Сундук с чудовищами, стр. 32

— Скоро, — пообещала Мать Некромантов. — Уже скоро.

И откупорила склянку. Золотистое облачко выскользнуло из ловушки для духов и устроилось у Матери на раскрытой ладони.

— Ну, здравствуй, Рейли, — сказала Мать без улыбки. — Расскажи, прошу. Что случилось? Что за тревога? Почему ты воспользовалась таким странным путем, чтобы добраться до нас?

Теренций удивленно заморгал. Сундук-то он раскрыл — там было пусто.

Конечно, пусто, ведь чудовища остались по ту сторону, в темноте. А что дальше? И как мама собирается говорить с духом бабушки Полины и Миры?

Но тут Мать Некромантов словно бы потемнела, помрачнела — будто ее закрыла тень от большой тучи. И в аудитории тоже стало гораздо темнее. Карина тихонько вскрикнула и прижалась к Теренцию (он тут же распрямил сутулую спину и расправил плечи, чтобы девочка знала, что рядом с ним можно не бояться!), а остальные замерли на своих местах. Но в этом необычном мраке четко, голубоватыми силуэтами, стали видны призраки девочек. Стало ясно, что и другие их увидали. А еще…

А еще бабушка Миры и Полины внезапно заговорила. Нет, дух не соединился с телом Матери — облачко как лежало на ее ладони, так и осталось там. Просто в зале послышался тихий шепот.

— Я смогла выйти только через дневник девочек, это так. При этом еще пара склянок разбилась — просто выброс силы. Прос-с-стите.

Теренций снова шмыгнул носом.


Ванильному Некроманту стало совсем не по себе, когда дух бабушки произнес:

— Я прошу обезопасить детей. Как живых, так и не очень. Мертвая ведьма собирается воскреснуть со дня на день, и никто не в силах этому помешать. Поздно: девочки уже собрали достаточно чудовищ. Ведьма уже почти построила себе тело и скоро…

— Где? — спокойно спросила Мать Некромантов.

— На границе между мирами живых и мертвых, — ответило золотистое облачко.

Госпожа Маркура поинтересовалась:

— Что это за ведьма, вам известно?

Теренций заметил, как она напряглась. И директор Криспиан тоже.

— Это старая история, — сказала бабушка Полины и Миры. — Прошу, уведите детей!

Мать Некромантов посмотрела на детей.

— Они имеют право знать, — сказала она. — Двое из них сделали так, что о девочках и проклятии узнали. Другие… тоже приложили немало усилий. К тому же… какие они дети?

— Да, — вдруг сказала Мира. — Мы уже взрослые.

— Тебе пять лет, — возмутилась бабушка.

— Пять лет мне было давно, — насупилась призрачная малышка. — Мне уже сто пять. Или двести пять.

— Всего лишь тридцать пять, Мира, — шепнула Полина. И добавила: — Мы можем выйти.

— Нет, не можете, — сказала Юлианна возмущенно. — Вы причастны. Мы никуда не пойдем, говорите при нас.

И Теренций был с нею согласен. Да, Юлианна ему не очень нравилась: слишком резкая, даже грубоватая, она напоминала его старшую сестру Анду, которую Ванильный чуточку побаивался. Но она была совершенно права!

— Мы вас не гоним, — сказал директор Криспиан. — Госпожа Геллен… Продолжайте.

Мама кивнула.

— Расскажи нам про мертвую ведьму, Рейли.

— Она была очень сильной, но ее удача, как говорят, ушла к другому. Одни говорят, что это она воспитывала ведьм Тройки, Клодетту и Эвелин, другие — что она мать Клодетты… Но я знаю, что Лиарт никогда с ними не дружила. И не учила их. Но она водила знакомство с их родителями. Тридцать лет назад Клодетта и Эвелин были совсем еще девочками. А вот с демоном Адором Лиарт была хорошо знакома.

— Надо же, никогда не слышала о ведьме по имени Лиарт, — покачала головой Мать Некромантов.

— Ваша семья еще не жила тут в те времена, — пояснила Рейли. — Потому ты и не слыхала о ней. Мы с тобою, Майя, были знакомы куда как более давно, ведь так?

— Так, — согласилась мама. — Мы и двадцати лет здесь не живем. Но тебя я знаю. А ее — нет.

— Зато я слыхала про Лиарт, — сказала госпожа Маркура. — Тридцать лет назад! Когда еще училась в начальной школе! Там шептались про ужасную ведьму, которая…

Она запнулась и посмотрела на Полину.

— И тебя я помню, — сказала Маркура. — Надо же! Ты та девочка, о которой рассказывали страшные вещи. Стало быть, мертвую ведьму звали Лиарт…

Теренций начал терять терпение.

— Так где ее искать? — спросил он прямо.

Золотистое облачко на ладони Матери Некромантов вздрогнуло и вытянулось, будто огонек свечи.

— Под горой, в пещере, — сказала бабушка. — Простите… я больше ничего не могу сказать.

И облачко погасло.

Стало заметно светлее, словно с исчезновением духа развеялся и сумрак. И тихо, очень тихо! Затем господин Тиольф заметил:

— Кажется, она была зачарована. Возможно, еще при жизни. Сказав лишнее, она нарушила чары и смогла освободиться.

— Вот как это бывает, — пробормотала госпожа Маркура. — Ну что ж. Придется обшаривать все горы по очереди, если ни у кого нет иных идей.

— У нас есть девочки, Мира и Полина, — сказал Тиольф. — Мы можем надеяться, что ведьма снова с ними захочет увидеться, и…

— Девочек лучше освободить, как и их верного питомца, — мягко молвила Мать.

— Им уже пора.

— Но ведьма, — сказал учитель Тиольф.

— Ведьма того не стоит. Девочки должны быть свободны.

И Мать Некромантов притянула призраков к себе. Они пошли так радостно, словно она была им родной мамой, и легко, будто только и ждали этого зова. А за ними и их чудовище.

— Но госпожа Геллен, — встрепенулся директор Криспиан. — Тиольф прав: не лучше ли…

— Не лучше, — Мать хлопнула в ладоши, и призраки, замерцав, пропали.

Бяка сделал круг возле ее ног, пару раз тявкнул — и растворился в воздухе.

А Мать повернула ко всем черные, будто в саже вымазанные, ладони.

— Все, что осталось от темных чар ведьмы. Не такие уж они и сильные, — сказала она спокойно.


Глава 32. Семинар по ядам

Прошло две недели с тех пор, как Мать Некромантов упокоила Полину, Миру и Бяку. Но Карина до сих пор видела девочек во сне. Они словно что-то недоговорили, недосказали. Нет, Карина не считала правильным использование призраков в поисках мертвой ведьмы Лиарт! Но все же ей казались немного поспешными действия Матери. И девочка думала, а что, если бы маленькие призраки остались — без проклятия, а просто так? — здесь, в пансионе. Или в Темной школе…

Но нет, наверное, Мать Некромантов поступила правильно, ведь Мира и Полина так хотели уже развеяться навсегда, устали быть призраками.