Древний Восток, стр. 11

Два литейщика поднимают тигли с огня, а двое других уж? льют металл в лежащую на земле форму.

До времени Нового царства печи с меховыми воздуховодами не были известны, и мастеровые раздували огонь с помощью трубок силой своего собственного дыхания.

Кроме работников, занятых литьём или инкрустированием, мы видим и других. Вот один греет брусок металла в горне, другой ждёт у наковальни. Выкованные предметы значительно твёрже, поэтому таким способом изготовляли оружие, инструменты, большие сосуды. Иногда же и отлитые вещи вновь разогревали и проковывали, чтобы придать им больше крепости.

Древний Восток - i_020.png
Столяры со сверлом. (Новое царство).

Немало работников трудится и в храмовых деревообделочных мастерских. Опытные резчики изготовляют здесь носилки-ладьи для статуй богов, различную храмовую утварь, мебель для жилищ жрецов и служебных помещений храма.

В Египте дерева мало. Местные породы — акация и сикомора — шли на изготовление небольших дешёвых вещей. Лес приходилось доставлять извне. Наиболее дорогими породами были киликийская сосна и ливанский кедр. Они шли на постройку судов, мачт, колонн, крупных изделий. Для мелких же вещей — статуэток, предметов туалета — особенно ценилось южное эбеновое дерево.

Сначала бревно очищали от коры и веток, а затем распиливали на доски. При распиловке бревно ставили вертикально и привязывали к столбу — тогда его не надо было держать. От досок по мере надобности отрезали нужные для работы куски дерева. Так как дерева было мало, оно ценилось очень дорого. Его берегли, стараясь подбирать доски так, чтобы использовать каждую целиком, без отходов.

Деревянные части скреплялись друг с другом или шипами, входящими в пазы, или деревянными втулками. Втулки делались из самых твёрдых пород дерева, например, из тамариска.

Дешёвые деревянные изделия грубовато окрашивались, ценные же предметы тщательно полировались, иногда покрывались позолотой или серебром, часто инкрустировались другими породами деревьев, слоновой костью, цветными фаянсовыми и стеклянными пастами.

За людьми, работающими в храмовых мастерских, постоянно наблюдали надсмотрщики. Ремесленники получали на каждый день определённые задания, и плохо приходилось тому, кто не выполнит задания.

Бедствия Анупу [13]

Недалеко от пустыни, на берегу Солёных озёр, в небольшой деревушке жил крестьянин Анупу со своей женой Мерет и тремя детьми. С утра до ночи работал Анупу, добывая соль из озёр, ходил на охоту в пустыню. И всё-таки он был очень беден. Никогда не ели досыта его ребятишки, а закрома были всегда наполовину пусты.

Так продолжалось уже много лет, жизнь Анупу была горька, как соль на дне озера.

Однажды в закроме Анупу осталось только восемь мер зерна.

Анупу решил отправиться в столицу и продать на рынке соль, которую он добыл из озера, битую птицу и шкуры пантер и волков, пойманных им в капкан. Он надеялся, что, выгодно продав всё это, он сможет купить в городе зерно и обеспечить свою семью.

Анупу сложил все свои богатства в мешок, нагрузил осла и в полдень двинулся в путь. Дорога, постепенно подымаясь в гору, шла по берегу Нила. Наконец она превратилась в узкую тропинку над обрывом у реки. Анупу подгонял своего осла и тихо напевал, монотонную песенку о том, что они скоро придут в город, выгодно продадут всё привезённое, ослик поест свежего душистого сена, а он — вкусного хлебца. Песня слагалась сама собой, и Анупу медленно двигался вперёд.

И вот показался, высокий забор, за ним стоял красивый дом. Слегка покачивались от ветра кроны пышных пальм. Анупу приближался к усадьбе знатного и богатого вельможи Ренси, который жил в столице и служил во дворце самого, фараона.

С одной стороны узкой дороги сплошной стеной рос высокий ячмень. С другой; стороны тропинка подходила к самой реке. На дамбе у реки стоял Тотнахт, главный управитель усадьбы Ренси.

Тотнахт издали увидел Анупу, и недобрая мысль пришла ему на ум. «Хорошо бы отнять у крестьянина осла и поклажу, — подумал он, — да, в самом деле, это очень хорошо. Крестьянин беден, нет никого, кто бы мог его защитить, а добыча может оказаться заманчивой. Ведь, судя по всему, крестьянин идёт из области Солёных озёр и везёт с собой дары пустыни. Надо только сделать так, чтобы ничто не противоречило закону».

И Тотнахт придумал. Он решил загородить крестьянину дорогу. Кликнув работника, Тотнахт велел ему принести большую холстину и разложить её поперёк дороги для просушки.

— Берегись! — закричал управитель приближающемуся крестьянину. — Не наступи на моё полотно!

— Я сделаю, как ты приказываешь, — покорно ответил Анупу и свернул с дороги.

— Смотри, не иди по моему полю! — снова закричал Тотнахт.

— Где же мне идти? Берег высок, на пути стоит ячмень, а дорогу ты загородил полотном. Разве ты не позволишь мне обойти его?

Пока Анупу просил Тотнахта пропустить его, осёл захватил губами несколько колосьев и стал медленно жевать их.

— Твой осёл ест мой ячмень! — закричал Тотнахт. — Я заберу его!

— Ты не должен этого делать! — воскликнул крестьянин. — Я шёл правильной дорогой, это ты загородил её, и не моя вина, что мой осёл сорвал несколько колосьев.

Древний Восток - i_021.png
Чиновник едет на ослике.

— Ты смеешь ещё рассуждать, негодный, так я проучу тебя! — И Тотнахт, схватив ветку тамариска, избил крестьянина. А потом его слуги взяли осла под уздцы и увели с собой.

Десять дней стоял Анупу перед домом Тотнахта и умолял его вернуть ему осла и поклажу. Слуги били несчастного и прогоняли его, но Анупу каждый раз возвращался и громким голосом повторял свои мольбы.

— Не голоси, крестьянин, или ты отправишься в страну бога молчания, — пригрозил ему выведенный из терпения Тотнахт.

— Ты побил меня, ты украл мою собственность и теперь ты отнимаешь жалобу из рта моего! — горестно воскликнул Анупу.

И он решил идти в город Гераклеополь к могущественному Ренси искать у него справедливости. Измученный долгой дорогой, пришёл Анупу в столицу. Он увидел Ренси у его дома и пожаловался ему на Тотнахта:

— Господин мой!.. Ты руль неба, ты столп земли!.. Руль, не упади, столп, не покачнись!.. Знающий вещи всех людей, разве ты не знаешь моего имущества?.. Ты подобен волне, ты — Нил, озеленяющий поля!.. Накажи грабителя, защити пострадавшего!.. Не лги — ты велик, не будь колеблющимся — ты имеешь вес… Господин мой, позволь, чтобы воззвал к тебе человек по своему правому делу!.. Моё тело полно, моё сердце перегружено!.. Не закрывай же твоего лица от того, кого ты знаешь; не будь слепым к взирающему на тебя!

Ничего не ответил Ренси. Только посмотрел на крестьянина и молча прошёл мимо.

Каждый день стал приходить с раннего утра Анупу к дому Ренси и дожидаться его выхода. Как только показывался знатный египтянин, Анупу подходил к нему и начинал свои жалобы. Он сравнивал вельможу с крокодилом и чумой. Правды нет нигде, оценщики мошенничают, чиновники воруют, зло и насилие повсюду, нет никого; кто заступился бы за бедняка. Слуги Ренси избивали Анупу и прогоняли его от дома, но утром он снова был на месте.

В конце концов жалобы крестьянина стали известны фараону.

И тут произошло чудо. Фараон велел вернуть Анупу осла и поклажу и наградил бедняка подарками.

Так кончается знаменитая египетская сказка о «Красноречивом крестьянине». А так как это сказка, то и конец у неё счастливый, какой обычно бывает в сказках.

В действительности же бывало иначе. Никто не приходил на помощь беднякам, не у кого было; им искать правды и защиты. Вот как рассказывается в другом древнем папирусе о судьбе египетского бедняка:

«Сердце в нищете, печаль в каждом месте. Города и деревни плачут. У бедняка нет силы, чтобы защитить себя от тех, которые сильнее его».

вернуться

13

Р. И. Рубинштейн.