катон, но он сразу после своего выздоровления был сослан на работы на самый дальний кордон за Мичиганом, и, по донесениям, не отлучался оттуда ни на минуту. К врагам можно причислить еще и Пита, но парень был допрошен мной лично — когда спрашиваю я, соврать невозможно. Версия несчастного случая тоже пока не находила подтверждения.

Через два дня из каждой фракции пришли официальные ответы, основанные на показаниях очевидцев и камер видеонаблюдения — девушка не появлялась нигде.

Оставались два самых тошнотворных варианта — изгои и мои личные враги, желающие таким способом отомстить. И третий — Карми убежала по своим, собственным причинам, скрываясь в городе, за Стеной или у изгоев. Эти версии не выдерживали более-менее серьезной критики, но требовали тщательнейшего рассмотрения.

Четвертый, пятый, шестой день — Карми по-прежнему нет, а поиски продолжаются. Я разрываюсь, раненым зверем мечась между допросами во фракции, обследованиями изгойских территорий и собирая информацию по всему городу. Все эти дни я спал по несколько часов, урывками, одержимый маниакальным желанием, уже давно перешедшим в идею фикс, найти девушку. Сжирающая душу тоска и страх за ее судьбу, но еще больше вызов, брошенный мне обстоятельствами, заставляют ни свет ни заря вставать и снова погружаться в эту загадочную историю. История тем запутаннее, что не поступало никаких требований о выкупе, что делало версию похищения с целью шантажа неправдоподобной.

Карми точно выходила из фракции с оружием — на камерах отлично виден вложенный в висящую на поясе кобуру пистолет, плюс нож, который она при мне вкладывала за голенище. Без хотя бы минимального боя она бы не сдалась, а значит должны были остаться следы. Но нет ничего. Да и предположение, что именно мою девку забрали в бордель, тоже маловероятно, ведь чаще всего там оказываются свои, изгойские женщины, не умеющие оказывать никакого сопротивления.

Следующие два дня мы перетряхивали весь изгойский гадюшник, везде и всюду оставляя информацию об огромном выкупе за любые сведения о Карми. Афракционеры готовы сдать друг друга даже за коробок спичек, что уж говорить о хорошем вознаграждении. Но и это не помогло — никаких следов, ни единой улики или зацепки. Озверев окончательно, я спровоцировал драку, в ходе которой получил несильное ножевое ранение, заставившее меня несколько часов отлеживаться в стационаре, ожидая окончания действия какого-то чудо-лекарства, заживляющего неглубокие раны, и скрипя зубами от бессилия.

Люди не проваливаются сквозь землю. Кроме Карми.

— А ты не охуел?! — Макс орет так, что бутылка виски, которую я держу в руке, начинает резонировать. Какая по счету? Хер знает — вместо того, чтобы поспать несколько часов, я пью бутылку за бутылкой, не чувствуя вкуса и не ощущая никаких следов спасительного опьянения. Оглядываюсь в зеркало — видок еще тот — запавшие глаза, обведенные темными кругами, и осунувшееся опухшее лицо, уже несколько дней не знавшее, что такое бритва. Красавчик.

— Нападение на дом Джоанны и незаконный обыск, — Макс орет мне в лицо, швыряя на стол какие-то бумаги. Жалобы, что ли? — Вторжение в Главное здание Эрудиции, противоправные действия на территории изгоев. А что ты сделал с Питом?!

— Ничего, — я не могу оторвать взгляд от черных пальцев Старшего Лидера, так резко контрастирующих с белоснежным листом бумаги, которым он трясет перед моим лицом, — нормально, мило с ним побеседовал. Выйдет из реанимации — подтвердит.

На Макса стало страшно смотреть.

— Из-за этой гребаной дружелюбной суки ты идешь на должностные преступления, в очередной раз получаешь ранение и калечишь людей, — голос мужчины переходит в змеиное шипение, — и если она ушла сама, то пусть только попробует хоть раз еще появиться на моем пути — ей не жить. Пристрелю, как и обещал.

Зря он это сказал — как первый день меня знает, ей богу. Дичайшее напряжение нескольких дней, тревога, взвинченные нервы, бессилие, остервенение, бешенство — все смешалось в моем одурманенном алкоголем мозгу в отвратительный кипящий коктейль, а последние слова послужили детонатором, заставив меня тут же вскочить на ноги и со слоновьей яростью попереть на Макса.

— Без тебя разберусь, — ладони сами складываются в кулаки, а перед мутным хмельным взглядом лишь перекошенное лицо человека, посмевшего угрожать моей девке.

Завязавшаяся драка была на удивление короткой — по паре ударов в лицо, затем я умудрился выкрутить руку Макса и, похоже, сломать пальцы на левой руке перед тем, как кулак правой отправил меня в нокаут. Последнее, что я услышал, прежде чем провалиться в уютную несознанку, был злой рык Макса:

— Проспись, сопляк.

На следующий день, окончательно придя в себя, я сумел переговорить с уже успевшим остыть Максом и, хмуро извинившись, пообещать не нарушать ни единой буквы закона. Только хотел продолжить поиски, но один-единственный телефонный звонок, прозвучавший как гром среди ясного неба, перевернул в моем сознании все.

И я нажрался так, как не нажирался никогда в жизни. И мало не показалось никому.

Особенно ей, вернувшейся на следующий после звонка день.

PS: Neofit_ki — твоя логика, последовательность и рациональный взгляд очень помогли мне при написании главы! Спасибо, друг!)))

Спасибо также замечательным девочкам Pozitifa и Ксения_Китенко за информацию о количестве страхов Эрика и способах их преодоления! Да, в оригинале у Эрика двенадцать страхов, но я решила сделать его посмелее, а то тоже мне, Бесстрашный, называется…))))))

====== Глава 42 ======

«Не отрекаются, любя…»

POV Карми

Боль в поврежденном колене, отвратительная слабость и уже привычные за последние несколько дней садняще-режущие ощущения внутри — ничто, по сравнению с болью душевной. Тягучая печаль, тоска и чувство безысходности не оставляют ни на минуту, не давая забыться даже во сне. Глаза за последние дни ни разу не высыхали от жгучих, душивших слез, и не давал покоя один вопрос — за что? Почему это должно было случиться именно со мной? Но я как могу гоню от себя эти мысли, чтобы не впасть в черное уныние окончательно. Мозг старательно думает о всякой ерунде — вы, например, знали, что если плакать лежа, то слезы стекают в уши? В последние дни у меня там были целые озера…

Позднее утро в Бесстрашии — глухое время. Утренние разводы уже закончились, бойцы уехали по своим заданиям, а вернувшиеся с ночных смен еще не проснулись. Захожу через Главные ворота с залитой солнцем улицы в темные прохладные лабиринты, понимая, что сегодня оглушающая тишина, пустота и мрак как нельзя лучше подходят моему нынешнему состоянию — солнечный день выглядит злой насмешкой.

— Карми! — поворачиваюсь на голос и не узнаю хмурого выражения на лице всегда достаточно приветливого Фора.

— Привет! — мой тихий хриплый голос звучит потерянно.

Инструктор кивает, а потом, отведя взгляд в сторону, говорит:

— Эрик ждет в тренажерном зале. Иди как можно быстрее, — и, посмотрев на меня с сочувствуем, вздыхает, — удачи тебе!

Поворачивается и уходит. Мне кажется, или тут меня считают виноватой в чем-то? Надо срочно идти и поговорить с Лидером — изначально нужно было все рассказать. Хотя, возможно, это все равно ничего бы не изменило.