Ступень 2. Младший ученик, стр. 37

Зря он это сказал. Мы переглянулись с Рэян, и, встав на исходную, начали тренировку. Самое распространённое боевое плетение среднего уровня — копьё. У меня Огня, у подруги — Воздуха. На втором сосредоточии я решил создавать недавно изученную руну, «Искажение пространства». Единственное заклинание, способное отклонить боевое плетение противника, вплоть до большого. Я, когда изучил его, долго ругался на мастера. Ведь тогда, на арене, начни противники действовать слаженно, и никакая скорость меня бы уже не спасла.

Учитель пояснил, что лучший вариант, это чередовать руны, начав с основного сосредоточия. На мой вопрос — а что если создавать отдельно в каждой руке, а затем одновременно активировать, Као ответил, что если я хочу сдохнуть, он мне не будет в этом мешать.

Первые пять формирований прошли легко. Памятуя тот случай, когда я после шестого наведённого портала начал харкать кровью и хвататься за голову, был очень удивлён, когда создал шестое огненное копьё, а затем и шестое искажение, без каких либо последствий.

Рэян на шестом воздушном копье покачнулась, и мастер едва успел подхватить её под руки. Третий ученик выбыл ещё раньше, на четвёртом.

Убедившись, что с подругой всё хорошо, я неспешно создал седьмое копьё. Напитал, бросил вперёд, в груду уже раскалённых камней. Так же осторожно сформировал седьмое искажение. Едва активировал его, как перед глазами вспыхнула строчка полупрозрачного текста:

«Внимание, зафиксирован перегрев одного из основных энергоканалов. Допустимо вмешательство первого уровня: расширение энергоканалов на 0,5 %

Произвести расширение:

Да.

Нет.»

Я тут же нажимаю «Нет». Дьявол, что за пакость поселилась в моём теле? Как бы избавиться от этого артефакта?

«Расширение энергоканалов отклонено.»

— Фаерус, ты в порядке? — раздался голос учителя над самым ухом.

— Да. — ответил я, и тут же начал формировать копьё. Едва запитал его, как виски сдавило болью, а из носа потекла кровь. С усилием швырнул плетение в груду камней. Ну уж нет, решил пробить рекорд, значит побью!

Искажение формировал, с трудом удерживаясь на ногах. Устоял на одном упрямстве. Запитывал руну секунд десять, не меньше, но всё же сделал это. В висках к этому времени стучали кузнечные молоты, в ушах звучали барабаны, а из носа бежала кровь.

Активировав плетение, шагнул назад, и тут же начал формировать малую руну Жизни. Сквозь шум в ушах услышал голос учителя, но смысл сказанного до меня не дошёл. Лишь когда подействовал эффект исцеления, понял, что мастер ругается. Вот только я слышал сквозь бранные слова явное одобрение моим действиям.

— Раз уж ты настолько глуп, что готов так рисковать, с завтрашнего дня я лично займусь твоим развитием. А сейчас все возвращайтесь в лагерь. И чтобы до утра я не видел ваши лица!

* * *

Семь дней растянулись для меня в семь нескончаемо долгих пыток. Уже на вторые сутки я воспринимал утреннее патрулирование как отдых. Даже десяток тварей, вылезших из моря, порадовали меня, ведь благодаря им я задержался на целых пол часа.

Мастер Као словно вымещал на мне своё недовольство, скопившееся за все прожитые годы. Я создавал одно и то же плетение до тех пор, пока голову не сдавливали тиски боли. Затем отлёживался полчаса, пытаясь погрузиться в медитацию, и снова создавал плетения, другие, повторяя их раз за разом до повторного болевого отката.

Порой в день приходилось до пяти раз падать на землю, скрючившись от боли. Мастер словно знал, от каких рун мне будет хуже всего. Доходило до того, что я просто не мог создать малую руну Жизни, потому что сил в обоих сосредоточиях не оставалось.

— Что ж, вижу, что твой первый результат был не случаен. — произнёс мучитель на третий день. — Попробуем изменить методику.

И изменил. Теперь я не создавал пару средних рун на износ, а доводил себя до предела малыми рунами. Шесть-семь десятков огненных стрел, и голова шла кругом, в ушах набатом бился пульс, а глаза застилало кровавой пеленой.

В один из дней, в какой — я уже сбился со счёта, наставник стал выставлять против меня старших учеников, и те били одним и тем же заклинанием в моё защитное плетение. Били так, что после каждого удара приходилось создавать щит или сферу заново. Восемь ударов я отбивал, а девятый, корчась от головной боли, получал в плечо или грудь. Меня сбивало с ног, трещали кости, от огненных кулаков оставались ожоги. Приходилось подниматься, лечиться, медитировать, а затем всё повторялось.

Семь дней боли. Семь дней без сна. Я бы мог прекратить свои мучения одним словом. Я бы мог прибегнуть к артефакту, скрывающемуся в руке. Мне ежедневно предлагалось расширить каналы, но я решил больше не принимать помощь чужеродного изделия, неизвестно как влияющего не только на моё тело, но и на разум.

На седьмой день у меня произошёл прорыв. Создав подряд восемь сфер огня, я не почувствовал себя плохо, как это было раньше. Сосредоточившись, сотворил девятую, затем десятую, и только при формировании одинадцатой прервался, ощутив опасность.

— Стоп, замри! — рявкнул мастер, и по его лицу я понял — он ждал именно этого момента. — Сейчас сделай выплеск сырой силы. Максималный, на который способен.

Я волевым желанием пустил через руки поток огненной стихии. Основное сосредоточие было наполнено силой едва ли на десятую часть, и остаток вышел двумя мощными струями пламени. Накатила такая усталость, что я рухнул на колени и упёрся ладонями в землю, чтобы не упасть лицом вперёд.

— Ну вот, теперь я смогу учить тебя Дабо. — произнёс Као незнакомое слово. Смысл сказанного им ускользал, растворяясь словно в тумане. — Полноценная десятикратная проводимость открывает доступ почти к любой силе, кроме стихий-антагонистов. Правило четырёх можешь смело игнорировать, но не думаю, что стоит распыляться. Подберём что-нибудь под твой стиль боя. Я заметил, что ты предпочитаешь полный контакт. Средние руны не родной стихии знаешь?

— Да. — через силу выдавил я. — Руны разума.

— На следующей тренировке попробуешь воссоздать, на сегодня хватит тренировок. Пять минут на отдых, и возвращайся в лагерь. До завтрашнего полудня тебя не побеспокоят.

Я не стал отвечать. В очередной раз мысленным усилием смахнув полупрозрачные строки, вспыхнувшие перед глазами, заглянул магическим зрением внутрь себя. Да уж, хорош. Каналы, по которым перемещается сила, горели в моём теле чистым пламенем. Не знаю, к чему приведут такие упражнения, но я только что значительно усилил себя. Средняя руна Разума, это уже что-то. Возможность воздействовать на незащищённых артефактами одарённых. Руны Жизни — исцеление одним плетением серьёзной травмы. Надеюсь, мне удасться выкупить хоть одну, потому как стоили они очень дорого, и это в школе «Раскалённого ветра».

Назад шёл пешком, сил и желания обращаться к дару Пространства просто не было. По пути обратил внимание на правую руку. Красная полоса, что с недавних пор кольцом охватывала моё предплечье, стала уже в два раза. Хороший знак.