Великий князь, стр. 66
- Большинством голосов шляхты!..
- Решением поветового земского суда!
Пока депутаты и радные паны вымучивали из себя второй положительный ответ, лихорадочно выискивая (и успешно находя) второе-третье дно у простого в виду вопроса, молодой государь спокойно их разглядывал - без особой спешки сортируя родовитых по степени их полезности и применимости в своих планах.
- Ответ Вального сейма на государев вопрос: да!
Надо сказать, что к занятию нынешнего своего трона Дмитрий готовился сильно загодя. Еще был жив и вполне себе здоров последний Ягеллон, а юный Рюрикович уже интересовался своими будущими подданными. Кто из магнатерии и богатой шляхты Литвы враждует или союзничает, и к какому из государств-соседей тяготеет - к русской ли Москве, к польскому ли Кракову? Какую веру исповедует, сколько воинов может выставить, какой примерный годовой доход получает со своих владений?.. Конечно, сразу на все эти вопросы никто ответить не смог. Однако капли воды самый крепкий камень точат - вот и нужные сведения потихонечку накапливались и оседали на полках царевичева Кабинета, превращаясь затем в большие "простыни" связанных друг с другом схем, таблиц и длинных списков. Источников было много: внимательные к мелочам и недомолвкам дьяки Посольского приказа; неприметные отцовы соглядатаи и прознатчики; вежливый и неизменно улыбчивый глава Сыскного приказа боярин Скуратов-Бельский; торговые гости и купцы гостиной сотни Русского царства. Воеводы порубежных крепостей и городов, государев стряпчий Спиридон из рода детей боярских Колычевых - и даже церковь, и та внесла свою скромную лепту...
- Благодарю высокое собрание.
Положив правую ладонь на книжицу, но по прежнему ее не открывая, Дмитрий по памяти огласил первый из запланированных к обсуждению и разрешению вопросов:
- В связи с отменой Сигизмундом Августом Ягеллоном иных положений Городельской унии и дарованным им же Виленским привилеем . А тако же на основании Статута государства нашего, надлежит ныне вернуть в прежнее состояние и прежнему владельцу православные монастыри, храмы и приходы.
Дмитрию было забавно наблюдать за реакцией двух иерархов римско-католической церкви. Лицо епископа Виленского Валериана Протасевича приняло такое выражение, будто его грабили при всем честном народе.
"Ну да, как православные церквушки отбирать и переделывать в костелы - это вперед и с песней. В католицизм простых крестьян плетками и палками обращать, это тоже дело богоугодное. А вот как обратно отдавать, так сразу вид бедного еврея и скорбь всего мира в глазах".
Епископ Жмудский по всем внешним признакам позицию каноника виленского разделял. Вот только до изощренных чувств Великого князя отчетливо доносилось его злорадство и насмешка, обращенные на сидящего рядом коллегу - эмоции, удивительные для любого... Не знающего, что конкретно этот иерарх давно и прочно сочувствует протестантам. Вдобавок еще и так ревностно исполняет свои обязанности, что жмудские язычники совершают свои обряды чуть ли не по соседству с костелами.
- Предлагаю для наилучшего разрешения этого дела назначить комиссию в следующем составе: подскарбий великий литовский Николай Нарушевич.
Епископ Виленский и еще ряд депутатов досадливо покривили губы, услышав фамилию православного радного пана.
- Маршалок надворный Николай Радзивилл.
Вот эта кандидатура у них никаких возражений не вызвала, потому что принадлежала убежденному католику - зато другая часть поветовых избранников, исповедующих византийский канон, начала недовольно шептаться.
- Владыко Иона.
Не услышав своего полного титула, и в особенности последней его части - той, где говорилось насчет "всея Руси", глава Киевской митрополии едва заметно нахмурился.
- И епископ Жмудский Ежи Петкевич.
Минута гулкого молчания, затем полчаса шумных обсуждений, и предложение Великого князя было принято. Не единогласно, но все же подавляющим большинством голосов.
- Следующий вопрос об устройстве Засечных черт на порубежье со степью. Все знают, сколько разору шляхетским имениям каждый год доставляют крымские и ногайские людоловы - так не пора ли...
Обстоятельно перечисляя все потери от постоянных набегов степняков и все возрастающие расходы на порубежную службу, попеременно давя на жадность, гордость и даже жалость, Дмитрий неплохо разогрел и завел Вальный сейм. К месту пришлась и брошенная вскользь фраза о том, что де "хватит полякам отсиживаться за спинами доблестных литвинов", и намек-предложение прирезать к Великому княжеству немного новых земель Дикого поля - "для небольшого выравнивания границ", а так же "испомещения храбрых воинов, давно уже заслуживших достойную награду".
При одной мысли о плодородном черноземе, в который палку воткни - и та пустит корни и заплодоносит, глаза загорались у всех. Но... Это проклятое но! Одной из двух обязанностей шляхты, от которых оная никак не могла отказаться, как раз было возведение оборонительных валов и порубежных крепостей - причем за свой счет. Второй обязанностью было выступать на оборону родной земли по призыву и под стягом Великого князя. Но ежели война хорошего воина только обогащала, то любое строительство совсем наоборот, чувствительно било по кошелю.
- Со своей стороны жертвую на благое дело пять тысяч лопат из тульского уклада, и по пять сотен топоров и пил.
Выждав примерно с полчаса, Дмитрий бросил на чашу невидимых весов очередной груз - пообещав набрать и полностью содержать за счет великокняжеской казны десятитысячный отряд литовской посохи. И все равно, высокому собранию понадобилось еще три часа, чтобы окончательно смириться - с необходимостью изрядно опустошить лично свои заветные ухоронки и кубышки.
- Во главу этого дела, для лучшего и наискорейшего его разрешения...
Дабы назначить ответственных за устроение новых оборонительных линий и крепостей, Вальному сейму понадобился всего один час. Собственно, против кандидатуры Великого канцлера Литовского Радзивилла "Рыжего" никто и не возражал - жаркие дебаты развернулись скорее за места его товарищей и помощников. Но и этот вопрос уладили к взаимному согласию и удовольствию, после чего наконец-то и прервались на небольшой отдых - включавший в себя малую трапезу, молитву в храме и быстрый обмен мнениями со своими сторонниками и союзниками по Вальному сейму. Ах да, и обязательное посещение отхожего места, ибо не у всех родовитых хватало сил и здоровья терпеть малую нужду по четыре-пять часов кряду.
"Интересно, канцлер сразу начнет греть руки на строительстве, или выждет немного для приличия и перепоручит это важное дело родственникам? А каких людей вокруг себя собрал! Знатные, родовитые, и через одного пропольски настроенные".
Впрочем, Дмитрия все это более чем устраивало.
- Продолжим.
Наконец-то раскрыв белую книжечку, молодой государь с демонстративным вниманием вчитался.
- Кхм. Многие достойные шляхтичи и бояре лишились, или постепенно лишаются своих земель. По разным причинам.
Несколько депутатов в разных местах Сейма одновременно и весьма энергично закивали, всем своим видом подтверждая - много, очень много! Особенно тех, кому семейное наследство пришлось разделять со своими братьями, получая в итоге лишь малый кусок родовых земель.
- В то же время держава наша как никогда нуждается в умелых воинах, способных постоять за нее и веру христианскую. Посему по примеру королевства Польского предлагаю ввести в Литве кварцяное войско , в коем нашли бы себе службу все обедневшие лыцари нашей земли.
Конкретно этот вопрос давно уже назрел и перезрел, а посему Вальный сейм ничего не имел против образования постоянного войска - при условии, что все ключевые командные должности там будут заполняться стараниями Пан-Рады. Ну и что на содержание регуляров будет уходить ни как не больше трети всех великокняжеских доходов. Примерно полчаса спокойного обсуждения и столько же почтительного торга высокого собрания и одного синеглазого юноши в Гедиминовой шапке закончились к обоюдному согласию. То есть назначать военачальников "кварцянникам" будет все же Великий князь, а вот окончательно утверждать в чине и должности - уважаемые радные паны.