Забыть резервацию, стр. 59

– Так как же быть?

– В первую очередь, необходимо сохранить сообщество, сложившееся в Сельскохозяйственной зоне, – сказал Стинов. – В ближайшее время, как мне кажется, может возникнуть кризис. После нашего появления люди начнут понимать, что на скорое спасение рассчитывать не приходится. И это может стать причиной проявления самого крайнего индивидуализма. При том что всем придется терпеть лишения, кое-кто наверняка попытается облегчить себе жизнь за счет других.

– Вообще-то, создавая колонию, я не руководствовался какими-то определенными принципами, – признался Юрген. – Я не раздавал должностей и не назначал никого ни на какие посты. Но если кто-то брался за какую-то работу, я требовал безупречного выполнения.

– Так и должно быть. Никакого деления по рангам, ни одна должность не должна давать каких-либо привилегий. Каждый, вне зависимости от того, чем он занимается, должен считать себя полноценным членом общества. Потому что любой человек, по тем или иным причинам противопоставляющий себя другим, становится источником потенциальной угрозы для всех.

– Ну а как насчет выхода из сектора? – спросил Хук.

– Людей придется готовить к этому, – сказал Стинов. – Но если в колонии будет соответствующая психологическая атмосфера, то много времени подготовка не займет. Главное внимание нужно будет уделить психологической совместимости людей, входящих в группы. Они должны полностью доверять друг другу, ни у кого из них не должно быть никаких тайн, которые они старались бы скрыть от остальных.

– Следует поторопиться с подготовкой хотя бы одной группы, – сказал Юрген. – Мы должны убедить людей в том, что ситуация находится под контролем.

– Каким образом ты собираешься это сделать? – спросил Хук.

– Для начала будет достаточно самой малости, – ответил Юрген. – Например, чтобы людям наконец-то стали давать соленую пищу.

– Да, про соль я уже слышал, – кивнул Хук.

– Кроме того, неплохо было бы и несколько разнообразить рацион, – продолжал Юрген. – Так или иначе, я все равно планировал вылазку за стены сектора с целью пополнения пищевых ресурсов. Я надеялся использовать для этого имеющееся у вас оружие, но если удастся быстро подготовить хотя бы небольшую группу людей, умеющих не привлекать к себе внимания вариантов, так это даже лучше.

– Честно признаться, я сильно сомневаюсь в том, что кто-то добровольно сознается в том, что носит за пазухой какую-нибудь мерзость, о которой и сам пытается забыть, – с сомнением покачал головой Хук.

– Признаются, – уверенно кивнул Стинов. – Если будут знать, что от этого зависит их жизнь.

– Прошлое должно принадлежать прошлому, – сказал Юрген. – И не мешать настоящему.

Хук, хмыкнув, покачал головой.

– По-моему, я здесь единственный, кто хотя бы время от времени не изрекает мудрых мыслей.

– Не переживай, – подмигнул ему Юрген. – Научишься.

– Можно я задам каверзный вопрос? – посмотрел на Стинова Хук. – Как быть с Омом? Его-то, как я понимаю, не удастся обдурить.

– Да уж, вопросы ты задавать умеешь, – нахмурился Стинов. – С Омом нам необходимо установить нормальные отношения. В противном случае он один сможет расстроить все наши планы. Кроме того, мне не дает покоя оброненная им фраза о том, что в окружающем Сферу поле можно временно открыть проход. Даже если нескольким из нас удастся вернуться на Землю, они смогут поднять шум и организовать спасательную экспедицию.

– Ты слишком доверяешь тому, что говорил Ом, – недовольно поморщился Хук. – Он мог просто соврать, чтобы преувеличить свою значимость.

– Ом не способен лгать, – уверенно ответил Стинов. – Ему просто негде было этому научиться.

– А где он научился ненавидеть? – спросил Юрген.

– В этом виноват я, – сказал Стинов. – Когда Тейнер выстрелил в Ома, наши с ним сознания составляли одно целое, и Ом воспринял эмоции, которые я испытал в тот момент. Кстати, то, что Ом не смог в свое время достучаться до других людей, тоже, по-видимому, связано с барьером в их сознании.

– Если речь идет о работниках секретной лаборатории, то, думаю, им было что таить в своих душах, – согласился Юрген.

– А у тебя, выходит, никакого барьера нет? – спросил у Стинова Хук.

– Есть, как и у всех, – ответил Стинов. – Но не настолько прочный, чтобы я не смог его сломать.

Глава 30

Во мраке

– Шеф!…

Резким ударом руки распахнув дверь, в кабинет влетел Черников. Увидев, что Юрген в комнате не один, он на мгновение замер с разинутым ртом, затем быстро провел обеими руками по волосам, вытянулся в струнку и четко отрапортовал:

– Извините, господин Гривас, но у нас возникли проблемы с водоснабжением.

– И из-за этого следует ломать двери? – строго посмотрел на него Юрген. – Вызовите техников.

– Давно уже вызвали, – немного обиженно ответил Черников. – Они проверили трубопровод. Говорят, что поступление воды перекрыто в центральном коллекторе.

– Но ведь это в секторе Авиценны! – удивленно посмотрел на Черникова Хук.

Тот в ответ молча развел руками – мол, я-то здесь при чем?

Хук перевел взгляд на Стинова.

– Снова Ом безобразит?

– Возможно, просто какие-то технические неполадки, – не очень уверенно предположил Игорь.

– Не верю я в случайности, – медленно и тяжело покачал головой Хук. – Когда прекратилась подача воды?

– Около пяти часов назад, – взглянув на часы, сообщил Черников.

– Вскоре после того, как мы вернулись из машинного зала, – отметил Хук.

– Ну и что? – чуть раздраженно спросил Стинов.

– Ом предпринимает ответные действия. Он хочет заставить нас снова покинуть сектор.

– С какой целью?

– Откуда мне знать? – Вскинув брови, Хук откинулся на спинку стула. – Может быть, он по тебе соскучился. А может быть, решил просто всех нас уморить здесь.

– Как долго мы протянем без воды? – спросил Стинов у Юргена.

– Я боялся, что может произойти нечто подобное, – ответил тот. – Поэтому мы постоянно держим заполненными резервные танки оросительных систем. При экономном расходовании запасов воды в них хватит на неделю, – Юрген посмотрел на Черникова. – Я думаю, не стоит раньше времени сообщать населению о случившемся. Надеюсь, в ближайшее время мы сможем восстановить подачу воды.

– Конечно, господин Гривас, – без тени сомнения ответил тот.

– Ну вот, у нас появилась вполне конкретная цель, для того чтобы выйти из сектора, – обратился Юрген к Стинову.

– Главное, чтобы не пришлось таскать воду в сектор ведрами, – заметил Хук. – Игорь, запиши меня в свою группу.

– Ты это серьезно? – с недоверием посмотрел на него Стинов.

– А почему бы и нет? – наклонил голову к плечу Хук.

Это его движение живо напомнило Стинову любимую позу учителя Лига, которую тот неизменно принимал, ожидая от своего ученика ответа на кажущийся невероятно простым вопрос. И именно эта кажущаяся простота всегда заставляла Стинова хорошенько все обдумать и взвесить, прежде чем высказать свое мнение.

– Ты уверен, что сможешь преодолеть свою ненависть к вариантам? – спросил Стинов.

– Ненависть? – Хук сначала изобразил на лице удивление, а затем отрицательно покачал головой. – С таким же успехом можно ненавидеть кирпич, упавший тебе на голову, или автомат, из которого тебе в спину выпустили очередь. Я с удовольствием помял бы живот тому гению, который создал вариантов, или же типу из руководства «Скейлс», затеявшему весь этот безумный проект. А варианты… – Хук снова качнул головой из стороны в сторону. – Это же твари неразумные, которые тоже не испытывают к нам никакой ненависти, а только выполняют заложенную в них программу.

– Ты разве не считаешь, что всех вариантов следует уничтожить?

– Считаю, – кивнул Хук. – В целях безопасности. Но если возможно иное решение проблемы, так почему бы и нет? В конце концов, я всегда придерживался мнения, что худой мир лучше хорошей драки. Но уж если ввязался в драку, то следует биться до победы. Мы еще не настолько сильно увязли, чтобы не попытаться отыскать иной выход из кризиса, устраивающий обе стороны.