Сундук с чудовищами, стр. 26

— Я только одно не поняла, — сказала Юлианна, пока они шли к пансиону, — почему Полина и Мира активировались только сейчас? Ну, точней этим летом.

— А не было ли чего-то необычного? — спросила Гербера. — Чего-то, что мы упустили?!

— Вот в начале недели и узнаем, — улыбнулась госпожа Маркура. — Ведь все воспитанницы вели дневники наблюдений за необычными явлениями. Не так ли, барышня Амадор?!

Юлианна внезапно нервно закашлялась.


Глава 25. Дневники наблюдений

С началом будней испортилась погода. Подули холодные, сырые, тяжелые ветра, то и дело принимался моросить мелкий противный дождик. В такие дни девочки даже радовались, что у них есть уроки: ведь известно, что когда в плохую погоду нечем заняться, то становится отчаянно скучно!

Но практического занятия у госпожи Маркуры некоторые третьегодки все-таки боялись.

— Итак, достаем дневники наблюдений, — сказала директриса. — Их, конечно, следовало проверить еще в начале сентября, но бесконечные патрули отняли у нас много времени и сил. Вы должны были исправно вести их в течение лета. Начнем с вас, барышня Остин.

Генриетта встала, прокашлялась и открыла довольно толстенькую тетрадку. Карина удивленно охнула. Когда это подруга успела столько исписать? Видно было, что тетрадь исписана почти полностью! А сколько закладок между листочками! А у Карины и полтетради нет. Что уж про Юлианну говорить, да и Шарлотта не так уж много успела — в последние-то дни августа!

— Мы ездили к морю, — начала Генриетта, — и первое наблюдение было еще в поезде! Оказывается, между колесами могут водиться стукоеды. Их так называют железнодорожники, а как правильно — я не знаю. Колеса стучат, а стукоеды — они такие грязные и липкие — приклеившись к днищу вагона, ловят сотрясение и звуки, ими и питаются.

Госпожа Маркура удивленно покачала головой.

— Никогда о таких не слышала, — сказала она. — Но похоже на правду! Продолжайте, барышня Остин.

— На курорте мы встретили интересное погодное явление, и выяснили, что этим занимается один погодный маг…

Карина спустя некоторое время задремала. Под голос сначала Генриетты, а потом Фэнни, а потом Мины… И под слова госпожи Маркуры «похоже на правду». «Интересно, — сквозь дрему думала девочка, — а как она выясняет, правда это или нет?»

— А вот к примеру, видела я летом такого странного чудика, похожего на мячик с ушами и зубами, бегает за непослушными мальчишками, — вдруг услышала Карина и узнала голос Юлианны.

Протерла глаза и поняла, что и рассказ этот ей знаком. Они сами так хохотали, когда представляли, что «мячик с ушами» гоняется за теми мальчишками из частной школы, которые не выучили уроков или просто не слушаются взрослых. И вдруг…

Вдруг такой мячик заскакал по классу. Он был коричневый в желтую полоску. И очень уж напористо набрасывался на Юлианнину ногу, пытаясь прокусить башмак! Будь мячик чуть больше, чем с кулак размером, уже откусил бы девочке ступню!

Ушами он подпрыгивал и помогал себе разворачиваться.

Воспитанницы завизжали, и только Шарлотта хладнокровно шлепнула по мячику книжкой, оглушила его и раскрыла зонтик.

— Так, — сказала госпожа Маркура с интересом. — А чем вы нас порадуете, барышня Хармони?

Шарлотта смутилась.

— Мы видели чудовище на черничной поляне, — сказала она.

Карина знала, что это почти все, что Шарлотта сумела пронаблюдать. Госпожа Маркура развеяла странного чудика с ушами и зубами, и тут-то это и произошло.

Что именно? Да вот что! Шарлотта стала зачитывать наблюдения из тетрадки, и некоторые из них тут же оживали. Класс наполнился летающими и скачущими предметами, золотыми желудями, кошкозмеями, хищнозубыми бабочками и светящимися зеленым светом ужасными феями, которые схватили со столов карандаши и пытались ими колоть девочек.

Но госпожа Маркура хлопнула в ладоши, и безобразие прекратилось.

— Так бывает, когда в дневники записывают придуманные наблюдения. Осталось выяснить одну вещь. Кто из вас, барышни третьегодки, придумал историю о призраках и мертвой ведьме?

Карина подумала, что вряд ли кто-то сумел придумать столько тонкостей, включая духов в ловушках, что находились в Темной школе, а потом оттуда удрали. Кто-то, кто сочинил эту историю, вряд ли мог придумать и мертвую ведьму, которая… или мог?!

— Это я, — послышался тоненький от испуга голосок. — Простите… я лишь хотела написать одну книжечку, и случайно взяла дневничок… а потом было уже поздно! Столько переписывать! И я поменяла обложки. Простите меня! Я не знала, что вы роздали нам такие особенные тетрадочки, госпожа Маркура.

Все повернулись к Эсмиральде Сланге, словно видели ее впервые.

— Вы же меня все простите? — спросила Эсми, хлопая огромными, пшеничного цвета ресницами.

Карина подумала, что Эсмиральда все-таки на редкость неприятная особа для такой красавицы. Хорошо хоть, не написала какую-нибудь гадость про них! Про Юлианну, Шарлотту — да и про нее, Карину, тоже! Хорошо, что не стала описывать слишком кровожадных чудовищ и не повергла весь город в панику и ужас.

— Почитать дашь? — коротко поинтересовалась Юлианна.

— Постойте-ка, — сказала Генриетта. — Мне очень интересно, правда. Нельзя ли немного поподробнее про дневники? Мне кажется, что вы, госпожа Маркура, не стали бы рисковать ни нами, ни горожанами, поэтому то, что записано в дневнике, не оживает по-настоящему. Это ведь иллюзии, да?

Директриса покачала головой.

— Вы на редкость проницательны, барышня Остин!

— Но мне бы хотелось уточнить: те чудовища, которых стало так много в начале сентября… разве они были иллюзорными? — уточнила Генриетта невероятно вежливым тоном.

Карина вспомнила Бяку и содрогнулась. Нет, Бяка был очень даже настоящий! К счастью — травоядный! Но все-таки огромный и страшный.

— Что-то тут не так, — продолжила Генриетта проницательно. — Просто так все это не стало бы оживать! To, что выдумали барышни, ожило только сейчас.

— Правильно, — подтвердила директриса. — Эти иллюзии становятся видны, когда кто-то читает дневники. Желательно вслух! А чтобы воображаемые призраки, чудовища и ведьмы обрели силу, надо еще потрудиться над чарами…

Юлианна, уже утащившая под шумок дневник у Эсми, с шумом его захлопнула.

— Эт чо? — воскликнула она. — Кто-то читал? Вслух? И еще вдобавок чертил закрепляющие руны? И не брякнулся в обморок от истощения?! Эт ведь небось на каждого чудика по закрепляющей руне…

Карина так разволновалась, что даже не сумела поправить неправильно говорящую подругу. Вместо этого она подхватила:

— Вы вспомните, сколько их у Джеммы в чемодане было: как таракашек в кладовке! Да и как такое могло произойти?! Это же надо было бегать по всей Розамунде и вслух читать дневник…