Четвертая магическая война, стр. 14

– Усе. Усем, – грустно констатировал парень, разнося голову трупа револьверной пулей и тем его упокоивая. Простой свинец далеко не всегда мог с ходу остановить подобных тварей, однако у представителя рода Погребельских банально не было времени, чтобы сделать из погибших от артиллерийского обстрела матросов малоуязвимых для оружия монстров. Заодно он выпустил пару пуль в сторону католического священника, но остался им даже не замечен. Все внимание представителя духовенства заняла тройка борющихся големов, опасно приблизившихся к полякам. «Стрелец» отчаянно вырвался из захватов стальных гномов, а те старались толстыми механическими пальцами открыть люк на боку машины и выцарапать оттуда пилота. Польские наемники, а гномы очень неохотно продавали свои творения людям, даже без посторонней помощи должны были закончить схватку в течение нескольких минут. А ведь еще на поле боя присутствовала вражеская пехота, которая увлеченно добивала оставшихся зомби. Парню даже не нужно было больше прислушиваться к своему чутью на опасность, чтобы ощутить, как нить его судьбы зависла на волоске. – И, похоже, совсем. Хотя…

Взгляд Олега зацепился сначала за большой пандус, занимающий четверть трюма, а затем за двери склада боеприпасов для десантной техники. Выманить всех врагов на нужный участок и спустить вниз своим ходом было бы хорошо… Да только вряд ли получится. Но вот отправить их всех на тот свет или хотя бы подпортить врагу победу было все-таки можно. Правда, заодно подобная встряска могла окончательно доломать корпус «Змия», но сие не могло считаться существенным фактором. В плену у поляков по статистике выживал в среднем один из пятнадцати. А остальные умирали не самым лучшим образом. К тому же при некоторой толике удачи Олега среди числа мертвых героев даже не будет… По крайней мере, таймер на минах он выставлять умел. Оставалась лишь маленькая такая проблемка. Нужно было провернуть минирование очень быстро. А чтобы добраться до склада боеприпасов, требовалось пересечь наискось весь трюм, превращенный в арену беспощадной схватки.

– Аминь, блин! Аминь, блин! Аминь, блин! – Олег наложил на себя заклинание полного обезболивания и выскочил из своего укрытия. А после как заяц понесся к складу боеприпасов, стараясь загородиться от вражеской пехоты стальными гигантами. Для големов одинокий и драпающий человек без тяжелого оружия – не угроза… А через сошедшихся в рукопашной обладателей высокотехнологичных и сильномагических доспехов стрелять было бы тем еще аттракционом. – Пшли на фиг отсюда, скоты!

Пятерка затихарившихся между ремонтными верстаками поляков абсолютно не ожидала того, что к ним со спины зайдет русский. Очень куда-то торопящийся русский, из-за недавно поставленной железной ноги испытывающий некоторые проблемы с экстренным торможением. Именно она, а не мгновенно начавший изрыгать из себя пули револьвер, доставила вражеским захватчикам большинство проблем. Выстрелы-то увязли в магических щитах абордажников, а вот искусственная конечность зацепилась за сошки приводимого в боевое положение оружия. Гибрид ленточного пулемета и маленькой противотанковой пушки, очевидно, обладал слишком сильной отдачей, чтобы палить из него с рук. А еще он имел слишком чувствительный спуск. Долбанувшись о палубу, оружие немедленно начало дергаться туда-сюда как шланг под слишком большим напором. Только вместо безобидной воды из него вырывались бронебойные посланцы самой смерти. Троих неудачно для себя вставших поляков перечеркнуло очередью сразу, и ни артефактная защита, ни личная броня помочь им не смогли. Каждое попадание делало в человеческом теле дырку размером с детский кулачок, а после не утратившая своей убойной мощи пуля уносилась дальше, к борющимся друг с другом големам.

– А-а-а! – не очень информативно, но довольно грозно вскричал один из уцелевших поляков, бросаясь на Олега с саблей. Длина чуть загнутого клинка едва достигала полуметра – видно, его специально укоротили для боя в тесных коридорах и кубриках… Верстак, который перевернул на противника укрепивший свои мышцы при помощи целительной магии парень, был намного больше. А потому лезвие до него не дотянулось, а враг продолжил кричать. Получить несколькими десятками килограммов дерева и железа по пальцам ног – это больно, тут никакие сапоги не спасут.

Невидимый великан с размаху хлопнул огромной ладонью Олега по животу, отправив в короткий полет. Когда же парень приземлился спиной прямо на твердый и холодный пол, он сообразил, что зря умножал всякие сверхъестественные сущности. В него просто выстрелили из абордажного дробовика. В упор. Вон тот поляк с коротким и толстым ружьем, сейчас передергивающий затвор и готовящийся добить подранка. Магический щит смог спасти своему владельцу жизнь, но точно разрядился. А форменная куртка снопа дроби не удержит.

– Аминь, блин, – вновь произнес себе под нос единственную запавшую в память «молитву» Олег, готовясь к смерти, ибо встать на ноги и хоть как-то защититься он уже не успевал. И, к его удивлению, кто-то там, на небесах, прислушался к этому искреннему посылу. А может, кто-то из пилотов «Стрельцов» заметил попавшего в трудное положение союзника и как раз имел под рукой оригинальный метательный снаряд. В любом случае, покрытая рунами махина стального гнома, словно громадный игральный кубик, запрыгала по ангару, мимоходом раздавив поляка и все еще плюющееся выстрелами куда бог пошлет автоматическое орудие. Хозяин вражеской машины против подобного использования своей техники уже не возражал. Судя по окрашенной потеками темной жидкости дыре в корпусе, бо?льшая его часть вполне могла болтаться где-нибудь на кончике бердыша отечественного голема. – Ой, бли-и-ин…

Зарубежные и российские машины, а также их пилоты лязгали как танцующие паровозы, пытаясь выяснить, кто же из них лучше владеет навыками фехтования на боевых топорах. Гномьи зачарованные секиры били быстрее, прорезали сталь как масло, и было их банально больше… Однако абордажная техника по размерам уступала наземной. «Стрельцы» за счет куда более длинных конечностей и рукояток своего оружия, которыми отнюдь не стеснялись заехать своей цели по кабине или поставить подножку, умудрялись небезуспешно отмахиваться от наседающих на них карликов. Кроме того, вытянутые кончики их бердышей позволяли при необходимости использовать оружие как пусть и плохонькое, но копье. Прямо на глазах один из защитников корабля припер им противника к стенке, а потом начал поднимать по ней вверх, с ужасающим скрипом сминающегося металла насаживая жертву на изгибающееся под неимоверной тяжестью древко. К нему немедленно подскочил другой польский наемник и попытался распороть бок, однако поймал прямо в кабину выстрел из наконец-то перезарядившегося орудия и отшатнулся обратно.

«На фиг армию! Закрою контракт – и тут же стану пацифистом! – решил Олег, вскакивая обратно на ноги и рысью бросаясь к ранее намеченной цели. Вроде бы убитый «Стрелец», мимо которого он бежал, внезапно ожил и, приподнявшись, всадил бердыш в ногу мимо пробегающему гному. Машина утратила равновесие и покатилась по полу, едва не задавив одноглазого защитника Отечества. – Уеду на фиг от цивилизации с ее глобальными войнами! В глушь! В Сибирь! Куда-нибудь в район, где самой страшной угрозой людям являются одичавшие браконьеры, а всех зомби-мамонтов с человеческими лицами уже из пушек приголубили!»

Драпая по полю боя испуганным зайцем, Олег наконец достиг склада боеприпасов, ударом плеча высадил дверь, рванулся к лежащим в отдельном ящике минам и уже начал крутить на первой попавшейся под руку тугой таймер… Как вдруг его тело от макушки и до самых пят пронзила боль, а мускулы свело мучительным спазмом. Такой удар лишил бы сознания обычного человека, но начинающий маг-медик обладал куда большей выносливостью, чем простые люди. Парень смог развернуться и даже попытался поднять револьвер, пытаясь вспомнить: а остались ли в нем патроны? Однако додумать мысль и нажать на курок ему не дали, врезав концом посоха сначала по пальцам, а потом и по голове.