Цветы всегда молчат (СИ), стр. 84
— Я чем-то обидела вас?
— О нет, что вы! — поспешил успокоить он. — Просто так называла меня мама.
— Вы никогда о ней не рассказывали! — Джози даже слегка обиделась на такое недоверие.
— Я потерял её очень рано, мне было всего три года. Она чем-то походила на вас. Хрупкая, большеглазая, с нежным голосом…
Странно, но печаль, звучавшая в его голосе, была столь светлой, что Джози не почувствовала жалости. Отнюдь — душу наполнило счастье из-за того, что она напоминала мужу самого дорого человека. Это ощущение сделало их с Ричардом ещё ближе друг другу.
— Я так устала, — жалобно проговорила она, — и мне холодно.
Ричард тут же подхватил её на руки, укутывая объятьями. Поцеловал в завитки волос, обрамлявшие чистый лоб и сказал виновато:
— Какой же я болван, не подумал, что на вас лёгкое платье! Идёмте скорее в дом! — и уже в зале, опуская её на пол под чуть завистливые взгляды родственниц, проговорил: — Обидно было бы заболеть накануне путешествия в теплые края.
— Путешествие! — вскричала она, захлопав в ладоши и не обращая внимания на притихших и обратившихся в слух гостей. — Это же здорово! Так здорово! — и, подбежав к родным, стала по очереди обнимать их: — Мамочка! Папочка! Сара! Мэри! Мы едем в путешествие!
Женщины, растерявшись и не зная, как реагировать, поздравляли её, а вот мужчины смотрели на всё это более скептически.
Лорд Эддингтон, окинув зятя недовольным взглядом, сказал:
— Ричард, сын мой, вы полагаете, такое приключение уместно?! Я считал вас благоразумным человеком, способным понять, чем грозят нежной женщине дальние морские странствия!
Ричард слегка покраснел от такого укора, но глаза его сверкали обижено и дерзко. Поклонившись, он ответил очень вежливо, хотя голос дрожал и прерывался:
— Простите меня, сэр, если это заявление взволновало вас. Поверьте, для меня безопасность Джози не менее важна, чем для вас. Судно, на котором мы отправимся в путь, принадлежит Ост-Индийской компании, а это значит, оно вместительное и надёжное.
Джози подбежала к нему, взяла под руку, прижалась и с вызовом посмотрела на семью.
— Я хочу ехать! — капризно сказала она, выделив «хочу». — И тем более с Ричардом я готова хоть на край света. И если вы попробуете нас остановить — разобижусь и никогда не прощу! Вот!
Она надменно вздёрнула прехорошенький носик и окинула всех недовольным взглядом.
173
Цветы всегда молчат
Первым рассмеялся лорд Эддингтон, за ним Ричард, а потом уже все остальные: крошка Джози, спящая угрозами, представляла собой более чем комичное зрелище.
Джози жутко обиделась на всех. Губки задрожали, а в огромных глазах заблестели слёзы. Она сжала кулачки и собиралась уже наброситься на родных с упрёками, когда муж нежно обнял её и, ничуть не смущаясь присутствующих, с восторгом проговорил:
— Вы просто восхитительны в гневе, ангел мой, — и нагло, но обворожительно улыбнулся.
Лорд Эддингтон, окинув пару теплым любящим взглядом, сказал:
— Ну что ж, если решение ваше взаимно, мне остается только благословить ваш поход.
— Да-да, — добавила леди Кэролайн. — У вас не было свадебного путешествия! Поезжайте, отдохните!
— А вы, Ричард, не волнуйтесь, — поддержал её супруг, — я на самом деле доверяю вам, как самому себя. А возмутился скорее для проформы, чем на самом деле.
Мужчины обменялись дружескими рукопожатиями, и Торндайки засобирались домой: Джози едва держалась на ногах.
Оказавшись в карете и на коленях у Ричарда, она только теперь почувствовала себя по-настоящему счастливой и умиротворённой. Словно котёнок, свернувшись в надёжном кольце мужниных рук, она сладко заснула, и впервые за эти месяцы ей снились детство и смех.
***
Лондон, Хэмпстед, 1878 год
Брать с собой только самое необходимое! Что может быть глупее этой фразы? Как, позвольте спросить, она выберет самое, если ей необходимо всё? И чтобы значила эта ехидная улыбочка Ричарда и смешинки в глазах?!
Всю неделю, отведенную на сборы, Джози была сама не своя. Новизна всегда волновала её, а тут — такое дальнее странствие! Она ведь пока что не выезжала никуда дальше Северного Уэльса. Было отчего забеспокоиться.
А тут ещё Клодин заупрямилась и напрочь отказалась ехать, заявив, что ей не по возрасту такие авантюры. Пришлось срочно подыскивать новую горничную, которая согласилась бы отправиться в путешествие. Личную прислужницу Джози взялась выбирать сама, хотя никогда прежде ничем подобным не занималась. Ричард не возражал, но и не помогал. Джози выбрала самую странную из всех претенденток. Для женщины та была даже чересчур высокой, угловатой, с узким, неприятным лицом, отличающимся мелкими острыми чертами. Её маленькие глазки, казалось, всё время рыскали, что-то высматривая. Девушку звали Терезой.
Сначала Джози, занятая предотъездными хлопотами, не придала значения, что Тереза ходит за ней почти неотступно. Была у новой горничной и ещё одна странность — она постоянно исчезала куда-то. Возвращалась запыхавшаяся, и даже не всегда извинялась.
Вот и сейчас, когда Джози нужно было рассортировать бельё, служанки рядом не оказалось. Миссис Торндайк схватила колокольчик, и позвонила, вложив это действо всё своё негодование. Но никто не явился ни на первый ни на второй призыв. Лишь на третий раз, грузно переваливаясь с ноги на ногу, прибежала Клодин.
— Звали, мэм? — сказала она, всем своим видом показывая, как относится к взбалмошности своей юной хозяйки.
174
Цветы всегда молчат
— Звала, но только Терезу! — начала закипать Джози.
— А ну ежели вам нужна Тереза, то стоит поспешить!
— Поспешить?! — колокольчик с грохотом отлетел в строну. Джози упёрла кулаки в свои округлые бёдра. — Что бы значило?!
— А то, мэм, что она уже, поди, капор надевает.
— Капор?!
— Да, мэм, или уже накидку…
Джози не дослушала её, а громко хлопнув дверью, вихрем ринулась вниз. Горничная и впрямь, как ни в чём не бывало, одевалась к выходу. Джози, возмущённая такой наглостью, даже не знала, с чего начать выговор: ей никогда не приходилось заниматься ведением дома. Она привыкла, что слуги всегда прибегали по первому зову и кидались выполнять любой её каприз. И вот теперь она судорожно подбирала слова позлее. Может, сказать этой нахалке, что капор да ещё с розанами — это жутко старомодно?!