Под угрозой уничтожения мира (СИ), стр. 27

— И что же ты предлагаешь? — беспомощно спросила та, подумав некоторое время над моими словами.

— Ты поедешь со мной, — уверенно сказала я.

— И как, интересно, ты сможешь меня защитить? — осведомилась Надя с иронией, которой я от нее не ожидала, но на которую та, по сути, имела полное право.

— Я, может, и не смогу, — со вздохом признала я. — Но я знаю того, кто смог бы это сделать. Так получилось, что в Лорене мы были не просто так, — я посмотрела на Бьянку, объясняя теперь, главным образом, ей. — На самом деле мы… догадывались, что Арлион может начать охотиться на меня, но не думали, что он решит совместить мое похищение с убийством порядка сотни темных эльфов. И в Лорен я приехала не совсем одна; меня, можно сказать… защищали, — я говорила не очень понятно, поскольку не хотела вдаваться в подробности при Лидии и Наде.

Бьянка некоторое время недоуменно хмурилась, пытаясь понять, о чем я говорю. Затем она, похоже, вспомнила те тонны исторической литературы, которые мы прочли за прошлый год, и сообразила, кто мог бы противостоять Арлиону. Ее брови изумленно поползли вверх.

— Погоди-ка… Ты что, была там с..?!

Я неопределенно пожала плечами, Надя все порывалась что-то спросить, но на нее никто не обращал внимания, а прорицательница выдохнула:

— Но с чего ты взяла, что он будет помогать?

— С того, что Надя нужна Арлиону, — уверенно отозвалась я. — Значит, нам она нужна еще больше.

— Может, хватит говорить обо мне так, будто меня здесь нет?! — возмутилась сестрица, но никто на нее даже не посмотрел.

— Понимаю, — задумчиво кивнула Бьянка. — Соглашайтесь, Ваше Высочество, — обратилась она к Наде. — Боюсь, лучшего способа защиты от Арлиона Этари вы сейчас не найдете. Ладно, Корделия, я тебя поняла. Ты хочешь, чтобы я поехала с тобой?

Лидия протестующе всплеснула руками, а я отрицательно покачала головой.

— Нет. Оставайся здесь. Только, графиня, — я повернулась к Лидии. — Не посещайте сейчас никаких масштабных мероприятий, хорошо? Хоть и сомнительно, что Арлион захочет переубивать и аристократию Оранмора, но все же не рискуйте. А лучше всего было бы, если бы вы с Бьянкой ненадолго покинули столицу.

— Конечно, — согласилась та, и не подумав возражать. — А что вы решили насчет экипажа?

— Не нужно, — покачала я головой. — Для нас сейчас главное не комфорт, а скорость. Надеюсь, дней за пять-шесть мы доедем до Лорена. Надя, как у тебя с верховой ездой?

— Средне, — торопливо ответила она, видимо, представив озвученную перспективу и не придя от нее в восторг.

Но я лишь безжалостно отрезала:

— Придется потерпеть. Синяки и мозоли я могу потом убрать магией, но никаких привалов каждые полчаса и неторопливых конных прогулок.

— А что с одеждой? — деловито спросила Лидия, и я в очередной раз порадовалась, что решила обратиться к ним за помощью.

— Нам нужно будет зайти в любую лавку готового платья. Штаны, рубахи, туники.

— Как — штаны? — изумилась Надя, разом очнувшись от своих мыслей. — Это же неприлично! Благородные леди никогда так не одеваются!

Я только фыркнула, услышав в ее голосе тон леди Алины.

— А я уже давно не благородная леди. И тебе бы посоветовала отойти от этого образа хотя бы до того момента, пока мы не окажемся в безопасном месте.

Принцесса надулась, а Лидия решительно поднялась из-за стола.

— В таком случае, давайте займемся делами.

Покупать одежду мы с Бьянкой отправились вдвоем в экипаже графини. Много времени это не заняло — вещи, которые я купила, не отличались ни красотой, ни элегантностью, ни дороговизной, были просты и удобно сидели. Надя, кажется, окончательно уверилась в отсутствии у меня вкуса как такового, пока уныло рассматривала обновки. На обратном пути мы еще заехали на рынок и купили мыло и расчески для волос. Остаток дня мы провели у Харди, причем Лидия и Бьянка очень серьезно отнеслись к моим словам и сами начали собирать вещи, чтобы отправиться в свое загородное имение.

На следующее утро мы выехали сразу после раннего завтрака. На прощание Бьянка обняла меня, а графиня пожелала счастливого пути, и мы с Надей выехали на улицу, освещенную низко висящим солнцем, разгонявшим утренний туман. Воздух был холодным и влажным от росы; копыта лошадей звонко цокали по каменным плитам, которыми была вымощена улица.

Сестра уверенно держалась на лошади, но я прекрасно понимала, каким тяжелыми для нее будут следующие несколько дней, которые нам предстояло провести в седле. Так в итоге и вышло — если в первые полдня Надя пыталась о чем-то расспрашивать меня или просто болтать, чтобы заполнять молчание, которое, кажется, было ей абсолютно чуждо, то уже к вечеру она притихла и в последующие дни говорила мало, напряженно глядя на дорогу перед собой и морщась от боли и усталости. Нет, я сдержала слово, и каждый вечер помогала ей целительскими плетениями, но усталость всё равно накапливалась. Зато сошли на нет все мои переживания по поводу того, как принцесса перенесет наши ночевки в полевых условиях: Надя выматывалась так, что вечером ее сил хватало только на то, чтобы слезть с лошади, а на остальное ей уже было наплевать. Поэтому пока я обустраивала нам лагерь, она молча сидела, привалившись спиной к какому-нибудь дереву, и, судя по всему, готовилась отдать Хель душу. Пару раз она засыпала до того, как был готов ужин. Я не возражала против ее невмешательства, поскольку сомневалась, что Надя могла бы хоть чем-то мне помочь с хозяйственными делами; плюс у меня появлялась возможность наслаждаться приятной тишиной, а не отвечать на бесчисленные вопросы.

На этот раз мы ехали без каких-либо крюков и объездных путей, поэтому дорога заняла не так много времени. По пути я продолжала использовать иллюзии, чтобы изменить нашу внешность, и очень надеялась, что Арлион не узнает о нашем побеге раньше времени. Впрочем, я рассчитывала, что у тех магов хватит ума не каяться в грехах темному эльфу, а сбежать и затаиться на время, поскольку что-то мне подсказывало, что ошибок Арлион не простит.

В Лорен мы въехали на шестой день пути. Чем ближе был конец путешествия, тем больше я спешила, и последний отрезок пути мы преодолели практически галопом. Но в самой столице скорость пришлось снизить, а в кварталах знати и вовсе перейти на неторопливую рысцу.

По всему городу были развешены черные флаги — траур по погибшим неделю назад. Надя, никогда не бывавшая за пределами Диона и уже слегка пришедшая к этому моменту в себя, безостановочно вертела головой по сторонам, рассматривая столицу Селендрии и ее жителей, и даже общее мрачное настроение, которое витало воздухе, не могло умерить ее любопытство. Чем ближе мы подъезжали, тем более удивленным становилось ее лицо, а уже в квартале аристократов она заметила:

— Сколько у тебя, однако, сиятельных знакомых. Да еще в разных странах!

Я ничего не ответила, высматривая нужную улицу. Наконец я узнала нужный поворот, и мы поскакали к скрытому в тени высоких деревьев трехэтажному особняку.

Глава 11

Едва мы подъехали ближе, как нам навстречу сразу поспешил конюх, а из дома вышел уже знакомый дворецкий. После недели дороги мы с Надей были сейчас больше похожи на двух оборванок, и наш внешний вид наверняка не внушал никому доверия, но, когда дворецкий подошел поближе, я увидела, как на его лице появляется изумленное выражение — он явно узнал меня.

— Миледи? — растерянно спросил он, но тут же взял себя в руки. — Я доложу о вашем возвращении.

Следом за ним мы вошли в дом и оказались в уже знакомом холле с очень высоким потолком. На фоне черно-белого мраморного оформления мелькнуло ярко-рыжее пятно, и мы столкнулись с Гартом, который в первый миг остолбенел, а затем скользнул к нам со свойственным только ему проворством. Дворецкий же поднялся по лестнице и исчез где-то в галерее второго этажа.

— Корделия! — Надя за моей спиной нервно дернулась, поскольку никогда раньше не сталкивалась с перевертышами и не знала, с какой скоростью они умеют двигаться. — Я знал, что ты выберешься!