Отъявленный хулиган, стр. 17

Светка, перепачканная, растрёпанная, но победившая, с нежностью прижимала к груди маленький дрожащий комочек. А потом вдруг протянула его однокласснице. Ксюша растерялась: у неё никогда не было животных. Она осторожно взяла щенка и почувствовала себя счастливой, когда он неожиданно лизнул её руку горячим розовым языком.

Щенка назвали Дружком и пристроили к Светиным тёте Тане с дядей Серёжей. Ксюша и Светка ходили ухаживать за ним: носили молоко и аппетитные косточки. Вскоре из него вырос красивый и добрый пёс. Он очень любил своих маленьких подруг, особенно спасительницу Светку. Чувствовал, когда у неё что-то не ладилось: грустно смотрел на неё понимающим взглядом, лизал руки. Наверное, успокаивал.

И Ксюша к Светке привязалась. С ней было интересно. И на снежной горке кататься до маленьких ледяных сосулек на варежках, и снежинки новогодние из салфеток вырезать, и грибы в лесу собирать (мама их только в магазине покупала), и смеяться до слёз над чем-нибудь весёлым.

Одноклассники со временем привыкли к их дружбе и от Светки отстали.

Только Ксюшина мама нет-нет да и скажет:

– Никак я не пойму, что общего у тебя с этой Линёвой?! Ты умница, красавица, а она?..

В этом году подруги перешли в шестой класс. За лето Ксюша сильно изменилась: похорошела, тёмные пряди распущенных волос с непослушным кокетством спадали на красивое лицо, карие глаза смотрели из-под длинных ресниц совсем по-взрослому. Она и учиться стала лучше. Как говорится, повзрослела, взялась за ум. По всем предметам, кроме русского языка, выходили круглые пятёрки.

– Молодчина! – хвалила мама. – Нажми на русский и будешь отличницей. Я в тебя верю!

Ксюша краснела, расплывалась в довольной улыбке и старалась. Теперь её хвалила и мама, и учителя. А мальчишки кидали вслед восторженные взгляды. У Ксюши изменилась походка. Плечи расправились, шаг стал важным, неторопливым.

Светка не узнавала подругу. В школе не узнавала. Такая она была… взрослая, что ли. Лишь после уроков, когда они шли к Дружку, Ксюша становилась прежней. Сегодня девочки тоже договорились навестить своего любимца.

Ровно в три Светка зашла за подругой.

– Я не пойду! – с порога заявила Ксюша. – Завтра диктант! Забыла?! Итоговый! Если хорошо напишу, Ольга Петровна обещала пятёрку за четверть. И я буду отличницей! – Ксюша ловко повернулась на каблуке, свободной рукой поправила мешающий локон (в другой был зажат учебник) и улыбнулась.

Светкины бесцветные глаза погрустнели, а нижняя губа, казалось, ещё нелепее оттопырилась от неожиданности и досады.

– Не дуйся! – Ксюшка поспешила погладить подругу по плечу. – Мне правда повторять надо! Мне пятёрка нужна! А к Дружку в другой раз сходим, каникулы ведь скоро. Успеем. Ну ладно, пойду я! – Ксюша кинула взгляд на учебник. – Пока! – и скрылась за дверью.

На следующий день первым по расписанию был русский язык. Ольга Петровна раздала тетради, прочитала текст про осень, и шестиклассники стали писать диктант.

Ксюша, боясь допустить ошибку, заметно нервничала. А слова, как назло, попадались трудные.

«Всё, что было, уже никогда не вернётся!» – диктовала Ольга Петровна.

«Никогда! «Не» или «ни»? – судорожно соображала Ксюша.

– Света! – шёпотом позвала она подругу. – В «никогда» – «ни»?

Светка чуть заметно кивнула.

– Точно?

– Девятова! – вдруг окликнул её сердитый голос. Испуганно вздрогнув, Ксюша подняла глаза.

На неё вопросительно смотрела Ольга Петровна.

– Как это понимать? – с укором сказала учительница. – Претендуешь на пятёрку. А сама спрашиваешь каждую букву! Не стыдно? Какая же ты отличница!

Последние слова больно царапнули самолюбие Ксюши.

– Не я спрашиваю! – спасая авторитет и оценку, буркнула девочка.

– А кто?

– Линёва у меня.

– Это правда? – Ольга Петровна строго посмотрела на Светку.

Светка не стала отпираться. Она только крепко закусила нижнюю губу, чтобы та предательски не задрожала, и молча кивнула.

После школы Ксюша шла домой одна, безразлично ступая по жухлой траве. Лучше бы Светка выкрутилась! Лучше бы сказала, что Ксюша врёт. А так… На душе было мерзко и пусто. Как в облетевшем осеннем парке. Вдруг кто-то окликнул её. Это была тётя Таня с Дружком.

– А Света где? – улыбнувшись, спросила она.

Ксюша пожала плечами, и Дружок посмотрел на неё с грустным укором, наверняка почувствовал что-то неладное.

– А мы дом продали, к дочери в другой город переезжаем, – сказала тётя Таня. – Ждали вас вчера проститься, а вы не пришли. Ну да ладно. Я Свете адрес напишу. А сейчас мне пора, собираться надо.

Ксюша проводила их грустным, растерянным взглядом. Порыв ветра сорвал с ветки сухой осенний лист и унёс прочь. Как и красивую мечту о пятёрке, такой неважной и ненужной теперь.

«Всё, что было, уже никогда не вернётся!» – вспомнились вдруг слова из диктанта. Ксюша опустилась на холодную деревянную лавочку и расплакалась…

Капитошка

«Ну и чокнутые же эти девчонки! – Данька стоял и нервно теребил пуговицу пиджака. – Понатащат в школу всякой ерунды: то заколок, то игрушек разных… А люди нормальные страдают…»

…Первой жёлтого резинового Капитошку в школу принесла Катя. Показала, похвасталась, и на следующий день точно такой же, только зелёный, появился у Наташи. Потом у Даши. И вскоре с весёлыми цветными Капитошками играли почти все девочки класса. Они лепили разные забавные фигуры, сплющивали, растягивали и, демонстрируя друг другу, громко смеялись.

Одна Таня не смеялась, в грустном одиночестве глядя на довольных одноклассниц: Капитошку ей не покупали.

– Ну что, прямо у всех есть? – как-то вечером отбиваясь от очередной Таниной просьбы, недоверчиво спросила мама и тут же добавила сердито: – Никак не пойму, что у вас за мода?! У одной появился, так и другой подавай! И у Насти есть?

Таня, ещё больше погрустневшая, отрицательно помотала головой. Её подруга Настя уже две недели болела и не ходила в школу. А иначе ей бы наверняка купили Капитошку и она, довольная и весёлая, забыв про всё на свете, упорхнула бы играть с девчонками.

– Пятый класс, взрослые уже, а всё в школу безделушки разные носите! – глядя на дочь, уже более миролюбиво сказала мама и… дала деньги.

Быстро одевшись, счастливая Таня выбежала на улицу. Только бы магазин оказался открыт! Только бы Капитошки в нём ещё остались! Она с нетерпением подбежала к витрине. Под пыльным стеклом лежал последний, будто ждал её. Жёлтый, с пушистым хохолком на макушке и маленьким ниточным ротиком.

Таня протянула продавщице деньги.

– Бракованный он, – предупредила продавщица, равнодушно ткнув в круглый потёртый бок. – Будешь брать?

Капитошка смущённо смотрел на Таню тёмными, немного грустными глазками, словно извиняясь за свой недостаток.

Таня пожалела его и, как живого осторожно спрятав за пазуху, поспешила домой.

– Теперь ты будешь жить у меня! – радостно сообщила она Капитошке, и ей даже показалось, будто он тоже повеселел.

Остаток вечера они провели вместе. Капитошка смотрел с Таней телевизор, с удовольствием устроившись в её теплой, мягкой ладошке. Терпеливо сидел на учебнике, с вежливым вниманием слушая, как она старательно учит уроки.

Он был самым лучшим и самым красивым. Таня совсем перестала замечать белое пятно на его боку.

Засыпая, она думала о том, что завтра возьмёт Капитошку в школу и они с девочками будут играть… все вместе. Как хорошо всё-таки, что он у неё есть!

– A-а, лишайный! – засмеялась Катька, бесцеремонно ткнув в Капитошку пальцем.

Таня на всякий случай прикрыла резинового человечка рукой.

– Чего другого-то не купила, нормального? – Наташка тоже засмеялась.

– Он у тебя хоть тянется? – хихикнув, поинтересовалась Дашка. – Смотри, как мой умеет! – и она резко растянула игрушку.

– Да он только сплющивается! – насмешливо вставил подлетевший к девочкам Данька. – Дай покажу!..