Древний Восток, стр. 51

Идантирс сверкнул хитрыми чёрными глазами и насмешливо возразил: «Мы не убегаем от вас, Мы просто кочуем по своей степи, как привыкли с давних времён. У нас нет городов, обнесённых стенами, всё имущество мы везём с собой. Зачем нам сражаться с вами. Но если вы уже так хотите кровопролития, то найдите могилы наших предков и попробуйте тронуть их. Поверьте, ни один из вас не уйдёт от нашей мести».

«Что же передать нашему владыке?» — спросил старший посол. «Передайте наши дары», — ответил Идантирс и хлопнул в ладоши. Из палатки вышел сморщенный старик и с низким поклоном протянул послам завязанную платком корзину.

На обратном пути персидские послы увидели у крайней палатки нескольких слепцов с высохшими жёлтыми лицами, в лохмотьях, с глиняными кувшинами в руках. Затягивая заунывную песню, несчастные равномерно подымали и опускали сосуды. «Это — царские рабы, — сказал проводник. — Они сбивают масло. Чтобы никто из них не мог убегать, мы им выкололи глаза.

На другой день послы вернулись в персидский лагерь. Дарий с нетерпением ожидал их. Рассказав обо всём, старший посол протянул царю корзину — дар Идантирса. Когда с неё был снят платок, то перед удивлёнными персами внезапно выпорхнула какая-то, птица и с громким чириканьем взвилась к небесам, затем выпрыгнула мышь и скрылась в ближайшей канаве. На дне корзины квакала лягушка и лежало пять бронзовых стрел, надетых на тонкие тростинки. Дарий улыбнулся. „Они всё-таки решились покориться! — воскликнул он. — Мышь водится в земле, а лягушка — в воде; значит, они вручают нам свои земли и воды. Птица мчится быстро, как лошадь, значит они отдают нам табуны, своих коней, а также своё оружие — вот лежат пять стрел. Мы недаром пришли в эту страну. Отныне она будет покорна нам“».

«Ты ошибаешься, великий царь, — заметил один из старых соратников Дария, Габрия. — Смысл скифских даров совсем иной. Они гласят: „Если вы, персы, не улетите, как птицы в небеса, или, подобно мышам, не скроетесь в землю, или, подобно лягушкам, не ускачете в озёра, то не вернётесь назад и падёте под ударами этих стрел“».

Персидские вельможи ожесточённо заспорили. Но их пререкания были внезапно прерваны прискакавшим разведчиком, кричавшим, что с севера движутся несметные полчища врагов. Персидские войны стали спешно строиться в ряды, всадники седлали лошадей. Звон оружия огласил лагерь, смешиваясь с громким протяжным криком привязанных к палаткам вьючных ослов. На этот раз приближались главные силы врага. Передовой отряд, выставленный на кургане, был смят. Персидские всадники, ринувшиеся навстречу скифам, чтобы задержать их и дать пехоте время развернуться, не устояли против подавляющих сил противника и отступили. Однако, когда скифы приблизились к лагерю, персидские пехотинцы, выставив копья вперёд и медленно, но неуклонно наступая, отразили натиск.

Вечером Дарий опять созвал вельмож и военачальников. Он мрачно выслушал сообщения, о большом количестве убитых и раненых, о недостатке продовольствия и стрел, о новых заболеваниях среди воинов и слуг. «Что же нам делать?» — спросил он. Все мрачно молчали, оглядываясь друг на друга. Наконец, один из приближённых воскликнул: «Нам: не победить скифов. Нам не добраться до гор Кавказа. Нужно повернуть назад, пока цел мост через Истр». — «Мы не поспеем, — возразил Дарий, — уже прошёл тридцать шестой день с тех пор, как мы покинули берег Истра, а я велел ионянам разрушить мост на шестидесятый день. У нас много больных и раненых, — .с таким тяжёлым грузом мы будем двигаться, медленно, а враги будут задерживать нас своими, нападениями», — «Лучше пусть погибнет часть армии, чем все мы, — возразили Дарию его полководцы, — оставь на месте всех слабых, всех больных и калек, — брось лишние вещи, оставь вьючных животных. Здоровые и сильные воины дойдут до Истра за двадцать пять дней». После долгого напряжённого раздумья Дарий махнул в знак согласия рукой. Ночью персидская армия была разделена на две части. Наиболее сильные и боеспособные воины были выделены в передовой отряд. Им велели захватить только оружие и продовольствие на один день и готовиться к выступлению. Остальные оставались сторожить лагерь. Всюду были зажжены бесчисленные костры, чтобы обмануть бдительность врагов. Оставленные в лагере вьючные ослы пронзительно кричали.

Отборные отряды под покровом ночи вышли из лагеря, но двинулись не на врага, а в противоположную сторону. Тщетно ждали их тысячи соратников, оставшихся в лагере. Они не вернулись назад. Через три дня скифы повторили нападение, но к своему изумлению не встретили отпора. Несчастные персы, покинутые своим царём и военачальниками, обременённые тысячами тяжело раненных и больных, голодные и истощённые, вышли вперёд, простирая руки и моля о пощаде. Своё оружие они побросали на землю. Обрадованные скифы связали пленников и погнали в свой лагерь. Давно у них не было такого множества рабов.

А в это время Дарий с избранными отрядами быстро двигался на запад. К счастью, по пути удалось захватить стадо быков и коров, которых скифские пастухи гнали через степь. Сбившись с пути, они натолкнулись на персидских разведчиков и были мигом перебиты. Захваченный скот персы зарезали и, нагруженные свежим мясом, быстро двинулись в путь. Счастливая случайность спасла их от голодной смерти.

По выжженной, безлюдной степи, с трудом отыскивая уцелевшие водные источники, собирая в шлемы дождевую воду, шагали незадачливые завоеватели на запад. Когда они добрались до берегов Истра, мост был уже наполовину разрушен, но ионяне ещё не успели уйти. Один из царских глашатаев, египтянин, славившийся зычным голосом, закричал: «Чините мост. Царь царей идёт следом за мной». Ионяне быстро восстановили разрушенную часть моста. Так Дарий успел благополучно переправиться через Истр и велел поджечь мост.

Персидская армия, считавшаяся до тех пор непобедимой, отступала через горные перевалы Фракии. Больше половины бойцов остались навеки в далёких степях.

Дарий никогда больше не пытался направляться к скифам. Оставаясь наедине со своими советниками, он признавал, что сломить скифов невозможно. «Они любят свободу больше, чем золото и пурпурные ткани. Их нельзя подкупить, как вавилонских купцов или египетских жрецов. Их нельзя запугать, ибо всегда они могут укрыться от врага в бесконечных просторах своей страны и всюду найти пастбища для своих стад и новые пахотные земли и всегда могут вернуться на старые — места и отомстить тому, кто занял их. Мы чуть, было не погибли в этой проклятой стране. Лучше никогда не — встречаться нам второй раз с храбрым и свободолюбивым скифским народом».

Воспоминания о неудачном скифском походе царя Дария долго ещё передавались от детей к внукам, и ни один персидский царь не решался приближаться к скифским землям.

Древний Восток - i_079.png

Хорезм

Полёт через тысячелетия [89]

В VIII в. н. э. жил учёный математик Ибн-Муса, а чтобы все знали, откуда он родом, Ибн-Муса прибавил к своему имени «ал-Хорезми», что значит «из Хорезма». Ибн-Муса ал-Хорезми хорошо знал греческую геометрию, индийскую математику и очень много работал над углублением своих знаний. Он оставил много учёных трудов. Одна из его работ была особенно знаменитой — это трактат, в котором впервые в мире были сформулированы все положения современной алгебры. «Ал-Джабр» назвал Ибн-Муса ал-Хорезми этот трактат, и отсюда произошло и само название «алгебра».

Где же находился древний Хорезм, откуда был родом создатель алгебры Ибн-Муса ал-Хорезми? В северо-восточной части Узбекской ССР, там, где цветущие сады и поля перемежаются с непроходимыми песками пустыни, было расположено много-много сотен лет назад хорезмское царство.

В III–II тысячелетии до н. э. здесь поселились древнейшие обитатели, которые оставили в пустыне следы своих стоянок, в 1 тысячелетии до н. э. было образовано первое рабовладельческое государство, а в III в. н. э. хорезмские послы появились пои дворе римских императоров. В X–XIII вв, н. э. здесь было богатое государство могущественных хорезмшахов.

вернуться

89

Р. И. Рубинштейн.